Дикая орхидея прерий (СИ)
Я прикусила язык, про это я и не знала, тоже мне, губернаторша! Зато сказала:
- Если надумаете ехать, я помогу вам там открыть лавку.
Получив оплату и немного сверх оговоренного, счастливая Мэри ушла. А мама одобрительно заметила:
- Это ты хорошо придумала! Свои люди нужны везде! А где не потрепаться с подружкой, как у модистки!
Я молчала, ибо это мне и в голову не приходило, карьера Маты Хари прошла мимо меня. Потом прибежали девочки из салона красоты и меня вновь начали приводить в порядок- руки, ноги, лицо, волосы мыть и укладывать. Не могу сказать, с чем именно они мыли мне голову, но волосы переливались белым золотом. И вот я уже полностью одета, драгоценности на шее, в ушах... Мрачно разглядывая себя в ростовом зеркале, думала, что для полноты облика не хватает только звёзды на макушке и радостных детских воплей:" Ёлочка, зажгись!".
Когда я спустилась вниз, то застала мужа в гостиной, где он, весь красный, воевал с запонками. Пришлось помочь ему в неравной борьбе (запонки явно побеждали с большим отрывом). После этого он надел камзол и достал из внутреннего кармана бархатный футляр. А там лежала пара прелестных заколок в тему гарнитура, только с самой заколки свисали крохотные колокольчики из сапфиров. Самолично заколол мне в прическу украшения. И мы поехали. Уже сидя в ландо, Джеральд негромко сказал мне:
- Я узнал, действительно Филомена Уэбб обручилась с Чарльзом Морганом, одним из отпрысков семейства промышленников из Детройта. И случилось это через три дня после моего отъезда. Помолвка была очень тихая и скромная, только семьи и все. И в самом деле, я здорово мешал их счастью. Но я им благодарен, даже не могу сказать, как. Иначе я бы не нашел вас всех. А так у меня полная семья, даже с перебором. Насчёт Хосе так и нет ответа? Давай усыновим его?
Я обещала подумать, если до отъезда так ничего не будет известно. Мне тоже было жаль мальчика. У нас он стал обычным пятилетним ребенком, охотно обучающимся всему новому, а не зашуганным зверьком.
Прием катился своим чередом, я старалась не выпускать Джеральда из вида, ходя следом за ним с бокалом в руке. А у него было достаточно разговоров с такими же серьезными дядями. Как я и предполагала, общаться со мной никто не рвался, хотя разглядывали довольно беззастенчиво. Но вот кто-то тронул меня за локоть, я испуганно повернулась. Это была та женщина из коляски, представившая лорда Фрэнсиса своим братом.
- Простите, леди, вы тогда так быстро уехали, я даже не успела представиться. Я леди Джоанна Говард. А вон тот надутый важный господин - мой супруг, лорд Гарри Говард.
Хотя она и сказала это насмешливо, все равно чувствовалось, что она любит и уважает мужа. Я в свою очередь тоже представилась:
- Я - леди Елена Уэндом-Картер. А мой супруг все никак не может закончить сенатские дебаты, похоже.
- Очень приятно! Такие вы смелые леди, не все мужчины решались остановить коня, а вы смогли. Сенатор Трамэн должен будет вам за спасение жизни своей семьи до конца своих дней.
И только сейчас я вспомнила, где слышала эту фамилию. Гарри Говард - Председатель Сената, выше по положению только Президент. А леди Джоанна продолжала:
- Так вы та самая леди, о которой шепчутся по углам гостиных столицы! Мне вдвойне приятно познакомиться с вами! Наконец, эта кривляка Фило прекратит лить слезы и притворяться. Да вон она, опять собрала группу подруг!
Я обернулась. Действительно, возле диванчика у окна собралась стайка девиц в платьях всех пастельных оттенков. Кто-то передавал нюхательные соли, кто-то усиленно махал веером, кто-то подавал платочек с кружевами. Ну все, меня это цирк достал! Я девушка с ранчо или где?
