Аналогичный мир - 4 (СИ)
Джинни никак не ждала, что стольким понравится, что начнут спрашивать об английском хоре…
— Да, конечно, осенью…
Женя обошла и поблагодарила всех учителей. Андрей и Эркин с Алисой ходили за ней следом. И когда они наконец вышли на крыльцо, Алиса задумчиво спросила:
— Ну, и за сколько пятёрок это считается?
Андрей схватил открытым ртом воздух и захохотал.
— Ну, племяшка, ну, ты даёшь!
Отсмеявшись, Женя сказала:
— Сегодня твой день, Алиса. Всё, что хочешь.
— Всё-всё? — уточнила Алиса. — И без супа?
Женя вздохнула. Но ведь обещала, значит, надо держать слово.
После совещания при самом деятельном участии Андрея они отправились в кафе на праздничный обед. А потом мороженое, а потом ещё…
В учительской было шумно и весело. Надо же как хорошо всё получилось… и, разумеется, осенью работу продолжить… ну да, хор… и кружок рукоделия… и изо-деятельность… смотрите, и взрослые заинтересовались… Джинни, ты молодец… спасибо, Гриша… да, английский хор нужен, многие знают язык… да, а выставку сделать постоянной… и обновлять экспозицию…
— Дорогие коллеги, — Аристарх Владимирович постучал карандашом по графину с водой. — Я думаю, мы вполне можем себе позволить продолжить празднование. Скажем…
— У меня, — закончила за него Алевтина Алексеевна и, когда все удивлённо посмотрели на неё, улыбнулась. — Приглашаю всех на праздничный чай. И не спорьте.
— Но…
— Вы бы сказали…
— Складчину бы сделали…
— Нет-нет, — решительно пресекла она этот гомон. — Дорогие коллеги, я, да, десять лет играла только для себя, и то… Нет, это совсем другая история, она не стоит внимания. Но сегодня мой праздник, я вернулась к самой себе и приглашаю вас опраздновать это событие.
После такого заявления спорить было уже неловко.
Зина шла под руку с Тимом, гордо подняв голову и любуясь идущими впереди детьми. Дим и Катя так хорошо пели и стихи читали. Лучше всех, не сбились ни разу, и Димочка не шалил, не озорничал, и Катя в полный голос пела, а то всё шёпотом норовила.
— Правда, хорошо как было, Тима?
— Правда, кивнул Тим, поддерживая Зину.
— Пап, — обернулся к ним на ходу Дим. — А мороженое будет?
— Будет, — улыбнулся Тим. — Вы заработали.
— В «Север» пойдём, да, пап?
«Север» — кафе-мороженое недавно открылось на Главной улице.
— Конечно, в «Север», — сразу ответил Тим.
Научившись читать по-русски, он теперь тоже покупал каждый день газету и старательно прочитывал её от Названия до списка и адреса редакции. О «Севере» писали много. И что там у входа стоит чучело белого медведя, и что мороженое там тридцати сортов.
— Тима, а обед как же? — с сомнением в голосе спросила Зина.
Дим и Катя затаили дыхание.
— Сегодня можно, — ответил Тим.
— Да уж, ради такого дня, — сразу согласилась Зина.
— Катька! Давай наперегонки! — радостно заорал Дим, бросаясь вперёд и волоча за собой сестру.
Ведь за что другое и наказать могут. Со взрослых станется.
По дороге домой Артём продолжал злиться, но дед строго сказал:
— Ты это чего? Не порть праздника.
— Да подставили они меня, — нехотя ответил Артём.
— А и ни фига, — зачастила Лилька. — Мы только училке хоровой сказали, что Тёмка поёт хорошо.
— Я т-те дам, — дед несильно ткнул её по затылку. — Не училка, а по имя-отчеству, уши оборву за непочтение. А ты чего набычился?
— Она меня в хор зовёт, — пробурчал Артём.
— Ну, и иди, — вступила бабка. — Коли бог тебе что дал на радость людям, то и радуй людей. Не помрёшь небось.
Артём покосился на деда и упрямо промолчал, опустив глаза. Но потом заставил себя улыбнуться. А когда Лилька и Санька, увидев лоток с мороженым, побежали к нему хоть посмотреть, а Ларька припустился за ними, Артём полез в карман.
— Деда, я куплю на всех…
— А чего ж нет, — согласился дед. — В такой-то день.
И бабка закивала.
Рядом с тележкой мороженщика как раз под тенью от нависающей над забором отцветающей уже сиренью скамейка. На ней вшестером и устроились. Вафельные стаканчики с мороженым были чудо как хороши. И название смешное — крем-брюле.
