Битва за Родину (СИ)
И как это у вас так ловко получилось пацана с ножом спеленать? Так спортсмены мы, дети военных, в «Звезде» самбо занимаемся уже давно. Кстати, тут и наш тренер есть, он может подтвердить.
Милиционер задавал много других каверзных вопросов. Но ответы я продумал заранее. И на чем-то подловить меня не получилось.
Лейтенант быстро черкал ручкой по листам, записывая мои показания. После составления протокола с допросом он предложил мне написать традиционную фразу «С моих слов записано верно, мною прочитано» и подписаться. Но сначала под внимательным взглядом Сереги и насмешливым милиционера, скрупулезно изучил каракули «слуги закона». Подписывать, чего-то не читая, давно отучился. Ещё в той, прошлой жизни. Закорючки там были ещё те, но я разобрался. И только убедившись, что ничего лишнего на бумаге нет, поставил свой автограф.
Затем милиционер подозвал Мальцева. На общение с ним и составление протокола лейтенант потратил минут 10. Что Серый что-то не так скажет, не переживал. Мы предварительно смогли с ним быстро переговорить, так что проблем быть не должно. Мальцев полностью подтвердил мои показания. Потом мы были милостиво отпущены.
Арестованный «Бидон» сидел в «бобике» на заднем сиденье, что-то бормоча. Увидел меня, и поганая рожа искривилась в гримасе ненависти. Показал ему жест «от болта». Ублюдок завыл, и начал колотиться головой о стекло машины, брызгая слюнями, но был быстро успокоен ППСниками.
Стоящий рядом с автомобилем капитан укоризненно погрозил пальцем «ай-яй-яй», но мне было все равно. Если бы я оказался в лесу один на один с этим нелюдем, он бы живым оттуда не вышел. Спрятал бы труп в овраге или утопил в пруду рядом. И будь, что будет. После увиденного, я твердо понял, такие твари не должны жить.
В ночной суматохе я успел перекинуться несколькими словами с тренером и ребятами. Подсказал, что и как надо говорить, если возникнут вопросы к нашему неожиданному приезду в детдом. К счастью, в этом переполохе с пожаром было не до нас.
Игорь Семенович сразу же начал общаться с поднятым по тревоге высоким начальством, прикатившем на черной «волге». Секретарь райкома прибыл, когда закопченное здание уже перестало гореть, и только чадило грязно-серым дымом.
Николай Яковлевич сразу же включился в работу. Разговаривал с пожарными, милиционерами, звонил из машины по своему «Алтаю», раздавал начальственные указания, на кого-то орал в трубку, обещая «гнать сраной метлой, если не подготовит места для детей к нашему приезду».
Дверь своей черной «волги» он и не подумал закрыть. Так и стоял у машины, держа трубку, наблюдая за пожаром и разговаривая по телефону. Зычный голос секретаря райкома гремел над дымящим детдомом, заставляя испуганных чиновников, начальников ментов и пожарников, активно суетиться и раздавать «ценные указания» подчиненным.
Спустя минут сорок подъехали автобусы из местной автобазы, срочно вызванные начальством. Как потом рассказал Зорин, детей сначала хотели разместить в городской гостинице «Космос», но он предложил перевести их в пустующий пионерлагерь, находящийся рядом с колхозом «Заветы Ильича», куда мы и поехали. Так было намного удобнее: детдомовцы будут на природе, мест всем хватит с избытком, и со всем необходимым председатель Александр Николаевич поможет.
Пара звонков, приправленных начальственным рыком с забористыми матюгами, и эта проблема была решена. Чумазых детдомовцев погрузили в автобусы. Взволнованная директриса, примчавшаяся на такси, попросила нас поехать с детворой в лагерь, и помочь все организовать. Два больших автобуса, сопровождаемые нашими «москвичом» и «копейкой», вместе с милицейским уазиком с мигалкой, повезли детей в лагерь.
Когда спустя час мы доехали до места, там уже было всё готово. Ворота открыты, нас встречало несколько колхозников вместе с хмурым и не выспавшимся Александром Николаевичем. Поручкались с председателем, и повели детей в помещения, сопровождаемые сердобольной полной теткой в пуховом платке, причитающей над «судьбой несчастных бедных сиротинушек». Самые маленькие снова начали всхлипывать, слушая жалостливые стоны колхозницы. Мудрый сэнсей причитания женщины оборвал, попросив показать спальни для девочек и мальчиков.
