Преданная (СИ)

– Это самый потрясающий страх из всех, с которыми я сталкивался! – вдруг приподнялся демон и закрепил восторг поцелуем. – Я бы с удовольствием развил до фобии, но с моей стороны, пожалуй, будет перебор.
От его внезапной непосредственности я расхохоталась:
– У меня на родине бы мужчина так ещё и обиделся, что не заверила в большой любви до гроба.
– У вас принято врать? – заинтересованно посмотрел на меня Лиан. Лукаво так.
– Скорее, обманывать себя, – решила я после некоторых раздумий. В конце концов, в любовных отношениях свода законов у нас не было – исключительно общественное мнение долбило по мозгам. – Вроде как любить надо того с кем живёшь.
– И что, у вас так часто встречаются сильные чувства?
– Не знаю, – честно призналась я – в чужую душу не залезешь. – Говорят о них часто, а вот посмотришь на пару, и не верится. Да только какое мне дело, что там на самом деле? Любовь ли, симпатия, уважение, страсть, привязанность, обещания, дети, имущество, стабильность, корысть, гордость... В этом вопросе советы лишние – каждый силён своим умом.
– Дети? – удивился Лиан.
– Да. Многие не расходятся, потому что не хотят лишать ребёнка семьи. Матери иногда боятся воспитывать в одиночку, отцы не хотят бросать и видеться только по праздникам под присмотром озлобленной бывшей. Так и живут.
Демон задумался о чём-то, закрыв глаза, а я продолжила гладить его по волосам. Перебирать нежные пряди, распутывать маленькие клочки.
– Человеческие семьи действительно сильно держатся друг за друга, – наконец, кивнул он, наверное, вспомнив за это время примеры.
И я тоже невольно вспомнила, что демонята частенько попадали к моим знакомым без родителей, и никто не лил по ним слёз. Хотя как-то я спросила у одной матери, не грустно ли ей. Она лишь с улыбкой ответила, что её сын способен за себя постоять и что у него прекрасные хозяева –  у неё не было причин держать его возле юбки.
– Демоницы – свободный ветер. Я слышал много историй о том, как мать сбегала к другому мужчине, оставляя детей на попечение других наложниц отца. Да и тех, кто никуда не уходит, больше заботит, чтобы ребёнок вырос здоровым, сильным и умным – надо же кому-то обеспечивать женщину в старости, – невесело хмыкнул визирь, а в его словах я легко разгадала детскую обиду.
– Это нормальные желания, Лиан, – ласково сказала я. – Они нисколько не мешают любить.
– Это тебе так кажется, – не согласился он, – а я вот насмотрелся. Моя мать всегда предпочитала проводить время с отцом или подругами, а мы с братом удостаивались только мимолётной неискренней похвалы за успехи.
– У тебя есть брат? – заинтересовалась я, хотя спрашивать надо было совсем не о том.
– У меня много братьев и сестёр, но родной по матери только один.
– Ты не говорил о нём.
– Не самая приятная тема. Шамус старший из нас. Сразу после становления взрослым он отправился послом в каганат Кёктюров – второе крупное государство после нашей империи. Я очень гордился им и мечтал, что после смерти отца брат вернётся на пост визиря, а я займу его место там. И сбегу. Но султан распорядился иначе. Я не проработал и пяти лет чиновником, как умер предыдущий визирь, однако назначили на эту должность меня.
– Ты был доволен собой?
– Я был разбит. Я хотел уехать отсюда. По-хорошему, и вовсе не стал бы связывать свою судьбу с политикой, однако выбора не оставили. Но лучше командовать маленьким домиком в другой стране, защищая соотечественников, чем руководить империей, не имея собственной воли.
– А отказаться? Тебя же не могут заставить делать то, что ты действительно не хочешь?
– Отказаться значило получить куда больше проблем, чем я имею сейчас. Но если бы я нашёл вариант, где могу устроиться неплохо, минуя слишком высокие посты, я бы не задумываясь отсюда уехал. Только неплохие места почти везде заняты, а выполнять чёрную работу и жить впроголодь из гордости я всё же не готов.
