После развода. Другая дверь (СИ)

Выдохнул с облегчением только после того, как наконец удалились все Проничевы.
Встал рядом с Натой и взял ее под руку. Захотелось утянуть ее в укромный уголок и вознаградить себя хоть немного.
- Пойдем, - шепнул тихонько и вскинул бровь.
- Куда? – она вытаращилась на него.
- Тут рядом.
- А Данька? – шикнула Наталья.
- Справится, он уже большой, - уверенно кивнул Глеб, покосившись на сына.
  
И потянул ее в тот самый закуток, в маленький зальчик. Она сурово глянула на него и спросила:
- Это тут ты уединялся с Иварцевой?
- Я? – у Глеба чуть челюсть не отвалилась. – Уединялся?
- Именно, - она кивнула и вдруг добавила: - Знаешь, однажды я Захара вот так же застала с ней.
И что было потом.
Но Наталья не сказала этого, это отразилось в глазах.
А он застыл, дошло наконец, как это все выглядело для нее. Взял ее руки в свои и сказал серьезно:
- Ната. Запомни, я не он. И никогда, слышишь…
Договорить не смог, свело горло, просто прижал ее к себе и хотел поцеловать. Но тут раздалось восторженное:
- Натка! Ты представляешь! Мою обнаженную купили! – в зальчик ввалился сияющий Прохор. - Ты ее продала уже второй раз! Вдвое дороже! И мне процент кап…
И тут он заметил-таки, что, кажется, не вовремя. Но не смутился, а тут же напустился на Глеба:
- Так, все дома, потом. А сейчас иди давай, не мешай Натке работать!
Две недели спустя
Урвать в отпуск через неделю после открытия салона не удалось. Наталья не могла бросить там Даниила одного. Новый Арт-салон оказался востребованным, и как в любое заведение, внезапно ставшее модным, в него валом пошли посетителя. Много работы, особенно на первых порах. Все это требовало неусыпного внимания, а у Марьина были и другие проекты. Никак не разорваться.
Глеб ворчал, но она осталась еще на неделю.
Нужно было доукомплектовать штат, поставить работу, чтобы все было четко. Потому что некоторые проблемные моменты выявились еще в первый день. Когда немного выровнялось и пошло стабильно, можно было бы и вздохнуть свободнее. Но.
Нельзя набрать раритетов, сложить их кучкой в одном, даже самом красивом месте, и просто ждать, когда к ним забредет покупатель. Так они рискуют превратиться в музей. А это бизнес, деньги, вложенные в проект, должны работать. Значит, нужна реклама, но этого мало, нужны особые фишки.
Вообще-то, первоначальная идея родилась в разговоре спонтанно.
Наталья просто обмолвилась про аукционы Сотбис. А Даниил умолк и тут же сделал стойку. Через минуту они уже обсуждали возможность устраивать в салоне аукционы. И спорили как часто – раз в полгода или в месяц раз. Сошлись на том, что дата будет плавающей и ориентированной только на уровень продаж. Ну и, естественно, постоянно обновлять и добавлять ассортимент.
- Правда, под это дело придется оборудовать отдельный зал.
- Зачем? - сказала Наталья. - На день аукциона можно выставлять легкую мебель в центральном холле и проводить все там.
Даниил потер подбородок и переглянулся с отцом, а потом спросил:
- Позвольте спросить, Наталья Николаевна, если, конечно, не секрет. Кем вы работали?
- Не секрет, - она улыбнулась. – Архивариусом в одной закрытой конторе.
- Надо же. А я бы сказал, что аналитиком коммерческого отдела в серьезной фирме, - он откинулся на стуле, скрестив на груди руки, потом повернулся к отцу. – Где ты нашел это сокровище?
Глеб самодовольно хмыкнул:
- Ну ты, молодой да ранний. Где нашел, там больше таких нет.
И тут этот молодой и ранний вдруг наклонился отцу и выдал:
- Вот если бы она все-таки приехала на дачу к твоей тетушке Марь Иванне, когда там гостил я, фиг бы она тебе досталась!
- Что?! – взвился Глеб. – Да я тебе сейчас уши надеру!
Это был троллинг чистой воды, но так смешно, что Наталья просто не могла удержаться.
***
Уехать в короткий отпуск получилось только две недели спустя. И то, после того как Даниил немного доукомплектовал штат.
