Спасти 6-го (ЛП)

Я клянусь.
– Ты такой лжец.
Разъяренная, я быстро подняла его на ноги и разразилась какой-то речью в адрес
учителя, прежде чем вывести его из класса, игнорируя взгляды и шепот, пока мы шли.
– С Джоуи все в порядке,Ифа? – крикнул нам вслед из-за двери класса наш учитель, мистер Бролли.
– Да, да, сэр, он великолепен. Это просто кровотечение из носа. Попросишь Кейси
  
собрать наши сумки за нас, - крикнула я в ответ, прижимая его к себе, пока я выводила
его из школы и направлялась к тому месту, где я припарковала свою машину.
– Не ненавидь меня, Моллой, - пробормотал Джоуи, падая на пассажирское сиденье в
ту минуту, когда я отпустила его, чтобы открыть дверь машины. – Ты – все, ради чего я
должен просыпаться по утрам.
Глава 67.Назад в собачий дом.
Джоуи 
1 сентября 2004.
Я вернулся в собачий дом.
Я лежал на полу в ее спальне, совершенно голый, с пушистой белой подушкой под
головой и наброшенным на меня розовым одеялом, таким я оказался, когда пришел в
себя.
– Значит, он жив, - саркастически протянул знакомый голос.
Сильно дрожа, я медленно поднялся, чтобы обнаружить пару яростных зеленых глаз, уставившихся на меня.
Сидя спиной к двери, она сердито посмотрела на меня, когда спросила: – Что он тебе
дал?
Я открыл рот, чтобы солгать, но она опередила меня.
– Даже не думай лгать мне, - предупредила она, бросая кухонное полотенце, которое
лежало у нее на плече, мне в голову. – Если бы ты видел, что вышло из твоего тела, что
мне пришлось с тебя счищать, тогда бы ты знал, что лгать бессмысленно.
Испытывая отвращение к самому себе, я оглядел ее разгромленную комнату, ее теперь
разобранную кровать и подавил стон. – Неужели я…
– Разрушил мою комнату в процессе разрушения своего мозга? – быстро прошипела
она. – Ага.
– Прости.- Я выдохнул. – Я все уберу…
– Я уже сделала, - отрезала она. – И прежде чем ты подумаешь о том, чтобы сбежать от
меня без объяснения причин, просто знай, что каждый стежок одежды, который на тебе
был, в настоящее время находится в сушилке внизу. Итак, нет, Джо, я не хочу, чтобы
ты помогал убирать. Все, что я хочу от тебя - это ответы.
– Что ты хочешь знать?
– Начни с того, что ты принял сегодня утром.
– Черт.- Протянув руку, я обхватил затылок и вздохнул, прежде чем неохотно
признать:– Это мой промах.
– Промах.
Не было смысла лгать ей, даже если ложь была моим родным языком, чем-то, что я
унаследовал от своей семьи.
Но я не мог сделать это сейчас.
Взгляд в ее глазах сказал мне, что у меня был один шанс исправить это, и только один.
– Я не собираюсь оправдываться, - сказал я. – Этому нет оправдания.
– Нет.- Ее голос был хриплым от эмоций. – Нету.
– В отличие от сегодняшнего дня, я действительно пытался, - добавил я, проводя рукой
по волосам. – Больше, чем ты думаешь.
– Тогда почему?- Ее голос дрогнул, и я увидел, как слеза скатилась по ее щеке. – Зачем
это? У тебя все так хорошо получается. Я знаю. Я знаю, что ты не идеален, хорошо. Я
знаю, что ты куришь травку. Я знаю, что у тебя есть свои демоны и свои секреты, но
ты пытался. Ты не собирался так облажаться!
– Прошлой ночью он сломал нос Тадхгу, - услышал я свое признание. – И меня не
было там, чтобы остановить его.
– Твой отец?- Дыхание застряло у нее в горле. – Твой отец сломал ему нос?
– Да. Он сделал. - Я ответил категорично, ненавидя себя всеми фибрами души за то, что рассказывал ей вещи, которые она не должна была знать.
За то, что затащил ее глубже в мой поганый мир.
– Но он всего лишь ребенок, - воскликнула она, прикрывая рот рукой. – Он просто
маленький ребенок.
– Не имеет значения, - невозмутимо ответил я. – Жестокие алкоголики не видят
