Внедрение (СИ)

Не меньший интерес, уже у Любомира вызвал Юрий Крупнов с которым мы общались на незнакомом ему языке. Для нас, рутенийский был единственным языком, на котором мы могли говорить. Вся местная языковая база полученная при вселении, у нас была разная. Пришлось выкручиваться, рассказывая о вероятном Даре полученным мной пока я пребывал в беспамятстве после удара по голове. Я тогда, когда запустил эту легенду среди ближников, много чего наплел про свои видения. А о знании языка, я узнал только когда его услышал от бывшего рудничного раба, тоже имевшего несчастье получить по голове и проваляться в беспамятстве, когда он и попал в рабство. К тому же, это обстоятельство позволило нам вовремя обнаружить тайную сокровищницу бараханцев с орками, что только добавляло мне очков. За неимением других ответов, пришлось Любомиру довольствоваться этим.
Двигаясь по дороге и решая мелкие возникающие вопросы и проблемы, я постоянно поглядывал на мою прекрасную добычу, вынужденную держаться неподалеку. На удивление, девушка не проявляла каких ни будь признаков усталости, или капризов, двигаясь в общей колонне окруженная моими дружинниками. Просто удивительная выносливость, учитывая недавнее происшествие, чуть не убившее её. Невольно сравнивал её с моими этернийками и и находил её гораздо привлекательнее. Бараханка была чуть старше первых двух, но это даже было плюсом. На ум, приходило сравнение с распустившейся розой и еще не раскрытыми бутонами. В своем легком, даже слегка прозрачном, под яркими лучами солнца, платье, хоть и свободного кроя, но все равно, хорошо подчеркивающем её ладную фигурку, она невольно притягивала к себе взгляд. Я с удовольствием любовался ей когда выдавалась свободная минутка.
Поймав себя на этих мыслях, я даже было подумал, а не навела ли она на меня чары. Но проведя скрупулезную самодиагностику, а у меня, кроме специальных амулетов против такого, имелись и соответствующие заклятья, Орден очень серьезно относился к магии ментального подчинения и разработал массу способов диагностики и противодействия, я убедился, что всё в порядке. Это было что то сугубо моё, внутреннее! Невольно закрадывались мысли, а не влюбился ли я часом? От этого, даже мурашки бежали по коже! Мало мне двух беглых аристократок, интимные игры с которыми меня уже завели туда, куда я не мог и представить. Доигрался, доозорничался, почувствовал волю! Обругал я себя мысленно, но легче не стало. Меня неумолимо влекло к ней с чем я ничего не мог поделать.
Девушка частенько сама с интересом поглядывала в мою сторону и тогда, у меня внутри все замирало, а на лицо, сама собой наползала дурацкая улыбка. Иногда, от её пристального взгляда, становилось не по себе, возникало ощущение, будто она чувствует мои мысли и как то узнает что я на неё гляжу. Бр-р-р, не хватало еще втрескаться в менталистку! И всё равно, я не мог ей не любоваться. А еще, хотелось поговорить, не с целью выпытывания разных секретов, а чисто по человечески, как мужчина с женщиной. Останавливало только состояние её гортани, разговоры были для неё пока противопоказаны. Да и обстановка не вполне располагала. Хорошо что она вообще оказалась на удивление крепкой и не сковывала меня необходимостью искать для неё транспорт и без того перегруженный.
Войско втягивалось в ущелье с мостом, а это, требовало оставить наверху заслон, слишком уж место было удобное для устройства камнепадов, что нам было совсем не нужно. А еще, нас могла поджидать в этом месте засада, если враги смогли и успели выслать вперед достаточные для этого силы.
В арьергарде, заслоном должен был встать отряд во главе с Ференгольцем, он традиционно выполнял роль замыкающего. Вперед умчались разведчики обследовать дорогу и склоны. К счастью, у нас хватало бывалых командиров, которыми не требовалось руководить, многие могли бы, наверное, дать фору и мне, всё таки я был линейным офицером, а не корсаром и разбойником, так что люди знали что делать, достаточно было указать направление и задачу. К тому же, меня сдерживала орчанка, которую я не мог постоянно таскать за собой метаясь с одного направления на другое. Как настоящий полководец, я руководил всем из центра, где двигался обоз.
