Аналогичный мир - 4 (СИ)

Эркин медленно покачал головой.
— Спасибо, брат, но… нет.
Андрей понимающе кивнул.
— Не хочешь надолго уезжать, я понимаю.
Эркин улыбнулся.
— Да.
Они говорили тихо, по-камерному, хотя автобус полупустой и рядом с ними никто не сидит.
— А я поезжу, — упрямо сказал Андрей. — Хочу Россию посмотреть, понимаешь?
— Понимаю, — кивнул Эркин. — Только… накочевался я. Вот если всем вместе…
  
— И так можно, — сразу подхватил Андрей. — Называется, тур, ну, по разным местам, купим путёвку и в отпуск, а?
— Давай, — согласился Эркин.
О путёвках он читал в газете, так что…
— Это ещё… экскурсия? Так тоже называется, да? — решил он уточнить.
— Ну да, — тряхнул шевелюрой Андрей.
— Опять ты оброс, — улыбнулся Эркин.
— К воскресенью подстригусь, — согласился Андрей. — Скиссорс хорошо стриг, помнишь его?
— Помню, — ответил невольно по-английски Эркин. — Убили его.
Андрей, помрачнев, кивнул.
— Жаль, хороший был мужик, — теперь он тоже говорил по-английски. — Слушай, как… всё-таки было?
— Бои были, — вздохнул Эркин. — Мы завал сделали, а свора лезла. Ну, от пуль мы за завалом прятались, а близко подойдут, в ножи брали.
Андрей кивнул.
— Понятно. А меня прижали, лопухнулся я, в тупик загнали, а там… — Андрей заставил себя остановиться. — Там меня и шандарахнуло.
Они впервые заговорили об этом, и обоим хотелось о многом умолчать, но и вовсе, чтоб ни слова, будто и не было, тоже уже невмоготу.
— Кто ещё погиб?
— Проныра.
— Чёрт, — Андрей досадливо стукнул кулаком по колену. — А ещё?
Эркин называл имена и прозвища, Андрей кивал, переспрашивал о ком-то, уточнял.
— А потом?
— Потом русские пришли, — Эркин улыбнулся. — Всё-таки успели. Нет, что в тюрьму меня со всеми упекли, это понятно, им тоже разобраться надо было. А вот с гада этого меня сняли, не дали додавить, об этом жалею. Но и я дурак, душить стал. Мне б его сразу заломать, а я…
— Не жалей, — посочувствовал Андрей. — Всех не замочишь, да и вся жизнь впереди, может, и встретитесь.
— Да нет, мы здесь, а он там, — возразил Эркин.
— Кто знает, как оно ещё повернётся, — философски заметил Андрей.
Эркин тихо рассмеялся горловым смехом.
— Разве что так.
За разговором незаметно доехали до Ровенек. Автобус сразу заполнился, стало шумно и даже, вроде, теплее. Кто с товаром, кто за покупками, а кому и то, и другое, так что разговор о ценах стал общим. Эркин не вмешивался, но слушал с интересом. Конечно, за картошкой или, скажем, селёдкой ему в Торжище на ярмарку ездить не с руки, но знать, сколько он на этом теряет, тоже надо. Выяснилось, что немного, чуть больше цены билета до Торжища и обратно, он же не воз покупает, а мешок. Андрей, поглядев на его сосредоточенно удовлетворённое лицо, улыбнулся.
— За морем телушку полушка, да рубль перевоз. Так, брат?
— Полушка — это полкопейки? — уточнил Эркин и кивнул. — Тогда точно.
Как и тогда, в Торжище автобус почти опустел, до Сосняков ехали немногие: уж больно там всё дорого. Посветлело, но небо по-прежнему серое и низкое, поля и луга пустынны, облетевший, просвечивающий насквозь березняк и сумрачный тёмный ельник. В Шаврове сели двое: похоже, муж с женой, и тоже за покупками. Андрей продолжал следить за дорогой, Эркин смотрел в окно. Оказывается, он помнил дорогу! Вон — ещё в тот раз приметил — изба с высокой двускатной крышей и резным коньком, а вон колодец у самой дороги. И этот мостик он помнит. Надо же, никогда раньше он дороги не запоминал. Разве только на выпасе и перегоне прошлым летом, а раньше… нет.
Показался аэродром, и снова Андрей, наваливаясь на его плечо, жадно рассматривал светлые, огромные даже на расстоянии машины.
Как и в тот раз, они от автовокзала пошли по Торговой улице, выглядывая нужные магазины.
— Ну и народу здесь, — покрутил головой Эркин.
