Разрушающийся мир (ЛП)

— Не похоже, чтобы это было так.
Полные губы Элизы скривились. Она смотрела в пол, не желая встречаться с Амелией взглядом. Дрожащей рукой она провела по горлу.
— Конечно, я люблю его. Он мой сын. Я его мать.
Амелия ничего не ответила, позволяя тишине напряженно повиснуть между ними. Раньше она бы оставила эту тему, попыталась сгладить напряжение очарованием или скромным молчанием.
Теперь нет. Правда важнее.
— Он так похож на своего отца. — Слова мамы звучали так тихо, что Амелии пришлось наклониться вперед, чтобы ее расслышать. — Я старалась, но…
— Старайся сильнее. — Амелия схватила маму за руку. — Сайлас не отец. Он делает свой собственный выбор, как и все мы. Он еще не потерян.
— Он не такой, как ты, Амелия…
— Мне все равно, — твердо сказала Амелия. — Мы должны стать лучше, чем были, лучше, чем есть. Все мы. Ты ему нужна.
— Я попробую, — пообещала мама.
— В этом жестоком мире нет вторых шансов и повторных попыток.
— Знаю. — Мама беспокойно зашевелилась на кровати. Ее взгляд упал на браслет с шармами, висевший на шее Амелии. В глубине ее глаз что-то шевельнулось. Она напряглась.
— Что такое?
— Твой отец, — мрачно сказала Элиза.
Живот Амелии скрутило в тугой узел.
— Что?
Мама отстранилась и прижала обе руки к своему горлу.
— Что, если он там? Что, если он в Убежище?
— Тогда я встречусь с ним лицом к лицу, — заявила Амелия с большей убежденностью, чем чувствовала.
— Если члены Коалиции внутри, они могут убить тебя только за то, что ты его дочь. Просто, чтобы замести следы.
До крушения мира Деклан Блэк был скандально известным основателем и генеральным директором «Биоген Технолоджис», а также председателем Коалиции Единства — конгломерата мощных биотехнологических, коммуникационных и оборонных корпораций, более могущественных и коррумпированных, чем все правительство. Именно они продвигали создание контрольно-пропускных пунктов, усиление системы наружного наблюдения и законопроект о внедрении идентификационного чипа жителям страны.
Мать Амелии считала, что Деклан Блэк не мог действовать в одиночку. За применением биооружия стояла Коалиция, устроившая биотеррористический акт в попытке провести свой Закон о безопасности и защите, сокращающий права граждан.
Но их планы пошли наперекосяк. Вирус, предназначенный для убийства ста тысяч человек, которых отбирали из числа неимущих, вместо этого мутировал. Он подвергся изменениям, соединившись с вирусом гриппа летучих мышей, и в результате получился очень заразный супервирус «Гидры».
— Амелия, это очень опасно. — Мама не сводила с нее взгляда, ее красивое лицо вытянулось, а глаза затуманились страхом. — Может, оно того не стоит?
Амелия подумала не только о тех, кого она любит, но и о людях, которых может спасти.
— Стоит, мама. Даже если случится самое худшее. Оно того стоит.
Глава 5
Мика
— В стенах Убежища живут невинные люди, — сдерживая свой гнев, заявил Мика. Он испытывал отвращение к Клео и ее планам. — Женщины и дети. Вы не вправе причинять им вред.
Когда-то Габриэль схватил бы Мику за руку и оттащил назад, смущенный его морализаторством. Он бы отчитал младшего брата, заставил его замолчать. Но Мика больше не отмалчивался. И Габриэль не пытался его остановить.
— Никогда не понимала, почему пол имеет особое значение в вопросах невинности, — холодно заметила Клео, — эти люди перестали быть невинными ровно в тот день, когда закрыли ворота и отказались их открывать. И какого черта ты вообще здесь? Ты не один из нас.
Мика не поддался на провокацию.
— Не для приятной компании, это уж точно.
Габриэль отступил на шаг от Клео. Он разжал кулаки, свободно свесив руки по бокам. На Мику он по-прежнему не смотрел.
— Мой брат умен и рассудителен. Ты должна хотя бы подумать о том, что он говорит.