Поев, ещё немного посидели. Лырька хныкнул, что хочет ещё, но дед цыкнул:
— Пузо лопнет.
— А теперь? — спросил Санька. — Домой?
— Домой, — решительно встал дед.
Артём улыбнулся: ему это слово очень нравилось. Свой дом — великое дело.
* * *Хотя Эстер знала о предстоящем — Ларри ещё когда ей сказал — и даже вроде что-то обдумывала, но известие о званом обеде уже в это воскресенье застало её врасплох. Но переживать и ужасаться было некогда: с такой надеждой смотрел на неё Ларри. Эстер храбро улыбнулась.
— Всё будет хорошо, не беспокойся.
Ларри кивнул.
Они сидели в гостиной у камина, дети уже спали наверху. Ларри посмотрел на Эстер.
— Нужны деньги?
— Я прикину, что будем делать, и уже тогда… Ну, сервировка у нас в порядке, с обстановкой тоже… — Эстер задумчиво отхлебнула из своего стакана. — Ну что, Ларри, до воскресенья ещё уйма времени, целых четыре дня. Всё успеем.
Ларри вздохнул.
— Если бы ты сегодня была там, Эсти… ты бы их уже увидела.
— Ничего страшного.
Эстер пересела на подлокотник его кресла, обняла. Даже сейчас они были одного роста, и она поцеловала Ларри в висок.
— Эсти…
— Не волнуйся, милый. И знаешь… я уже думала об этом, Давай сделаем… — она смущённо улыбнулась и, невольно приглушив голос до шёпота, выдохнула долгие годы запретное слово: — аидише, — и откашлявшись, продолжила у же нормальным голосом: — обед. Как мне рассказывала Рут. С фаршированной рыбой, гусиными шейками, ну, ты понимаешь…
— Да, — сразу согласился Ларри. — Рыбу Я сделаю сам.
— Она у тебя просто необыкновенно получается, — Эстер снова его поцеловала, уже в щёку. — Я завтра всё продумаю, составлю меню и составлю полную роспись закупок. И займусь.
— Да, Эсти, а…
— А дети, — разу догадалась о невысказанном Эстер, — дети немного побудут с нами, а потом я дам им сладостей, и они пойдут к себе. Обед поздний, им ещё рано, — она улыбнулась, — бывать на приёмах. Марк умеет держаться, а Рути — совсем ещё малышка. К тому же они быстро устанут. Одно дело — наша свадьба, а здесь…
— Да, — подхватил Ларри. — Но что же, они весь день будут голодные? Дети?
— Зачем же? Я их накормлю, и вообще… пообедаем даже раньше обычного, потом вымою, переодену, они побудут в гостиной и уйдут. Всё будет нормально, Ларри.
Он кивнул и с надеждой посмотрел на неё.
— Ты думаешь, это… им понравится?
— Ну конечно.
Ларри улыбнулся.
— Ты умница, Эсти. Я… я ведь не знаю, как это… приём… раут… Ну, ты понимаешь, вот, соседи там, даже отец Артур… это одно. А сэр Фредди и сэр Джонатан…
— Ларри, милый, всё будет в порядке. И с деньгами у нас нет проблем, не так ли? — она лукаво подмигнула ему.
Ларри смущённо и в то же время радостно улыбнулся. Когда он в субботу взял с собой Эсти и детей и показал им магазин, кабинет и даже мастерскую…
…Эсти оглядывается.
— А кто здесь убирает?
— Я сам, — он подмигивает сыну. — А по субботам мне помогает Марк.
— А сегодня мы все поможем, — Эстер, улыбаясь, смотрит на рут. — Да, Рути?
Рут рассеянно кивает, явно не слушая и не слыша. Настолько её очаровали шкафы с витринами…
…Конечно, он в тот день не работал, а рассказывал и показывал, открыл все шкафы, чтобы Эсти и Рути могли всё рассмотреть и даже кое-что потрогать. А потом Эстер сказала, что она хочет посмотреть его книги. Пока просто познакомиться. И он открыл кабинетный сейф и выложил перед ней все папки и книги. Эстер сразу стала очень серьёзной и села к столу. И он не ушёл в мастерскую, а остался в кабинете. Сел на диван и смотрел. Как дети стоят у витрин, и Марк что-то шёпотом рассказывает Рут, а та тихонько смеётся и тоже шёпотом отвечает. И как Эстер быстро перелистывает, проверяет корешки счетов, подтягивает к себе счёты — сам он ими не пользовался, он и просто стоят на столе, как положено в кабинете — и уверенно щёлкает костяшками, и то удовлетворённо кивает, то хмурится и качает головой.