Спасти 6-го (ЛП)

все отверстия в моей голове, чтобы информация не вываливалась обратно. Вот какой
отстойной я была в академической части школы. К сожалению для меня, не было
экзамена по социализации, в котором, в отличие от Кева, я преуспела. Поэтому я
быстро перешла к третьему способу.
Взять бутылку водки в ванну с собой. 
Да, когда я составляла свое трехэтапное руководство по выживанию, я действительно
  
не продумала его до конца, потому что, как и в случае с методом номер два, это звучало
как фантастическая идея. Потом я вспомнила, что мама заменила нашу ванну на
гребаный душ с сильным напором воды.
Видишь? Все шло не так, как я хотела.
Независимо от моих методов, я обнаружила, что выполняю движения.
В воскресенье я была ошеломлена.
В понедельник я была пуста.
Во вторник я была истерически оптимистична, что все чудесным образом получится.
В среду я была полна безумной одержимости, которая, в свою очередь, заставила меня
заполнить его голосовую почту жалобными сообщениями, которые заставляли меня
ненавидеть себя, а затем сердитыми, которые уверяли его, что я ненавижу его намного
больше.
В четверг я снова была убита горем.
И к пятнице я смирилась с тем фактом, что никогда больше по своей воле не буду
праздновать Новый год.
Прошлый год был достаточно ужасным, когда мне пришлось сидеть сложа руки и
терпеть осознание того, что Джоуи наверху трахает Даниэль, но сегодня вечером, когда
я сидела одна в своем доме, я знала, что чувствовала себя в миллион раз хуже.
Конечно, технически я была с Полом в прошлом году, а Джоуи с радостью обслуживал
половину школы, но мы все еще были друг у друга.
Потому что в прошлом году, каким бы запутанным и размытым ни был пятилетний
период нашей дружбы, по крайней мере, у меня все еще был он.
Но теперь, в этом году, я была совершенно одна.
Мои родители ушли в паб, и даже Кев, который редко выходил из дома, пошел с ними.
Только что из душа, я встала перед зеркалом в своей спальне и долго и пристально
смотрела в зеркало.
Мои глаза были опухшими и налитыми кровью, губы красными и распухшими, а на
щеках были следы слез.
Я выглядела дерьмово.
Я чувствовала себя хуже.
Шмыгая носом, я протянула руку и собрала свои влажные и спутанные волосы в
самодельный пучок на макушке.
Надев черные леггинсы, балетные туфли-лодочки и толстый розовый джемпер, я
смахнула слезы, которые все еще текли по моим щекам, тыльной стороной ладони.
Мои волосы были в мокром беспорядке, уложенном на макушке, а на лице не было
косметики, но мне было все равно.
У меня не было никаких планов на ночь.
Честно говоря, не то чтобы у меня не было предложений. Я получила бесчисленное
количество сообщений и приглашений от школьных приятелей, не говоря уже о
дюжине или около того красочных голосовых сообщений от Кейси. Она умоляла меня
пойти с ней на вечеринку Томмена, на которую Кэти раздобыла для нас приглашение, любезно предоставленное ее возлюбленным, играющим в регби.
По словам Кейси, с мальчиками было все в порядке, выпивка была бесплатной, и она
твердо намеревалась заполучить себе шикарную поездку в частную школу, построенную как кирпичный сортир, для игры в регби на ночь.
Хорошо для нее.
У нее могли быть все одержимые регби мальчики Томмена, которых она хотела, потому
что единственный мальчик, с которым я хотела провести сегодняшний вечер, пришел с
херли, формой BCS и целым грузовиком травм.
Натянув рукава джемпера на руки, я задрожала от холода, когда мой взгляд прошелся
по полу моей спальни, ища глазами знакомую связку ключей.
Не делай этого, моя гордость предупреждала, не будь таким отчаянным.
Боже мой, сделай это! Мое сердце воодушевлено, ты знаешь, что он все еще любит нас.