— Как по мне, все вы, кроме Чудо-девочки и тебя, солдатик, — Клео постучала пальцем по груди Габриэля, — жрете нашу еду, дрыхнете в наших койках и ничего не делаете. Вы — паразиты. И поэтому плевать я хотела на ваше мнение с высокой колокольни.
 
Оружейная комната сомкнулась вокруг Мики, все эти сверкающие орудия, вся смерть, разрушение и ужас, которые они могли обрушить на оставшихся в живых. Мика внутренне содрогнулся.
Джамал расхохотался.
Мышцы на челюсти Габриэля дернулись.
— Твоя мать научила тебя так разговаривать с людьми?
— Она научила меня вырывать горло врагу зубами. — Клео сверкнула зверской улыбкой. — И именно этим я и собираюсь заняться. Все несогласные могут проваливать.
— А как же лекарство Амелии? — с вызовом спросил Мика.
— Нападение планируется только через несколько месяцев, — пояснила Клео. — К тому времени она уже успеет вернуться. С лекарством мы сможем увеличить число новобранцев в десятки раз. Мы сможем добывать провиант в опасных, пораженных заразой районах. Мы сможем выменять необходимое нам оружие.
Она повернулась к Мике, скривив губы.
— Каким бы высокоморальным человеком ты себя ни считал, все же ошибаешься. Мы не отказываем в помощи тем, кто не заражен. Мы принимаем женщин, детей и стариков. Мы создали безопасное место для семей. Не смей осуждать нас за стремление сохранить имеющееся, за желание создать надежное место для других людей, вместо того чтобы позволить элите в Убежище присвоить себе все хорошее и уничтожить все остальных.
— Сколько человек вы можете разместить? — поинтересовался Габриэль.
— Меньше двух тысяч, и мы каждый день набираем новобранцев, — отозвался Джамал.
— Значит, вы не можете оставаться здесь вечно. — Голос Габриэля потерял свою остроту. Похоже, Клео его уже убедила.
— При той скорости, что мы принимаем людей, это займет не больше полугода. — Клео выпустила колечко белого дыма и посмотрела, как оно рассеивается. — Нам нужно больше места. У нас есть источники энергии — ветряки, солнечные батареи, гидроэлектростанции, множество генераторов, ирригационные системы и сельскохозяйственное оборудование. У нас есть скот, продукты питания, медикаменты, урожай и семена для выращивания настоящей еды. Но этого все равно недостаточно для возросшего числа людей.
— У нас мало времени, но мы не можем начать борьбу без нужного количества бойцов и оружия. Оружия подходящего типа.
Габриэль сложил руки на груди и пристально посмотрел на нее.
— Вот о чем говорил Цербер. Фантом.
— Ты хоть понимаешь, с чем нам придется иметь дело? — Клео сняла с одной из полок гранатомет и перекинула его через плечо. В маленьком пространстве он выглядел огромным — гладким, грозным и смертоносным. — Убежище со всех сторон окружено тридцатифутовой электрифицированной плазменной стеной. На валах установлены огромные пушки, по сравнению с которыми это чудовище покажется игрушкой. Ракеты уничтожают самолеты еще до того, как они приблизятся. Источником энергии для них служат внутренние водородные топливные элементы, так что отключить питание извне не получится. А «Ночные ястребы» — беспилотники военного класса — патрулируют территорию в радиусе пяти миль. Они стреляют на поражение и не задают вопросов.
Мика нервно сдвинул очки на переносицу большим пальцем.
— Тогда как мы вообще сможем провести Амелию внутрь?
— К единственному входу ведет только одна дорога. Если отправиться по ней и не отклоняться ни на шаг в сторону…
— Потому что вся территория заминирована, — вставил Джамал.
— Тогда целый батальон солдат устроит вам допрос. Если они сочтут вас достойным дальнейшей проверки, то поместят в изолятор — карантинные палатки за пределами Убежища. Но если вы не принадлежите к элите или не обладаете критически важными навыками, вас без раздумий вышвырнут вон.
Мика ужаснулся.
— Это не ответ на мой вопрос.
— Имя, — тяжело произнес Габриэль. — Амелия постоянно появлялась в новостных лентах вместе со своим отцом, Декланом Блэком. Все ее знают. Ее имя станет пропуском.