Дикая орхидея прерий (СИ)
На вокзале началась обратная операция погрузки добрища в купе и ещё в багажный вагон, мамуля разыскала, таки, забытые вещи. Заводили и устраивали пони мальчиков в стойлах в спецвагоне, проверили, все ли у них есть, но грум, обслуживающий этот вагон, заверил, что для лошадей у них есть все. В общем, любой каприз за ваши деньги. Мэри и Камилла и в самом деле ожидали нас на перроне, сидя на лавочке с небольшими сумками, где уместились все их вещи. Примерно через час посадка всех пассажиров была завершена, мы тоже, вроде бы, никого и ничего не забыли, станционный смотритель три раза бамкнул в колокол, паровоз залихватски свистнул, заскрипели сцепки вагонов, состав набирал ход. Потаращившись в окно минут десять, я сходила проверить все свое семейство и иже с ними. В купе с мамой сидел тоскливый Тимми. Рассчитывал на веселье и проказы в дороге, а тут облом-с! Но судя по его дремлющему виду, он вскоре уснет. Папе, как самому слабому воспитателю, достался тихий Хосе, а Томми пребывал в таком же настрое, как и его брат, в обществе Зухенио. Заглянула я и к нашим девушкам. Дебора деловито намазывала паштет на хлеб, чашки с чаем девушки держали в руках, а на столике красовался примус и чайник на нем! Надеюсь, у нее в узле нет кастрюли для супа, ведь что-то громыхало! Мне тоже предложили чай и бутерброд, но я замотала головой пока не хочу! Но, стоящий за моей спиной Джеральд сказал, что он будет все, что дадут, и чтобы не забыли про папу. Вот два проглота! Вернулась к себе в купе, разделась и упала спать. Ночь была с кошмарами, снились мне бесконечные листы списков вещей и грозная мамочка, вопрошающая:
- А где вещи из позиции шестьсот сорок семь дробь восемь?
Поэтому я и отключилась наглухо. Потом мне приснилось, что меня запихнули в багажный вагон к лошадям и я теперь там еду.
Открыла глаза и осмотрелась, на всякий случай. Нет, все в порядке, я все-таки в своем купе, а не на конюшне. Но запах лошадей все равно присутствовал. Джеральд, снимая сюртук, весело заметил:
- Ну ты и сильна спать! Две остановки проехали, время уже далеко за полдень, четыре часа, а ты все спишь. Вот, сейчас с мальчиками выгуливали их пони.
Ах, так вот откуда так "благоухает"! Все ароматы Франции в одном флаконе! Кинула в супруга подушкой и велела не заходить, пока не вымоется.
Джеральд со смехом пошел в ванную, но высунулся из-за двери и сообщил:
- Кстати, у Деборы такой гуляш с картофельным пюре пальчики оближешь! Тебе оставили, хотя я говорил, что ты не будешь и лучше я съём!
Я со стоном упала назад на диван. Господи, за что ты меня наградил этим семейством??!!
Так и потянулись дни путешествия на поезде. Почти все были заняты делами, в основном они сводились почти к одному - уследить за этой шустрой троицей. Этим нелегким делом были заняты отец, гувернер, дед с бабкой. Только я кайфовала, меня освободили от этого, мама с сочувствием сказала:
- Отдохни пока, Леночка! Тебе ещё фургоном править, да и приедем в Батон-Руж, тебе хватит работы по дому.
Вот я и отдыхала. Даже смирилась с примусом и готовкой Деборы, было гораздо вкуснее у нее, чем в привокзальных ресторанах. Теперь мы просто закупали продукты на остановках, а Дебора готовила. Запах иной раз стоял такой, что приходили другие пассажиры со своими тарелками - они почему-то думали, что горячее питание входит в стоимость билета.
За сутки до прибытия на конечную станцию мне пришлось выйти из состояния блаженной дремы - мамуля торжественно извлекла список добра, оставленного на ответ хранение на складе. И началось отмечание, где что лежит. А ещё предстояло сформировать наш маленький обоз, решить, кто чем управляет. Мне, традиционно, достается фургон. Джеральд плотно присвоил моего Бандита, но время от времени я все равно буду его забирать - и самой размяться, и показать коню, кто у лиси пан. Так, папа... Так-то он ехал верхом, но в его годы это уже тяжеловато. Может, на одну из телег его? Которая наша. Все равно нужна ещё одна телега с лошадью, и я ломаю голову - брать или нет пролетку, ведь людей у нас прибавилось.