Взгляд упал на мои ключи от машины, я быстро схватила их и поспешила из своей
комнаты.
Ура, ты собираешься это сделать, мое сердце воспрянуло.
Ты можешь оставить меня за дверью, заявила моя гордость, проверяя меня, это за
гранью жалости.
Я знала, что чертовски рискую, делая то, что собирался сделать, и был хороший шанс, что мое сердце разобьется еще больше, но я бы никогда не простила себя, если бы не
услышала слова, которые наружу сжигали меня изнутри.
Ему нужна была помощь, а мне нужно было, чтобы меня услышали.
И даже если бы он отказался позволить мне помочь ему, тогда он, черт возьми, наверняка услышал бы меня.
Глава 92. Нянчимся с братьями и бойкотируем вредные
привычки.
Джоуи 
31 декабря 2004.
– Идите спать,- Я кричал вверх по лестнице. – Клянусь Христом, ребята, если мне
придется возвращаться по этой лестнице, вы пожалеете.
– Да, точно, - засмеялся в ответ Тадхг, дерзкий, как всегда, когда он перегнулся через
перила и насмехался надо мной. – Что ты собираешься делать? Смотреть на нас до
смерти?
– Да, - вмешался Билли храбрый придурок с фиолетовым Ферби под мышкой. – Мы
знали, что ты не тронешь нас, Джо.
– Не болтай со мной, ублюдок, - предупредил я, указывая пальцем на номер пять. – Все
когда-нибудь бывает в первый раз.
– Да, точно, - фыркнул Олли, ничуть не задетый моей пустой угрозой.
– Я серьезно, - сказал я им. – И если ты даже подумаешь о том, чтобы разбудить этого
ребенка, то не мне придется потратить еще два часа, укачивая его, чтобы он снова
заснул.
– О, пожалуйста, - парировал Олли. – Шони может проспать что угодно.
– Да, - возразил я. – Ему повезло, потому что он живет с парой туманных рожков.
– Почему я не могу спуститься?-Тадхг заскулил. – Это канун Нового года. Шэннон не
ложится спать – и не говори, что это потому, что она старше меня, потому что это
отговорка.
– Потому что, если я позволю тебе спуститься, тогда я должен позволить спуститься
Олли, и если я позволю спуститься Олли, я должен позволить спуститься Шону, -
услышал я, как я говорю ему, должно быть, в седьмой раз. – И я не понесу все ваши
задницы обратно в постель, когда вы отключитесь на диване.
– Но папа ушел на ночь, - продолжал протестовать Тадхг. – И мама ушла с ним. Это
случается раз в год, Джо. Раз в чертов год.
– Точно, - согласился я. – Так что, иди спать, как хороший парень, и дай мне хоть раз
насладиться тишиной и покоем.
– Это чушь собачья, - проворчал Тадхг. – Сейчас только половина десятого.
– Мы ненавидим, когда ты нянчишься с детьми, - фыркнул Олли, запинаясь в своих
словах. – Ты самый подлый. И скучный.
Я закатил глаза. – Да, потому что нянчиться с вами троими – это такое волнующее
событие и для меня тоже.
– Джоуи, пожалуйста…
– Кровать. - приказал я, подняв руку. – Продолжайте сражаться со мной, и никто из вас
не увидит территорию GAA в течение недели.
– Ты не можешь этого сделать, - запротестовал Тадхг. – Ты не можешь наказать нас. Ты
не наш папа.”
– Да, - добавил Олли, бочком подходя к Тадхг. – Ты не наш босс.
– О, нет?-Я приподнял бровь. – Продолжайте настаивать, и я добавлю еще неделю.
– Но…
– Уже три недели.
– Это чушь собачья, - фыркнул Тадхг, прежде чем исчезнуть из поля зрения. – Ты мне
больше нравился, когда тебя рвало!
– Да, - проворчал Олли, поспешая за Тадхгом. – Мы ненавидим тебя.
– Да, да. Сладких снов, маленькие ублюдки, - крикнул я в ответ, ожидая звука
захлопнувшейся двери их спальни, прежде чем вернуться в гостиную.
– Вау, я так рада, что ты здесь, чтобы показать себя, - усмехнулась Шэннон, когда я
опустилась на диван рядом с ней. – Они в буквальном смысле никогда не делают того, что я им говорю.
  
– Ты не можешь показывать слабость, - объяснил я, бросая ей плитку шоколада из