Набрала разгон и врезалась в эту толпишку сплошной невинности раскаленным пушечным ядром. Девчонки испуганно расступались, никому даже в голову не пришло заступить мне дорогу. На диванчике сидело двое девиц, одна аккуратно промокла уголки глаз, очевидно, именно там были те самые пресловутые хрустальные слезинки. Нет, вот я даже завидую такой способности, если уж я начинаю рыдать, то непременно красная морда, отекшие глаза и сопливый нос. Вторая девица совала первой флакон с солями и гладила по плечу. Первая девица была довольно статная, в отличие от меня, этакая английская роза. Но, увидев меня, как-то некрасиво вытаращила глаза и неловко икнула. Ага, знает меня. Остановившись в паре шагов от группы на диване, произнесла:
- Леди Филомена, может, хватит сплетничать о моем муже по всем гостиным этого города? Скажите вслух, при всех, делал ли вам предложение руки и сердца мой муж? Что? Ах, не делал впрямую, но вы надеялись! Ни впрямую, ни в кривую он не мог этого сделать, так как мы женаты уже пять лет и он об этом не забывал. А вот вы, леди Филомена, кажется, забыли, что обручились с Чарльзом Морганом из Детройта через три дня после отъезда Джеральда из Вашингтона. И сейчас являетесь невестой Моргана. Надеюсь, больше вы не будете рыдать в обществе, иначе я сумею донести сей факт до семьи Морган.
Наступила полная тишина, только слышались судорожные иканья Фило. Девицы начали как-то потихоньку испаряться из этого окружения, типа, проходили они тут просто мимо, ничего личного. И тут за моей спиной послышался холодный голос леди Джоанны:
- Так, выходит, слухи о твоей помолвке, Фило, были правдивы, а на лорда Уэндома ты возвела напраслину? Как некрасиво! Думаю, твоему отцу должно быть стыдно за такую дочь!
Если я верно поняла, сенатору Уэббу будет высказано недовольство Председателем Сената. Кто-то прикоснулся к моему плечу и такой знакомый голос сказал со смешком:
- Простите, леди, моя жена выросла на ранчо, и ковбойская прямота в ней прорывается!
Все облегчённо вздохнули, мол, что взять с провинциалки! заговорили о своем. Мы ещё немного походили по залу с этими бокалами в руках и через полчаса распрощались со сконфуженными хозяевами. Убей Бог, до сих пор не знаю, по какому поводу прием. Но нервы были на пределе, и я неожиданно для себя заснула в ландо, прислонившись к Джеральду. Не помню, как она меня занёс на руках в спальню, как меня раздевала Хлоя. И спала до утра.
Глава 29
А через пару дней мы посетили премьеру в театре. Сам спектакль мне не понравился, актеры были загримированы до невозможности, как в итальянском дель-арте, говорили пронзительными, резкими голосами, главная героиня все время заламывала руки и пыталась взрыднуть. Но публика была в восторге. От себя самой. Мужчины блистали орденами и эполетами, женщины драгоценностями и страусинными перьями в причёсках. Когда они начинали перешептываться, прикрывшись веерами, и кивать друг другу головами, казалось, что стая кур о чем-то озабоченно квохчут. Я не выдержала и рассмеялась. Джеральд поинтересовался, отчего это мне так весело? Я сказала об этой аналогии. Теперь уже хохочущих было двое, а вскоре к нам присоединилась и Джоанна Говард, заглянувшая в нашу ложу. Только успокоимся, но один взгляд на качающиеся перья в причёсках вызывали у нас новый приступ веселья. Дамы вокруг смутно понимали, что смеются над ними, но что именно так нас смешит понять не могли. Но не рисковали связываться с Джоанной. Одна только моя мама была искренне увлечена спектаклем, на фактории ведь самый верх искусства это канкан с задранными юбками от заезжего кордебалета. А тут люстры сверкают, дамы сверкают, актеры присутствуют и "дают чувства". Впрочем, я и сама глазела в настолько старинных театрах мне бывать не приходилось. Нет, в моей земной жизни в нашем городе тоже был старинный театр, не позднее середины девятнадцатого века, но он давно модернизирован. Если я правильно поняла, то здесь в театр ходят продемонстрировать наряды, выгулять драгоценности и дам, обсудить последние светские сплетни.
В антракте супруг принес нам всем по бокалу вина, нам с мамой дополнительно по крохотному пирожному, а папе и себе бутерброды с каким-то мясом. Мы сделали по глотку и пирожные кончились, мы с недоумением посмотрели на тарелочку. Мдя... у нашей Деборы пирожным наесться можно. Делать нечего, пошли прогуляться по фойе. Мы нынче тоже блистали платьями из лавки Камиллы, но основательно переделанными Мэри и Ками, ни за что не скажешь, где они приобретены. Поэтому злобное внимание светских дам нам было обеспечено. Во время променада к нам подошла семейная пара молодая женщина и средних лет мужчина. Женщина смутно мне была знакома, а вот откуда никак не вспомню. Мужчина поздоровался с моим супругом и представился: