Хранитель сада

— Нужда заставила. Я уже забеспокоился, думаешь ли ты еще о моем саде.
Она ни о чем другом почти и не думала, но не собиралась признаваться. Дети влетели в холл, не дав ей времени ответить.
Ребята визжали и прыгали почти всю дорогу, потому что видели гораздо больше из высокого «Дискавери», чем из ее машины. Если бы это не умаляло ее достоинства, Джорджия тоже бы визжала и прыгала, потому что присутствие Мэтта и его густой, насыщенный голос поразительным образом воздействовали на ее кровяное давление. Когда он рассказал какой-то бородатый анекдот, она смеялась и хохотала, пока у нее не заболело в боку.
Мэрфи встретил их с восторгом: отбил барабанную дробь хвостом о машину и энергично облизал Детей своим замечательным розовым языком. Люси кричала и хихикала, Джо скорчил гримасу, но Мэрфи не унимался. Он забрался в багажник автомобиля, пробежался по всем чертежам Джорджии и, когда Мэтт выгнал его, побежал по дорожке за Скэлли, похожим на борзую в парике.
— Ух ты, он умеет бегать! — поразилась Джорджия.
— О да. Он в отличной форме. Бедный старый Скэлли устает бегать по нескольку раз в день, но они любят друг друга.
Скэлли взлетел на стену сарая и уселся на выступ над дверью, злобно поглядывая на Мэрфи. У него был такой вид, как будто не так уж он и любит эту собаку, но Мэрфи уже забыл о нем. Он нашел что-то пахучее в траве и самозабвенно стал валяться в ней.
— Отвратительно ведешь себя, — ласково сказал ему Мэтт и провел их через черный ход в кухню.
Миссис Ходжес занималась мытьем посуды и весело поздоровалась с ними. Не прошло и нескольких секунд, как дети держали чайные полотенца и вытирали посуду, не выражая никакого неудовольствия, которым обычно огорчали дома Джорджию. Поразительно. Мэтт кивнул Джорджии головой в сторону двери.
— Пошли посмотрим на сад. По краю появляются розы, и я подумал, что ты знаешь эти сорта. И мне требуется твое мнение по поводу кое-чего другого.
Они обошли вокруг дома по дорожке, усыпанной гравием, и открыли калитку в обнесенный забором сад. Там был бельведер, маленький кирпичный павильон с остроконечной восьмиугольной крышей. Мэтт распахнул покосившуюся дверь.
— Я хотел реставрировать и это. Что ты думаешь? Она вошла внутрь и очарованно огляделась. Окна были разбиты, пол засыпан старыми листьями, потолок затянут паутиной, но красота все еще ощущалась.
— О да, — тихо произнесла она. — Он...
— Романтичен? — Голос у него стал низким, тихим и хрипловатым. — Можешь представить себе красивую девушку в длинной ниспадающей юбке, которая мило краснеет, когда ее кавалер дарит ей розы? И даже украдкой целует ее...
Она вдруг поняла, что они совсем одни, и сердце ее забилось. Их взгляды встретились, и, не говоря больше ни слова, он заключил ее в объятия и припал к ее губам.
Джорджия хотела оттолкнуть его, но руки любовно легли ему на грудь, чувствуя биение сердца и проникающее сквозь рубашку тепло его тела.
— Не думаю, что нам следует это делать, — слабо запротестовала она, но пальцами вцепилась в его рубашку, чтобы не отпускать его.
Он поднял голову и усмехнулся. Его глаза искрились весельем.
— Хочешь, чтобы я прекратил?
Нет, она не хотела. Закрыла глаза, не в силах сопротивляться ему, и он снова и снова прикасался ртом к ее губам.
— Нечестно, — прошептала она.
Он тихо засмеялся, еще раз поцеловал ее и отпустил.
Волна разочарования охватила ее, пока она снова не увидела его глаза. Темные от желания, они говорили, что он будет счастлив продолжить, и все-таки он подчинился ее желанию.
— Пошли, — мягко пригласил он. — Пройдемся по саду, посмотрим на розы и постараемся не думать о личном.
Они снова вышли на яркий солнечный свет и зашагали вдоль бордюра из роз. Джорджия всматривалась то в один спутанный куст, то в другой, изображая заинтересованность.
— С ними нужно много работать, — наконец промолвила она. — Некоторые из них лучше удалить, но сначала надо узнать, что вырастет.
