Снэк (ЛП)

Я и не подозревала, что буду повторять эту процедуру дома еще четыре дня между визитами к ветеринару. Каждый день, когда я хожу, убирают по одной трубке. Сначала дыхательная трубка, затем грудная и, наконец, капельница. Как только Вуки может есть и пить самостоятельно и терпеть недолгое пребывание на ногах, мне разрешают забрать его домой. Я уже сообщила, что буду отсутствовать и работать из дома до дальнейшего уведомления. Слава Богу, у меня накопилось много неиспользованных статей. Немного поднапрягшись, я могу без особых усилий отправить два снимка своему редактору.
Возвращение Вуки домой было горько-сладким и полным сюрпризов. Первый был, когда я пошла оплачивать счет, который, как мне сказали, будет оцениваться в пять-восемь тысяч долларов. Мне сказали, что он был оплачен полностью. Это должно было быть ошибкой, и я сказала об этом девушке за стойкой, но она настояла на своем. Я покачала головой в недоумении и благодарности. Это мог быть только один человек — Генри.
Второе, что я поняла наверняка, было, когда принесла Вуки в квартиру, что все следы Генри исчезли. Он, должно быть, узнал, когда будут выписывать Вуки и договорился забрать остальные вещи, пока меня не было. Очень внимательный. Очень не по-Генри.
Может быть, следующая девушка, с которой он будет, выиграет от наших неудачных отношений. На кухонной стойке лежит конверт с его ключами и без записки. Устроив Вуки в гнезде из одеял на диване, я достаю телефон из сумки и отправляю Генри сообщение из двух слов, на которое он отвечает: «Пожалуйста». Это меньшее, что я могла сделать.
Осталось поговорить со Снэком, но я не готова. Я пока не знаю, что сказать. Все, на чем я могу сосредоточиться — Вуки. Одеваюсь, все время остаюсь немного уставшей, как и Вуки. Может быть, через несколько дней у меня появятся силы на звонок Снэку.
  
Глава 21: 2014 — Сид и Клип спешат на помощь
 
С момента несчастного случая произошедшего с Вуки прошло девять дней. Я не отхожу от него даже для того, чтобы принять душ. В те редкие случаи, когда мне нужно было в душ или туалет, с того момента как я привезла его домой, его импровизированная собачья кровать переезжала в ванную. Мне приходится выглядывать из-за занавески каждые несколько секунд или около того, чтобы убедиться, что он все еще там. Что глупо, потому что он двигается не очень быстро и не хочет находиться в дали от меня. Вуки просто наклоняет голову и смотрит на меня каждый раз, когда слышит скрежет крючков душа. Я воспринимаю выражение его милой мордочки как нечто среднее между усталостью и «Думаю, моя мама сошла с ума».
Вытираясь, я слышу, как открывается входная дверь. Это не может быть Генри. Он оставил свой ключ. Мой начальник? Почему он не постучал, прежде чем войти? Я быстро вытираюсь и надеваю грязную толстовку и штаны для йоги, которые только что сняла. Вуки навостряет уши, но, как ни странно, не лает. Он был довольно тихим с тех пор, как вернулся домой.
Я крадусь по маленькому коридору между моей спальней и ванной и слышу знакомые голоса.
Сид говорит:
— Как ты думаешь, где она?
Клип роется в моей почте на барной стойке.
— Я не —
— Я здесь, придурки! Почему вы вламываетесь в мою квартиру?
Клип, после большого вздоха облегчения, бросается ко мне и обнимает.
— О да, мы придурки. Где, черт возьми, ты была? Папа ничего не слышал о тебе с тех пор, как ты уехала больше недели назад. Никто не смог до тебя дозвониться. Снэк ведет себя как гребаный псих.
— Я была немного занята.
— Слишком занята, чтобы с кем-то общаться?
Как по команде, Вуки, прихрамывая, выходит из ванной. После одного взгляда Клип и Сид падают на колени, чтобы поприветствовать его.
— Черт возьми! — Сид гладит Вука по голове.
— Мин, что случилось? Что, черт возьми, случилось с Вуком? — Спрашивает Клип.
Я спокойно указываю на Вуки, когда он дрожит и, наконец, неуклюже садится в модифицированную позу перед ними.
— Это моя вина.
Мы сидим на полу, пока я пересказываю всю историю несчастного случая с Вуки, ничего не упуская.
 