возраста или пола. Все, что они видят, - это боксерскую грушу, в которую нужно
целиться, когда эта идея приходит им в голову.
– Джоуи.
– Не жалей меня, - предупредил я дрожащим голосом, подняв руку. – Это не то, чего я
хочу от тебя. Никогда.
– Я не жалею, - прошептала она. – Я не буду.
– В любом случае, я не смог справиться с тем, что произошло прошлой ночью, -
признался я. Все еще не могу. – Итак, я сделал то, что обычно делаю, когда дома
становится слишком тяжело.-Я пожал плечами. – Я позвонил Шейну.
Слезы текли по ее щекам, когда она смотрела, как я наблюдаю за ней. – И?
– И.- Я тяжело вздохнул, прежде чем признать: – Я получил то, что мне было нужно, чтобы помочь мне справиться с этим.
– Что это было?
– Кое-что, чего я раньше не пробовал.
– Что-то плохое?
С горечью сожаления я кивнул в ответ, что заставило Моллой подавить огромный, выворачивающий внутренности всхлип.
– Ты не можешь делать это снова.-Вскарабкавшись на четвереньки, она подползла к
тому месту, где я сидел, и обняла меня. – Ты не можешь, Джо. Ты просто не можешь.-
Сильно плача, Моллой цеплялась за меня, как маленькая обезьянка, держась за мое
тело, как будто это было что-то очень важное для нее. – Ты мне нужен. Ты нужен мне, Джо. Ты не можешь сделать это с собой.
– Все в порядке. Потрясенный тем, насколько глубоко ее боль затронула меня, я обнял
ее. – Тсс. Все в порядке.
– Мы могли бы выбраться отсюда, - всхлипывала она мне в шею. – Ты и я. Мы могли
бы просто загрузить машину и оставить этот дерьмовый город позади. Я бы пошла с
тобой, Джо. Пошла. Я люблю тебя, - она продолжала всхлипывать, осыпая поцелуями
мою шею. – Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя так чертовски сильно, что мне
хочется умереть.
Я поверил ей, и это напугало меня больше, чем перспектива остаться.
Потому что я знал, что она была готова на все, чтобы помочь мне, и, в конце концов, этого было бы недостаточно, потому что я был слишком чертовски погружен в мысли.
Она была слишком хороша для меня, слишком чертовски хороша для всего мира. В
глубине души я знал, что мне нужно отпустить ее, чтобы дать ей хоть какой-то шанс на
будущее.
Но я просто не мог.
– Я не могу оставить их, Моллой, - прошептал я, крепче обнимая ее, когда ее тело
сотрясалось от рыданий. Я не мой брат. – Я должен остаться.
Глава 68.Смирились с душевной болью.
Ифа 
1 сентября 2004.
Я никогда не хотела чтобы когда-нибудь снова пережить день, подобный
сегодняшнему.
Не было слов, чтобы описать уровень беспомощности, который я чувствовала, когда
наблюдала, как Джоуи взлетел, а затем грубо разбился и сгорел.
Я не была глупой.
Я могла видеть красные флаги, взлетающие во всех направлениях.
Проблема была в том, что я была слишком влюблена, чтобы прислушаться.
Потому что я знала, что за всей этой болью и дерьмом был кто-то, кого стоило спасти.
Он был хорошим человеком, который принимал ужасные решения.
Он не пытался никому навредить.
Он пытался выжить единственным известным ему способом – самолечением.
Даже когда я смотрела, как он отсыпается на моей кровати, я могла видеть душевную
боль, которую он олицетворял для меня, написанную на каждом дюйме его кожи.
Он собирался разбить мне сердце, я знала это. Я могла видеть, что это приближается за
милю, и я все еще не могла заставить свои инстинкты самосохранения включиться и
защитить меня от неизбежного.
Слушать, как он говорил о своем отце ранее, было самым откровенным, что он когда-либо был со мной.
Сидя посреди своей спальни, я не могла избавиться от ощущения, что мой мир
перевернулся.
  
Это был грандиозный прорыв.
Возможно, в этом упущении не хватало конкретики, и он держал гораздо больше карт у