Через время мадам попробовала опять завести свою шарманку, но была озадачена просьбой, провести к столовой и месту, где детдомовцам можно привести себя в порядок и помыть лица и руки.
Котел в подвале уже затопили, жилой корпус прогревали, постели были расстелены, а в столовой уже лежало несколько горок бутербродов с колбасой и сыром, сделанных на скорую руку, вместе с десятками граненых стаканов, куда сонные тетки в поварских халатах и колпаках разливали молоко и сметану прямо с сорокалитровых бидонов. Дети были умыты, накормлены, напоены и уложены спать.
Только вот Машу я там бросить не смог. Она со слезами вцепилась в меня, отказываясь отпускать. Пришлось попросить разрешения директрисы забрать ребенка с собой. Она попробовала мягко отказать, мол, куда ещё на ночь глядя измученное дитя тащить. Но расстроенная малявка заставила Ирину Анатольевну изменить мнение.
— Твои родители как к этому отнесутся? — тихо спросила она, глядя на жалобно всхлипывающую малышку.
— Нормально, — заверил я, — предки у меня мировые. О Маше они слышали, я им рассказывал, что шефство над ней взял, и у меня ещё одна сестренка появилась. Никаких проблем не будет.
— Хорошо Алексей, — вздохнула она, — под твою ответственность. Пусть пару дней побудет у тебя. Но не больше. Договорились?
— Договорились, — выдохнул я, — всё хорошо будет. Не подведу.
— Надеюсь, — директор кинула на меня оценивающий взгляд, — Ладно, езжайте. Уже утро скоро.
— Спасибо вам Ирина Анатольевна, большое-пребольшое, вот такое, — широко развела руки малявка.
— Иди уже, — усмехнулась директриса, потрепав кроху по золотистым волосам, — веди себя хорошо и слушайся старших. Надеюсь, мне не придется за тебя краснеть.
— Не придется, — закивала Маша, — честно-пречестно.
Правда, сев в машину кроха задумалась. Потом тихонько подергала меня за рукав, заставляя нагнуться.
— Леш, а твои родители ругаться не будут, что ты меня привел? — подрагивающим от волнения голоском прошептала на ушко.
— Не будут, наоборот, обрадуются, — я ободряюще улыбнулся девочке, — мама очень хотела познакомиться с моей новой сестренкой. И папа тоже.
— Точно-преточно? — огромные голубые глаза смотрели на меня с надеждой.
— Точно-преточно, — усмехнулся я.
И девочка сразу же успокоилась. Спустя десяток минут она уже сладко посапывала, устроившись у меня на руках.
Так она и не проснулась, когда мы подъехали к дому. Продолжала сладко сопеть, уткнувшись носиком в моё плечо.
— Леха сиди, я открою, — Мальцев, оценив ситуацию, распахнул водительскую дверку и метнулся наружу.
Украдкой гляжу на циферблат часов. 6:40. Родители уже должны встать. Дверь они открыли сразу, стоило Мальцеву только коснуться коротко тренькнувшего звонка.
Я заношу малышку в квартиру. Сонная мама в запахнутом до горла халатике стоит у двери. При виде ребенка в моих руках, её глаза изумленно расширяются. Девочка чуть поворачивается и обнимает меня рукой за шею. Мама смотрит на спящую малышку и её глаза теплеют.
— Маша? — спрашивает одними губами.
— Ага, она самая, из детдома, — тихонько шепчу я.
Из ванной выскакивает раздраженный батя, энергично стирая полотенцем мыльную пену с лица.
— Кого это ещё черти в такую рань принесли, — начинает возмущаться он.
Мама делает страшные глаза, и шипит «тссс», прикладывая палец к губам и кивая на малышку.
Папа моментально замолкает. Рука с полотенцем замирает.
Серега смущенно мнется на пороге.
— Ну я это поехал? — тихо спрашивает он, — мне ещё к матушке в больничку надо заскочить.
Отец автоматически кивает, не сводя взгляда с крохи. Мама молча делает ему ручкой «до свидания».
— Пока Серый, — отвечаю я.
Мальцев моментально улетучивается с лестничной площадки. Только что здесь стоял, раз и нету. Вот как ему это удается? Супермен какой-то.