Клип тянется и сжимает мою руку, а Сид обнимает меня одной рукой, одновременно гладя Вука по голове. Я позволяю накопившимся эмоциям выйти наружу — кладу голову на плечо моего, гораздо больше, чем я, младшего брата. Мне приходится смахивать потоки слез, которые текут по моим щекам. Трудно заново пережить несчастный случай с Вуки, но боль от воспоминаний о произошедшем, с каждым днем становится все меньше и меньше. В комнате темно, только слабый свет пробивается сквозь шторы, которые я держу задернутыми. В раковине и на стойке бара валяются пустые бутылки из-под водки и коробки из-под спагетти, а также сваленные в кучу бутылочки с лекарствами Вуки, выписанными по рецепту, и почта. Это так не похоже на меня.
— Боже, посмотри на это место! — Клип ругает меня. — Посмотри на себя! Господи, вы заслуживаете друг друга. Вы двое самых глупых и умных людей, которых я знаю!
После упоминания имени Снэка, и я начинаю серию психопатических расспросов.
— Как он?
Почему, черт возьми, меня это волнует?
— Неважно. Мне все равно.
Да, я хочу знать. Я скучаю по нему.
— Подожди! Как он?
— Так же плохо, как и ты, если не хуже. Он много пил, игнорировал детей, задерживался допоздна, — вставляет Сид. Они оба встают и начинают убирать мою квартиру, чего я никогда не видела, чтобы кто-то из них делал без угрозы смерти со стороны нашего отца. Я осторожно поднимаю Вуки, чтобы прижать его к себе.
Клип на кухне моет посуду, а Сид раздвигает занавески и ослепляет меня туманным блеском зимнего солнца.
Я прикрываю глаза.
— Ой!
Сид упирает руки в бока.
— Черт! Минни, выглядишь дерьмово!
— Спасибо! — Саркастически выдавливаю я. — Я вроде как чувствую себя дерьмово, поэтому выбираю одежду, соответствующую настроению.
Клип складывает последние тарелки, банки и, да, бутылки из-под водки на кухонное полотенце и выходит из кухни.
— Ты облажалась. Снэк опустошен. Черт, таинственный невидимый не парень облажался. Но вы все еще живы. Единственный, кто действительно пострадал в этой передряге, Вуки. — Вуки тихо скулит при упоминании его имени.
— Я думаю, что на этот раз все действительно испортилось со Снэком навсегда, — говорю я, опуская голову в знак поражения.
Клип становится на колени передо мной на полу, протягивает руку и берет меня за подбородок, чтобы я посмотрела на него.
— Мин, он всегда был влюблен в тебя. И я знаю, что ты чувствуешь то же самое.
— Ты не очень-то помог с этим.
— Да, я знаю. Ладно. Тебе нужно разобраться в этом дерьме. Чего ты хочешь? — Клип приподнимает бровь.
Сид добавляет:
— Потому что, если ты забыла, у нас скоро свадьба.
Я перевожу взгляд с одного на другого.
— Что? У одного из вас?
— Нет, идиотка. Ты что, забыла? Папа и Колетт. Он скоро станет твоим сводным братом. Так что, что бы ни случилось с вами, ребята, любите вы друг друга или ненавидите, вам придется терпеть друг друга, потому что вы скоро станете родственниками.
Затем Сид шепчет Клипу:
— Так или иначе.
Клип поднимает меня на ноги, осторожно забирает Вуки из моих рук и передает его Сиду.
— Какого хрена ты делаешь? Верни его обратно.
— Мы подождем здесь, пока ты примешь душ.
— Пошел ты, Клип. Я только что вышла из душа.
Мой брат хватает меня за руку и тащит в сторону ванной комнаты. Не выпуская моей руки, он включает воду.
— Еще один. Используй немного шампуня. И почисти свои зубы. Господи, Минни, сейчас всего три часа, а от тебя пахнет, как от гребаного винокуренного завода. Накрасься, если не для себя, то для меня. Ты меня угнетаешь!
— Что насчет Вуки?
— Не волнуйся, мы будем следить за ним. Просто возьми себя в руки.
Мои жесткие братья на самом деле милые. Это и действительно горячий душ быстро отрезвляют меня.
***