Академия Весны

– Я имею право не отв… – начинает она.
– Кто ты?! – староста вопит еще громче.
– Слушай, просто дай пройти, я такая же студентка, как и все, спроси декана, если нужно.
Все хорошо… все хорошо! Молчать нельзя! Нельзя казаться странной. Тебе с ними еще долго жить, нужно учиться держать себя в руках. Не нарывайся, Брайт. Но защищай себя. Молчащего – бьют.
– Ну уж нет. – Доброты у старосты на лице как не бывало.
Земля начинает дрожать, и оттуда вырываются мерзкие белые толстые ростки силков, готовые опутать ноги и удержать на месте. Первокурсники начинают шептаться, что это незаконно, а компашка парней восхищенно завывает.
– Ты ответишь мне! Я староста и должна знать. Если тебе есть что скрывать, значит, это что‐то еще более мерзкое, чем я могу представить. – Бэли Теран кривит губы, с наслаждением глядя, как Брайт бледнеет.
– Если ты не можешь определить класс мага по его внешнему виду, значит, ты просто недостаточно образованный человек. Я. Не обязана. Отвечать, – спокойно, громко говорит она, чувствуя, как заостряются ногти и зудит кожа.
Голос хрипит еще больше, и присутствующие немного успокаиваются, прислушавшись, но быстро сгоняют наваждение. Первый шок – самый сильный.
– Я не спрашивала, что ты обязана, а что нет. – Девица приближается и встает в шаге от Брайт. Дальше ей подходить уже неприятно, судя по лицу. – Тут много таких, как ты. Грязных чужаков… А мы не звери, мы понимаем, что вы просто не такие, как мы… – Теперь она говорит ласково, будто снова делает вид, что рада всем. – Заблудшие овечки, которым просто нужно подсказать, куда катиться… И вы должны уважать нас за то, что мы любезно предоставили вам свою землю и свою магию. Даем образование, понимаешь ли. Знаешь, что такое уважение? Пойди пообщайся со своими, узнай, как должна себя вести. Тише воды ниже травы, поняла? Иначе придется науч…
– Бэли!
Голос не со стороны первокурсников, не со стороны компашки. Кажется, что этот человек стоит очень близко, а в действительности – позади всех.
– Рейв? – Тон девицы меняется. Она снова весела и радушна. – Привет, как поживаешь? Листовку?
– Что ты делаешь с этой иной? – Он приближается.
Брайт чувствует запах: свежий, штормовой, словно рядом море. Голос уверенный, спокойный, его обладатель знает, что одного слова хватит, чтобы прекратить перебранку.
– Хочу узнать ее расу! – капризно пищит Бэли, тыча в Брайт пальцем, будто в зверушку. Она даже качает головой, сокрушается, словно над в который раз переставшей работать техникой.
– Зачем? – Он совсем близко, но Брайт не сдается, не оборачивается.
Бэли же мнется, поджимает губы. Никто не имеет права задавать такие вопросы. Никто!
– Зачем тебе знать расу этой иной? – переспрашивает парень по имени Рейв.
– Знаете, вы договорите без меня, хорошо? – «Эта иная» делает шаг, Бэли округляет в ужасе глаза, и ее силки тянутся вверх, повинуясь хозяйке.
Брайт бьет ростки ногой, этого хватает, чтобы деморализованные растения отпрянули, а она увернулась и как ни в чем не бывало пошла к крыльцу.
– Как ты смеешь? – шипит ей в спину Бэли. – Рейв! Зачем ты ее защитил?
Но Рейв не отвечает, а Брайт не оборачивается. Поднимает руку, показывает средний палец – в надежде, что он достигнет адресата. Адресат возмущенно ахает и шипит, что это вульгарщина.
Да-да, Бэли Теран, и это не худшее из качеств «этой иной».
– Рейв! Ты же… – пыхтит Теран.
Но Рейв только что увидел то, чего совсем не ожидал. Он смотрит в спину Брайт Масон так, будто там нарисована его личная мишень.
 
Глава третья
 
Гранж
 
ГРАНЖ
 
Зародившееся в княжестве Дорн направление в моде, основанное на отрицании всех норм.
 
– Круто ты ее! – Веселый мужской голос заставляет Брайт напрячься.
Она очень хочет скорее остаться одна, но все никак не выходит.
– Ну, цыпа, не обижайся. Теран – дрянь редкостная, и ей было интересно, что с твоими глазами…
Тот самый кудрявый брюнет, что только недавно демонстративно отпрянул от Брайт, увидев ее глаза, и сорвал с нее очки, теперь идет рядом. Он то и дело пытается ее обогнать и идти спиной вперед, но натыкается на спешащих студентов и преподавателей, извиняется, чертыхается, кривится. Это даже могло быть мило, если бы не все, что случилось «до».
 
