Превосходство. Том 2 (СИ)

И вот я летаю над полем, стоя на мече. Самый сильный практик этого мира, вместо того чтобы вершить судьбы или сражаться с тьмой… собирает цветы!
Сверху поле выглядело как разноцветный ковер, и я, используя свое улучшенное зрение, высматривал самые красивые бутоны. Мой взгляд находил ромашки, маки и васильки. «Вот этот будет отлично смотреться в букете», — подумал я, наклоняясь и ловко срезая кинжалом цветок.
— Это действительно нелепо, — пробормотал я себе под нос, глядя на уже собранный букетик в руке. На Земле за полторы тысячи можно купить готовый — с упаковкой и ленточкой, оформленный гораздо красивее, чем я смогу когда-либо сделать. Но в отсутствии флористов приходится балансировать на летающем мече.
Я тяжело вздохнул и снова наклонился за очередной ромашкой. Меч подо мной слегка накренился, но чудовищная ловкость позволила мне не свалиться лицом в траву и на полной скорости срезать стебель.
Собрав тридцать один цветок, я выпрямился и оглядел свой труд. Букет получился… ну, скажем так, милым. Но на Земле его точно оформили бы лучше.
А потом я отправился в Школу. Я не думал, что Амила кинется мне на шею и был готов к обвинениям, причем не беспочвенным. Я был готов к пощечине, готов к игнору. Но этот разговор должен состояться. Я точно уверен, что мне это нужно.
Неизбежная разборка произошла в классе, куда я отправился в первую очередь. Когда я открыл дверь, там шло занятие: Чжоу объяснял Амиле тонкости обращения с духовной энергией, а девушка записывала сказанное.
Когда я появился, они на мгновение замерли.
Рыжая была великолепна. Рыжая, пожалуй, всегда была великолепна. Светлое, безупречное лицо, за спиной — коса тяжелых и густых волос. Единственное, что мне сейчас в ней не нравилось — глаза: прищуренные и потемневшие от гнева.
Первым заговорил Чжоу.
— Я чувствую, ты стал гораздо сильнее. Но как?
Я не ответил, наблюдая за Амилой.
Разумеется, девушка была зла. Её губы сжались в тонкую линию, как будто она изо всех сил пыталась удержать поток слов, которые готовы были вырваться наружу. Но вскоре они дрогнули, и слова всё-таки полились:
— О, ты наконец заметил меня! И чем я удостоилась такой чести⁈
— Пожалуй, оставлю вас, — произнес Чжоу и вышел.
— Я всегда тебя замечал.
— Так почему пропал после совместной ночи⁈ Я думала, с тобой что-то случилось! Ты исчезаешь, причем надолго, а я не нахожу себе места, думаю, что с тобой что-то случилось. Думаю, что ты серьезно ранен или даже умер, но нет! Ты посещаешь Школу, торгуешь с директором, видишься с нашим наставником, но не находишь ни минуты, чтобы поговорить со мной! А теперь заявляешься, да еще и с букетом! Наверное, тебе что-то нужно, верно? Не могу придумать другой причины!
— Мне нужна ты.
— Ты отнесся ко мне как к игрушке, а теперь заявляешь, что тебе нужна я⁈ Ты хоть раз подумал о том, что я чувствовала? Или для тебя это просто игра?
Я стоял перед ней, сжимая в руках букет, который собирал с таким тщанием. Цветы сейчас выглядели нелепо, даже жалко.
— Ты права, — спокойно киваю. — Не в том, что я отнесся к тебе, как игрушке, а в том, что я не прав и поступил неправильно. Я исчез. Я испугался.
Оказывается, признаться в слабостях легко, когда у тебя за плечами бонус в тысячу пунктов к характеристикам и вера целого мира.
Она вскинула бровь, глядя на меня с недоверием.
— Испугался? Ответственности? Или увидев меня во сне, ты счел меня уродливой?
Я поморщился.
— Слушай, мы сейчас можем окончательно разругаться, но я хочу помириться. Понимаю, что ты не обязана мне в этом помогать, ты сейчас зла и хочешь ужалить побольнее, но давай я сперва объясню, хорошо? Я боялся оказаться в чужом мире, в котором я ни разу не был, и единственным знакомым для меня человеком там будешь ты. Это как отправиться в путь по морю на судне с опытным капитаном, но без остальной команды. Доверить свою жизнь одному-единственному человеку.
Она пристально посмотрела на меня.
— И ты решил, что я не заслуживаю этого доверия? Поэтому решил ничего не объяснять, не делиться страхами, и просто исчез? — ее голос был холодным как лед. — Ты даже не подумал о том, каково мне? Я потратила кучу золота, чтобы мастер наставников выложил из своих кладовых редчайшие парные артефакты-телепорты. Я намекала тебе на то, что хочу увидеть! И вместо того, чтобы отдать мне браслет, вместо того, чтобы и дальше строить отношения, ты ушел!
  