И теперь они полным составом, в смысле, Наталья с Глебом, Даниил Марьин и Прохор Лядов чинно сидели в гостях у Полины Александровны.
И вот тогда.
Даниил был галантен, маме Натальи понравился сразу, она даже вздохнула:
- Вот бы нашему Денису тоже немного ума в голову, а то ни рыба ни мясо. Тридцатник уже парню, ни дела толкового, ни жены, ни детей.
- Ну почему, - невозмутимо проговорил Глеб. – Он старается. Со временем наладится.
Потянулся за хлебом и покосился на Прошу, который в разговоре не участвовал, зато самозабвенно мел на столе все, до чего руки дотягивались.
- Вы кушайте, кушайте, - радушно улыбнулась бабушка Полина и пододвинула к Прохору поближе тарелку с блинами.
И как-то вдруг, не прерывая движения, повернулась к Даниилу и спросила:
- А вы, Даня, жениться не собираетесь?
Прохор на миг перестал жевать и вытаращился на пожилую женщину, однако поняв, что это не к нему вопрос, выдохнул и с чистой совестью продолжил жевать. А Даниил бросил на бабушку хитроватый взгляд, сразу делаясь похожим на отца, и сказал:
- Я думаю об этом, Полина Александровна.
- Это хорошо, а то хочется маленьких понянчить, - и покосилась на Наталью.
Ната аж подавилась. Это что в ее огород, что ли, камень? Сделала маме страшные глаза, мол, ты чего? Но Полину Александровну этим было не прошибить, она уже собиралась продолжить, но тут в дверь позвонили.
- Я открою, - сказала пожилая женщина и не спеша направилась в прихожую.
И уже оттуда послышалось:
- Здрасьте, Полина Александровна.
- Ах, это ты, Денис, - голос бабушки звучал уверенно. – А мы как раз только что о тебе вспоминали. Ты проходи за стол.
- Ммм. Спасибо, Полина Александровна, но я ненадолго. Мне бы…
Но в прихожую уже вышли Глеб и Даниил.
- Ну что? – спросил Глеб.
Денис облизал губы.
- Я выбрал. Посмотрите? – и уставился на него.
Глеб повернулся к сыну, тот кивнул и улыбнулся Наташиной маме:
- Полина Александровна, мы ненадолго.
А потом они оба стали собираться.
- Отцу сообщил? – спросил Глеб, обулся и, не дожидаясь, пока Денис кивнет, мотнул головой: - Пошли.
И тут из гостиной, все еще жуя, выскочил Прохор.
- Подождите, и я с вами! – и бабушке. - Полина Александровна, все очень вкусно! Мы это... Еще вернемся!
***
Когда за ними всеми закрылась дверь, и Наталья с мамой остались вдвоем, смеха не могли сдержать обе. Потом стали собирать посуду, надо было перемыть, заново расставить на столе. Вернутся же мужики. В итоге они с мамой осели с чаем на кухне.
Полина Александровна некоторое время молчала, загадочно поглядывая на дочь, наконец спросила:
- Как ты жила без всего этого? Как тебе вообще сил хватало?
Конечно, если вспомнить ее жизнь с Захаром, особенно последние годы, то да, жила как в коконе, закрывшись от всех. Ей даже казалось нормально, ведь это была ее семья. Муж и дети. Неважно даже, как они к ней относились, они все равно нуждались в ней. И Ната делала для них все, что могла. Но не то, чего хотелось ей. Просто это было привычно, и так бы все и осталось.
Если бы не развод.
Наталья пожала плечами, повертела чайную кружку и улыбнулась:
- Знаешь, иногда нужно получить хороший пинок от жизни. И тогда, - она усмехнулась, - Есть шанс превратиться в бабочку.
- Угу, - мама кивнула. – Только Арине нашей не поможет даже волшебный пендель. Гусеницей была, гусеницей и останется. Кстати, ты, надеюсь, не собираешься сводить ее с Даней?
- Что ты, мама! Нет, конечно. У него есть девушка, я знаю, что он с кем-то встречается. Но он в этих опросах достаточно замкнут, пока трудно что-то сказать.
- Хорошо, - Полина Александровна кивнула, сложив руки на столе. – А Прохор? Тоже ведь хороший мужик.
- Ой… - Ната вздохнула и покачала головой. – Проша – он же как ребенок, в бытовых вопросах беспомощный. За ним нужно присматривать, следить, чтобы поел вовремя, по головке гладить. Его надо в хорошие руки определить.