Вот и сижу над листком бумаги, весь исчеркала, тасуя людей и транспорт. Получалось, что нужна ещё одна телега и пролетка-коляска. Из моих городских девушек никто не умел управлять этим видом транспорта, Эухенио сознался, что несколько раз пробовал управлять коляской и он попробует улучшить свое умение. Маме придется трясти свои кости, как она сказала, на телеге. Это если доктора Энтони до сих пор нет, он точно умеет ездить с телегой, видела на фактории. Мальчишки днём на своих скакунах, на ночь обязательно в фургон, ко мне и бабушке. Надо будет ещё докупить матрацев и одеял, для ночующих под звёздами. М-дя, явно какие-то гены мне передались от мамы Анны, размахнулась я не слабо. Хорошо ещё, что на питании мы здорово сэкономили, за счёт готовки Деборы. Да и Джеральд пока меня не ограничивает, значит, не последний его галстук доедаем. Без соли.
Вот так "увлекательно," с карандашом и листком бумаги, при посильной помощи Анны и Деборы я и провела последние сутки. В конце концов нашу теплую компанию разогнал мой дорогой супруг, заявив, что завтра разберемся со всем, а сегодня надо выспаться.
Прибыли мы на станцию так же утром. За два месяца в городке ничего не изменилось - та же серая пыль, песок и жара. Пришлось снимать наше северное утепление. Папа сказал, что поход на склад и трогательную встречу с кастрюлями и тряпками он не переживет и, прихватив мальчишек с их пони, на местном извозчике поехал устраивать нас в отель. На складе нас узнали сразу, во всяком случае, маму с ее списком. Пока она получала с помощью Деборы (эти двое нашли друг друга!) свое добро, мы с Джеральдом и Эухенио пошли на конюшню. С Бандитом мы едва не целовались, так соскучились друг по другу. Точно за конем был хороший уход - шерсть вычищена, грива расчесана, блестит, да и в форме конь хорош. Забрав остальной транспорт, слегка растерялась - нас маловато, чтобы доехать до отеля. Но нас успокоили - таким клиентам они бесплатно дадут работников, тем более что мы хотели прикупить ещё у них транспорт. Рабочие быстро перегрузили весь наш багаж из склада, а фургон просто выкатили и впрягли лошадей. Усадили наших дам в коляску, на козлы, немного робея, сел Санчес, Джеральд верхом на Бандите, папиного коня привязали сзади одной из телег и этаким цыганским табором, мы покатили в тот же отель, где останавливались до этого. Там нас ожидал сюрприз - доктор Энтони собственной персоной. Оказывается, он уже два дня нас ждет. Дождался и успокоился. Под неодобрительное фырканье Деборы заказали обед из ближайшей таверны. Оставив детей под присмотром мужской части нашего обоза, мы с мамой и Деборой покатили на коляске заказывать продукты и недостающие вещи... Насчёт мяса, я не беспокоилась - здесь пока ещё достаточно ранчо, можно купить, а в случае чего Джеральд и я всегда можем подстрелить дичь, прерия не без живности. Гораздо сложнее будет нам без круп, муки, овощей. Мы все-таки не монголоидная раса, без овощей и круп никак, иначе белковый дисбаланс будет, тоже ничего хорошего.
Весь следующий день мы получали заказанное, перекладывали и укладывали вещи, как нам удобнее, обсуждали порядок движения в обозе. Хорошенько отдохнув и плотно подкрепившись утром, мы, наконец, двинулись к намеченному концу нашего путешествия.
Глава 31
Много было всякого в этом нашем путешествии до Батон-Руж. Мой фургон возглавлял нашу процессию, это если не считать верхового Джеральда.
Переоделась я ещё в отеле утром, мои новые девушки и доктор Энтони первый раз увидели меня в полном ковбойском облачении и это было для них шоком. Девушки привыкли видеть во мне рафинированную леди из высшего общества, доктор привык видеть во мне изнеженную, слабую, болезненную дочку торговцев с фактории. А тут идёт навстречу ковбой в полном облачении, даже с полным оружейным обвесом. Волосы тщательно скручены в узел, закрыты платком и уложены под широкополый черный стетсон, надвинутый на лоб. Платок на нижнюю часть лица все, я готова ехать. Взобравшись на козлы, оглянулась. Следом за мной стояла коляска под управлением Эухенио, далее две телеги на одной доктор, замыкал обоз папа на своей телеге. Мальчишки, радуясь свободе, носились вокруг нас под присмотром Джера. Я свистнула, гикнула, взмахнула кнутом, и мы поехали.