 
Бараханцы полностью подтвердили наши опасения и попытались атаковать арьергард, стараясь выпихнуть его на дорогу, в ущелье. Но натолкнулись на стойкое сопротивление нашей тяжелой пехоты поддержаной двумя третями выделенных им стрелков. Численность столкнувшихся отрядов оказалась примерно равна, около семи сотен человек с каждой стороны, а вот класс, у наших бойцов оказался выше. Профессиональные воины, это все таки не чета рудничной страже привыкшей с ленцой сторожить и без того, не способных убежать или поднять серьезный бунт, рабов. Стоили такие бойцы не дорого, но и требовать от них многого тоже не стоило.
Отбросив бараханцев от ущелья на пол километра с большими для тех потерями, считать было некогда, но Ференгольц потом утверждал о не менее чем трех сотнях трупов, что очень серьезно для такого боя. По сути бараханцы были практически разгромлены, и если бы не необходимость северянам, скорее догонять ушедший вперед караван, как единая сила, этот отряд бы просто перестал существовать. А так, они смогли таки снова собраться и даже успели организовать небольшой камнепад, когда арьергард уже переходил мост, почему никто из наших не пострадал.
Труднее пришлось авангарду вынужденному обшаривать окрестности дороги. Возможность воздушной разведки при помощи пернатых летунов, нам давно перекрыли. Местность уже давно была взята под контролем бараханскими жрецами и магами, а у нас с собой не было даже походного алтаря, да и откуда. Водолянам бы такое никто не разрешил изначально, а у Ференгольца просто не было, не говоря уже о моей дружине, в которой половина была тайными язычниками. Да и не того полета мы князья, что бы иметь такие сильные артефакты. А покровительство высших сил нам бы совсем не помешало. Хорошо хоть Боги не могли вмешиваться в свары людей напрямую. Впрочем, нам бы хватило и не прямого воздействия, если с умом, вовремя и там где надо! Вот для этого, нам и требовался темп, дабы не дать подловить себя вражеским жрецам. Плохо только, что мы не могли использовать ни один из видов скрыта. На территории врага, он был сейчас не достижим, когда на нас уже открыта охота и жрецы во всех ближайших храмах и алтарях, заблокировали для нас эту функцию. Вернее она у нас была, но смысла в ней уже не было, так как любой наш скрыт перебивался боле сильными здесь бараханцами. А вот сами они, нас прекрасно видели. В небе парило необычайно много крупных птиц, обычно используемых для разведки. Оставалось надеяться, что враги не успеют собрать достаточные силы, что бы отрезать нас от Сарантойи, всё таки нас достаточно много, а окрестные пираты, не лучшие бойцы, да еще на суше и в горной местности. Но, кто его знает…
Трижды нас атаковали, или пытались связать боем. Каждый раз, хватало сил авангарда и передового усиления, что бы отбросить противника. Дважды, разведка успевала вовремя заметить засады и мы уверенно громили бараханцев. Численности тем сильно не доставало что бы надежно задержать нас. В одном месте они даже попытались устроить завал на дороге, но недостаток серьезного леса в округе, не дал им возможности соорудить надежную засеку и они были уже привычно разбиты, а преграду мы быстро растащили.
Уже в сумерках, когда до города оставалось меньше часа пути, бараханцы предприняли последнюю, отчаянную атаку. На этот раз, они подготовились гораздо лучше и смогли собрать достаточно крупный отряд. Пользуясь божественным скрытом, который с сумерками только усиливался, они смогли подобраться почти вплотную и ударили на этот раз не по авангарду, и не по арьергарду, нашим самым сильным частям, а по центральной части с обозом. Для меня явилось неожиданностью, какое отчаянное упорство они при этом проявили.
Атака началась с ливня стрел выпущенных по нам почти в упор и сразу за ней, из кустов и камней подходивших вплотную к дороге на нас высыпала яростно орущая толпа разномастно вооруженных людей. На наше счастье, атака происходила слева от нас, что было явно недоработкой противника и большинство стрел, мои воины успели принять на щиты, как раз и носимые с той стороны. Так что особых потерь мы от стрел не понесли. А дальше, орущая толпа людей захлестнула нашу колонну едва успевшую собраться в группки прикрывшихся щитами и выставивших копья и мечи бойцов.