 12. Предание о бесстрашии Нинурты 
Лиан подскочил ещё до рассвета. Явно пытался меня не разбудить, но я продрала глаза, наспех собралась и, поцеловав визиря в щёку, отправилась в свою комнату. Переоделась наспех и вышла на завтрак. Затем, как обычно в четвёртый день недели от выходных и первый по местным обычаям, начались танцы.
 
Смотрели на меня всё это время – с самого утра и не слишком отвлекаясь на занятие – компаньонки по гарему с особым интересом. Чувства всех одолевали разные – от неприязни до восхищения, и я никак не могла угадать, с чем это связано.
Наконец, когда наступил перерыв, Джерола прояснила ситуацию:
– Так забавно, что Вирсавия нам подыгрывает. По-моему, сейчас все мы должны подыгрывать ей.
Из слов этих выходило, будто до вчерашнего дня мои частые появления в комнате Лиана они рассматривали как нечто несущественное, а теперь вдруг всё переменилось.
– Мне кажется, не так всё просто, и Нимфель вчера увидел лишь обёртку, – заметила Клаари почти невозмутимо. Но лишь «почти» – в голосе сквозило недоверие и непонимание. – Наверное, Бес что-то пообещал, чтоб удержать свою новую фаворитку.
– С чего бы это Бесу так поступать? Уж скорее Вира давно заключила с ним сделку и теперь не может уйти, – фыркнула Трия. – Не просто же так человек появился в гареме.
– Вряд ли всё так сложно, – с толикой превосходства высказалась Шали. – Это же отличный способ привязать к себе мужчину. Зачем нужен султан, способный и охладеть к девушке без связей, когда рядом есть визирь, который такой поступок навсегда запомнит?
Эта версия нравилась мне больше остальных. Она казалась хитроумной и очень изящной. Я бы её и подтвердила, но меня так забавляло обсуждение моих коварных планов в моём присутствии, но без моего участия, что я не стала влезать.
– Запомнит, а дальше? – не сдавалась Трия. – Нет же гарантии, что она сможет добиться желаемого?
– А по-моему, мы все давно тут пляшем под её флейту, – внезапно урезонила демониц Эри, хитро мне подмигнув. – Вира, не хочешь внести ясность?
– Ни за что! – покачала я головой. – Мне все версии безумно нравятся, я боюсь выбрать какую-то одну.
Больше к разговору о моём коварстве не возвращались, натолкнувшись на беспечную самоуверенность и веселье. До самого обеда я пребывала в прекрасном расположении духа, почти позабыв о вчерашнем инциденте. В конце концов, трагедии случаются – в этой не пострадал никто из моего малого круга знакомых здесь, да и ко мне она практически не имеет отношения. И к Лиану – постольку поскольку.
Газеты доставили после обеда. Сейчас их вместо хозяина дома приносили сразу мне, так что ответственный за это дело человек не упускал случая оказаться на территории гарема и попытаться впихнуть кому-нибудь из нас в услужение свою сестру, расхваливая на все лады.
Первую полосу занимали новости о вчерашней трагедии и домыслы, как такое начало года отразится на оставшихся двенадцати месяцах. На второй рассказывалось о том, что церемония священного брака состоится в ближайшее время, однако уже без пышных торжеств – чисто для проформы. Остальные страницы я обычно просматривала по диагонали, но сегодня вчитывалась с особой тщательностью – интересна была причина вчерашней трагедии, какие выдвинут версии. Именно поэтому я и наткнулась на небольшую статью одного учёного…
В ней поминались бомбы, названные творениями Нергала, – ужасные разрушительные изобретения, которые возможно создать без помощи демонической мэ. То есть под силу даже людям. А они, будучи наивными и безграмотными, не способны совладать с подобной мощью, и поэтому нуждаются в постоянном контроле и присмотре… И текст переполнен изящными отсылками к вчерашнему происшествию.
В глазах потемнело. Я редко срывалась, но тут то ли помнила об излишнем количестве тарелок в доме визиря, то ли информация сильно взбесила. Одним махом я смела со стола всю посуду и осталась стоять, тяжело опершись на стол и медленно размеренно дыша. Газету сминала в правой руке. Надеюсь, нигде не порвала – вдруг не удастся достать второй экземпляр.