— Это ты Царьграда не видел, — рассмеялся Андрей.
Улыбнулся и Эркин.
— Ещё посмотрю.
— А как же, — согласился Андрей.
Купить предстояло многое, и ещё всякие дела намечены.
— Начнём с винного?
— А чего жнет. Вон они, «Российские вина», айда?
Эркин кивнул. Конечно, вино можно купить и у них, но здесь и выбор побольше, и получше, и ещё одно… чего он в Загорье покупать не хотел. На всякий случай, чтоб разговоров лишних не пошло.
В просторном, отделанном дубом магазине было нелюдно. Продавец, окинувший их вначале недоверчиво насмешливым взглядом, выслушав заказ, улыбнулся.
— Званый ужин?
— Точно, — улыбнулся Андрей. — Хороших людей и угостить хорошо надо.
Пока Андрей обсуждал с продавцом меню ужина и вина к нему, Эркин отошёл к витринам. Ага, вот и оно. Набор из бутылки коньяка и шести рюмок. Он так и думал. Был же набор, что он на Новый год купил, шампанское, два бокала и роза, Женя её до сих пор на комоде держит, значит, и другие должны быть. Но вот хороший ли коньяк в наборе? Надо выяснить.
Эркин вернулся к продавцу.
— Вот, брат, — повернулся к нему Андрей. — Смотри. К мясу, рыбе, а под сладкое будем брать? А водки здесь нет.
— Водка не вино, понятно, — кивнул Эркин. — Под сладкое одной бутылки хватит, я думаю.
— Сколько дам за столом будет? — вмешался продавец.
— Дам? — переспросил Эркин и улыбнулся. — Одна.
— Тогда хватит. Вот это берите.
Андрей полез за деньгами. Эркин без спора дал ему расплатиться и, пока Андрей убирал бутылки в рюкзак, спросил у продавца:
— Тот коньяк, ну, в наборе, хороший?
Продавец внимательно посмотрел на него.
— Можно и перекомпоновать.
Эркин кивнул.
— Нужен коньяк. Одна бутылка, но самый хороший. И всё к нему.
Ещё один внимательный взгляд.
— Всё есть, но дорого будет.
— Это не проблема, — отмахнулся Эркин.
Андрей упаковал бутылки с вином и молча смотрел, как Эркину пакуют коробку: бутылку, шесть рюмок, две больших плитки горького шоколада, большая пачка сухих бисквитов…
— Лимон?
— Нет, спасибо, а кофе есть?
— Кофе у Шмица лучший, это налево и через два дома.
— Спасибо.
Набор оказался чуть ли не дороже всего вина.
— А водку у Смирнова берите, если хорошая нужна, — посоветовал им на прощание продавец.
— Спасибо, отец, — весело ответил Андрей. — Так и сделаем.
На улице Эркин спросил:
— Слушай, а что это такое — удельное? Ну, он говорил, что удельные вина лучшие. Они же виноградные, ну, из винограда. При чём здесь удел?
— Не знаю, — пожал плечами Андрей. — Про князей удельных знаю, а вина…
— Про князей и я знаю, — отмахнулся Эркин. — Целый параграф в учебнике есть.
— У профессора спросим, — решил Андрей. — Слушай, а не жирно его таким коньяком поить?
— Я брал не для него, — нехотя ответил Эркин.
Андрей на секунду замер и расплылся в широченной блаженной до глупости улыбке.
— Веришь, что приедут, да?! Ты и про кофе для этого спрашивал?
Эркин кивнул.
У Шмица торговали только кофе. Маленький магазин казался тёмным от густого, пропитавшего стены и прилавок, горьковатого запаха и множества банок и баночек с тёмными, коричневыми и чёрными зёрнами и порошками. Продавщица — седая женщина в ослепительно-белых чепце и фартуке поверх коричневого под цвет кофе с молоком платья, ну, совсем как в книге сказок Андерсена — выслушав Эркина, что ему нужен хороший кофе, который пьют с коньяком, расцвела и засыпала их рассказами о провинциях Южного материка, о сортах, там выращиваемых, способах сбора и сушки, особенностях доставки, хранения и жарки, что для каждого сорта свои, а потому и вкус, и запах различаются. А в подтверждение своих слов выложила массу коробочек с образцами, предлагая понюхать и убедиться. Говорила она со странным акцентом, но понятно. После долгих разговоров и обсуждений Эркин купил холщовый пакетик зёрен со смешным названием «африканер», маленькую мельницу-бочонок и бесплатно получил длинное подробное наставление о помоле и варке.