— Прошлым летом я сделал несколько фотографий, когда они цвели, — тебе это поможет. Но они все равно скоро зацветут. Ты можешь подождать?
  
Действительно, на некоторых кустах бутоны были пухлыми, готовыми раскрыться.
— Подожду. Настоящие цветы расскажут гораздо больше, иногда даже запах важен. — Джорджия обернулась и увидела, что он стоит совсем рядом. Настолько близко, что ее руки снова поднялись, чтобы защитить от столкновения с ним, и снова мягко упали ему на грудь.
Мэтт улыбнулся и нехотя отошел.
— Нам лучше не начинать снова, — пробормотал он, и как раз вовремя, потому что калитка открылась и следом за Мэрфи вбежали дети.
— Миссис Ходжес говорит, что завтрак будет готов, когда мы будем готовы. Она положила бутылку минеральной воды и спрашивает, положить ли еще бутылку вина для вас, — на одном дыхании выпалил Джо.
— Мне не нужно, — ответила Джорджия.
— Достаточно и минеральной воды. Мы придем через минуту.
Они убежали, собака за ними, в восторге от юной и резвой компании, и Мэтт повернулся к ней.
— Вернемся и поговорим об этом позже? Сколько у тебя времени?
Все мое время — для тебя, хотелось ей сказать, но душа и здравый смысл снова были не в ладу. Кроме того, взыграла совесть. У нее есть другие заказчики и другая работа.
— Мне нужно закончить дизайн для лондонского клиента в этот уикенд. Большая часть работы позади, но я очень часто оставляла свою команду одну, и мне нужно все проверить. Он довольно неприятный, этот клиент.
— Команда? — с удивлением спросил Мэтт. — Я думал, ты работаешь одна.
Она засмеялась.
— Одна? О господи, нет. Нас четверо. У меня два чертежника и оформитель. Я занимаюсь только посадкой растений и дизайном. Одна я не смогла бы всего исполнить.
У него был слегка смущенный вид, как будто он не осознавал масштаба ее работы.
— Как-нибудь я покажу тебе студию в гараже. Его переделали очень интересно. Если захочешь, посмотришь ее, когда отвезешь нас домой.
— Спасибо.
Они снова пошли на кухню. Мэтт задумчиво молчал, а Джорджия осматривалась вокруг. За регулярными садами и кучкой сельских зданий с трех сторон раскинулся парк с великолепными деревьями, маленьким леском, пересекающимися дорожками и проездом по мостику, за которыми находилась ферма.
Вдалеке около леса она увидела пасущегося оленя и какого-то человека, едущего по одной из дорог. Все казалось таким сельским и необыкновенно английским.
Каково это, подумала она, ощущать себя частью такой благодати? Владеть всем этим, быть сторожем и хранителем, как говорил Мэтт.
Ужасная ответственность и огромная привилегия.
Она слегка вздрогнула и обняла себя руками, хоть день был теплым.
— Замерзла? — спросил он. Она покачала головой.
— Что-то меня дрожь пробирает, — неловко рассмеялась Джорджия. Глупое выражение.
Вокруг ее плеч быстро обвилась его рука, теплая, крепкая и успокаивающая, и она пожалела, что он убрал ее, когда они вошли в кухню.
Дети сияли и смеялись, а миссис Ходжес укладывала и укладывала что-то еще в корзину.
— О господи, после этого нам несколько недель не надо будет кушать, — заметила Джорджия, удивленно смеясь и разглядывая груду припасов.
— Ничего, Мэрфи доест все, что вы не осилите. Мэрфи сидел, держа морду на уровне корзинки и выказывая явный интерес к содержимому.
— Подожди, — сказал ему Мэтт и взял корзинку в руки. — Мы будем у реки, миссис Ходжес, на случай, если я кому-нибудь понадоблюсь.
— Приятно провести время. — И она любовно потрепала детей по волосам, когда они вприпрыжку пробегали мимо к машине. За ними мчался Мэрфи.
Они проезжали вдоль извилистого берега реки, и олени убегали и прятались. Мэрфи не было в машине, он бежал рядом, почти стлался своим длинным телом по земле.
Мэтт поставил машину в тени большой ольхи и открыл багажник.
— Подходите и помогайте. — Он дал Люси и Джо расстелить два одеяла, Джорджии пару подушек и взвесил в руках корзину. — Посмотрим, чем нас загрузили, да? — предложил он с усмешкой и направился к солнечному месту среди деревьев.