— Я был не прав.
— Эти слова не помогают мне чувствовать себя лучше!
— Слушай. Если ты хочешь, чтобы я никогда не возвращался, если тебя бросает в дрожь от моего присутствия, и терпеть меня нет никаких сил, просто скажи. Я хочу вернуть отношения с тобой, но у моего желания тоже есть границы. Если ты будешь счастлива, когда я навсегда исчезну из твоей жизни, я больше не появлюсь. Да, знаю, было глупо игнорировать тебя, нужно было поддерживать общение, но вот, я стою здесь, перед тобой. Я пришел. Да, я не появился неделю назад. Да, не навестил тебя пару недель назад. Я понимаю, что тебе плохо, больно, что ты сердишься. Но я не могу вернуться в прошлое и прийти пораньше. То, что уже упущено, нельзя изменить. Но! Сейчас решается кое-что большое и важное. Сейчас мы решаем, будем ли «мы» в дальнейшем.
Девушка молчала. Её руки то сжимались в кулаки, то разжимались, будто она пыталась найти выход для переполнявшего ее гнева.
Я продолжил:
— Мы можем пойти на поводу у эмоций и разорвать отношения. Это будет ярко и громко: можешь попытаться избить меня букетом, можем выйти в коридор и покричать друг на друга, можем даже сломать пару стен, чтобы заявить о нашей ссоре и выплеснуть эмоции. Можно нянчить дальше обиды месяцами или даже годами. Но можно пойти другим путем. Мы можем провести какое-то время вместе. Снова начать общаться. Говорить часами, обсуждать всякое, и постепенно решить, стоит ли продолжать отношения.
— Ты правда думаешь, что сможешь убедить меня согласиться с помощью красноречия и туманных обещаний?
— Только если ты готова быть убежденной. Просто я тут подумал: если бы конфликты всегда заканчивались смертельными обидами, человечество давно бы уже вымерло. Может, и мы сможем преодолеть эту ссору?
Амила хмыкнула, но задумалась. А потом — взяла протянутый браслет для телепортации, который я забрал с Земли.
— Не обещаю, что не выкину его, — буркнула она.
— Главное, что ты его взяла. Кстати, у меня есть предложение, которое тебя весьма заинтересует.
— Что за предложение?
— Взятка. Я долго думал, что бы такое тебе подарить, чтобы задобрить, и решил предложить тебе духовного питомца.
Девушка не улыбнулась на неуклюжую попытку пошутить, но переспросила:
— Что за духовный питомец?
Я рассказал ей про нурса. Судя по ее реакции, у них таких не было. Да и вообще, за все пребывание в Школе я ни у кого не видел на руках татуировок.
— То есть, ты предлагаешь мне перейти в твой мир?
— Да. Завтра я собираюсь отправиться за питомцем, и буду рад, если ты ко мне присоединишься.
— Переход в твой мир… Это совершенно другой уровень доверия.
— Да, — кивнул я, глядя ей в глаза. — Совершенно согласен, перейти в чужой мир может быть жутковато.
— Я подумаю. И еще одно, Кин. если ты снова исчезнешь без объяснений — никакие цветы и браслеты тебя не спасут.
В целом мне понравился наш разговор. Девушка не вышла за рамки: не стала строить из себя обиженную на всю жизнь особу, не стала поливать меня грязью и переходить на личности, не попыталась выдать пощечину. Хотя теперь пощечины мне не навредят, даже если мне их начнет отвешивать дракон, попытки ударить меня хватило бы, чтобы я поставил на отношениях крест.
Я улыбнулся ей впервые за долгое время — искренне и тепло.
— Обещаю: больше никаких побегов.
Похоже, у нас все налаживается. Медленно, но налаживается.
  
Глава 29
 
Я поднял руку, и телега остановилась на обочине, скрипя под тяжестью пожитков.