– А тебе тоже интересно?
Брайт слушает вполуха. Ей неинтересно. Даже в свободной от расизма стране она была «не такой, как все», тут и подавно. Хуже места для дочки доктора Масона и придумать было трудно. Так что она старается игнорировать кудрявого и разглядывает инфографику на розовой листовке. При соприкосновении с пальцами на бумаге сразу появляется необходимая информация.
Брайт Масон
 
Факультет нейромодификаций
 
ПЕРВЫЙ КУРС
 
Страна: Аркаим
 
Класс: ____
 
Корпус Р-1 комната 4
 
А ниже схема кампуса и студенческой деревни.
– Как тебя зовут? – Кудрявый не отстает и даже хватает Брайт за плечи. – Эй… Да не бойся! Давай помогу!
Он выхватывает ее розовый чемодан и заглядывает через плечо в листовку.
– Корпус Р… Брайт Масон. – Парень с наслаждением произносит имя и улыбается так широко, будто выиграл джекпот. – Ну не обижайся за… зверье, – миролюбиво просит он, будто это обычное дело. – Просто дурацкая шутка. Я думал, ты из оборотней.
Что ж… типичный красавчик с зелеными глазами. Бледный, черноволосый, высокий и худой. Кудри живописно падают на лоб, губы изогнуты в самодовольной улыбке. По таким обычно сохнут все от мала до велика. На нем черная водолазка и голубые форменные брюки, черное пальто развевается при ходьбе и будто сильнее оттеняет и без того алебастровые щеки. Слишком много самодовольства и беззаботности на лице.
– Я сама могу…
– Энграм Хардин, – представляется парень и бодро шагает по коридору, таща за собой розовый чемодан.
Брайт поправляет за спиной рюкзак и торопится следом. Перспектива снова лишиться вещей совсем не радует, но кто знает, какие шуточки в ходу у истинных. Может, через пару минут уже придется собирать свое нижнее белье с деревьев.
– Разве нам не на выход? – Она была уверена, что уже через пару минут будет распаковывать вещи в студенческой деревне, но ее ведут вглубь корпуса.
– Сначала получи форму, первокурсница! – покровительственно усмехается Энграм.
Форма. Неприятно, но факт. Кругом снуют девушки в ярких юбках выше колена и черных водолазках. Всего три цвета: бордовый, синий и серый. Не так плохо, как могло бы быть. Никаких белых блузок, у которых от парт чернеют рукава, уже победа.
Брайт никогда не носила форму. В Дорне училась на дому до тринадцати лет, потом в колледже при институте отца в Аркаиме. Там все ходили в чем хотели, поверх носили белые халаты.
Судя по списку вещей, который прислала администрация Академии, выдавали всё, даже верхнюю одежду и рюкзаки, а это напрягало. Брайт обожала одеваться в максимально комфортные вещи. И уж тем более ни за что не отдала бы никому свой рюкзак! Красавчик «Глум» из лимитированной коллекции, весь в нашивках, выполненных на заказ. Шипованные бока, усиленные ремни и артефакт от воров.
Хардин тащит вещи к шумному залу, где толпится народ. Все болтают, едят сладости и пихаются. То и дело вспыхивает магия разных видов, слышатся радостные и яростные визги вперемешку. Компашка черноглазых парней пытается заставить колонку петь, но та только булькает и кряхтит. Девчонки обсуждают новую помаду из суперстойкой серии какого‐то известного бренда. Пахнет духами, лаками для волос, средством для обуви. У многих на коленях одинаковые коробки, откуда студенты достают ботинки, студентки – высокие замшевые сапожки, а потом опрыскивают их водоотталкивающим составом.
Обувь тоже выдают? Ну уж нет! Никогда не стану носить замшу.
Слышно, как местная активистка руководит сбором на какой‐то мастер-класс. Как первокурсников зазывают на тусовку в корпус Б. Девочки в спортивных платьях репетируют идиотский танец с кричалками, а парни за этим наблюдают с плотоядными улыбками. Это все слишком обычно, и Брайт неуютно. Она чувствует себя самозванкой, которая никогда не станет частью этой студенческой жизни, а будет просто наблюдать ее со стороны и при первой возможности сбежит.