Источник счастья

Никем не замеченный, Гейб тихонько покинул веселье и вернулся в библиотеку. Плотно прикрыв дверь, он постарался не вслушиваться в шум, но безуспешно. Душой он все еще находился там, ревниво наблюдая за бывшей возлюбленной. Он, который не имел права ревновать!
Выдержки хватило на полчаса, потом шум за дубовой дверью почти стих, и это оказалось хуже всего. Гейб украдкой вышел в холл и через открытые двери столовой заметил, что участники праздника, вернее, те, которых не сморил сон, уже пьют чай с конфетами.
  
Заметил он и кое-что еще. Санта-Клаус на цыпочках прокрался в холл, оглянулся и, удостоверившись, что поблизости никого нет, извлек из-под шубы веточку омелы и положил ее на полочку перед зеркалом. Гейба, который поспешно отступил в тень, Джон не увидел. Потом он пошел на кухню и вернулся с Николь.
Гейбриел яростно скрипнул зубами. Но здесь он был бессилен. Никто не мог помешать неизбежному, кроме самой Николь.
Хитрый Санта-Клаус, нежно держа девушку за руку, спросил:
— Я все сделал, как вы хотели?
— Все, — кивнула она. — Вы блестяще справились с ролью.
— В таком случае, — Санта-Клаус указал на омелу, — мне причитается вознаграждение.
Николь позволила запечатлеть на своих губах поцелуй. Но их объятия не были страстными. Девушка даже хихикнула и сказала, что борода делает ей щекотно, но ревнивый взгляд Гейбриела не заметил, что она отталкивает Джона. Гейб снова вернулся в библиотеку и, плотно закрыв дверь, раскаялся, что подслушивал.
Скоро раздался тихий стук, и, открыв, Гейб увидел на пороге Полли.
— За нами пришел автобус, — сообщила девочка. — Я не хотела уезжать, не попрощавшись.
— С тобой очень приятно побеседовать, — искренне сказал Гейб. — Надеюсь, мы еще встретимся.
— Может, в будущем году, на рождественском празднике? — предположила Полли.
— Да, возможно.
Гейб с порога комнаты наблюдал, как Полли и еще нескольких детей повели к ожидавшему их автобусу. В последнюю минуту девочка оглянулась и помахала рукой, а Гейбриел махнул ей в ответ.
— Жаль, что этим ребятишкам пришлось уехать так рано, — заметила подошедшая Николь. — Но им далеко добираться.
— Значит, праздник еще продолжается?
— Еще час, я думаю. Как ты?
— Нормально.
Кто-то позвал Николь, и она ушла. Ревнивые глаза Гейба без труда отыскали в столовой Джона, с упоением жующего торт. Молодой человек нежно посмотрел на Николь и послал ей воздушный поцелуй. Она в ответ весело махнула рукой.
В библиотеке зазвонил телефон. Гейб снял трубку и ответил женщине, которая представилась как миссис Хинкс.
— Мне нужен ветврач, — затараторила она. — Я звонила мистеру Карру, но он отправился по срочному вызову, и мне сказали, что я могу найти другого ветеринара по этому номеру.
— Правильно. Подождите минутку.
Что-то заставило его обратиться не к Николь, а к Джону.
— Боюсь, вам нужно ехать, — со скрытым злорадством сообщил Гейб. — Подойдите, пожалуйста, к телефону в библиотеке.
Джон, привыкший к подобным вызовам, безропотно отправился к телефону. Разговор был коротким. Гейб слышал, как Джон сказал:
— Хорошо. Я буду через полчаса. — Положив трубку, молодой человек стал снимать с себя костюм Санта-Клауса. — Мне нужно бежать. К черту эту бороду! Просто пытка носить ее. — Он ухмыльнулся от счастливого воспоминания.
— В самом деле? — сквозь зубы спросил Гейб, тоже вспомнивший, как Николь, когда Джон ее целовал, верещала, что борода щекочется.
— Вы не могли бы мне помочь? — Джон никак не мог избавиться от бороды.
— С удовольствием. — Гейб ухватился за искусственные седые космы и изо всех сил дернул.
— Ого! — Джон потер подбородок. — Челюсть ломать не обязательно.
— Простите, — неискренне извинился Гейб. — Могу я еще что-нибудь для вас сделать?
— Да! Уберите одежду Санта-Клауса в коробку и скажите Николь, что я уехал на вызов. Хорошо?
— Можете на меня положиться.
Гейб проводил Джона до дверей и, глядя, как тот отъезжает, стал размышлять о том, правильно ли поступил. Вообще-то Джон — старший ветеринар и должен, соответственно, больше работать. Но истина заключалась в том, что Гейбриел обрадовался случаю избавиться от почитателя Николь.
Неожиданно он услышал, как Николь говорит кому-то из детей:
— Не беспокойся. Ты можешь сейчас поговорить с Санта-Клаусом и объяснить, что ты хочешь. Я уверена, он обязательно…
У Гейба внутри все похолодело. Господи, что же я натворил! Как последний эгоист отослал Джона, ребенок будет разочарован, а Николь совершенно справедливо рассердится на меня за то, что я не ее подозвал к телефону, а Джона.
Двигаясь быстрее, чем когда-либо за последние восемь лет, Гейб пересек холл и скрылся в библиотеке. Для большей безопасности запер дверь. В следующую минуту он услышал, как Николь спрашивает:
— Кто-нибудь знает, куда пропал Санта-Клаус?
Гейб повертел в руках красно-белое одеяние Санта-Клауса. У него оказался тот же размер, что и у Джона. Геллахер натянул на себя костюм. Самым трудным оказалось нацепить бороду, но он и с этим справился. Затем Гейб надвинул колпак на самые глаза и, взглянув в зеркало над камином, убедился, что его нельзя узнать. Только после этого он отпер дверь.
За ней стояла Николь.
— Слава Богу, — обрадовалась она и, улыбаясь, схватила за руку.
Сердце Гейба отчаянно колотилось. Ее улыбка и прикосновение предназначались Джону, черт бы его побрал! Мнимый Санта-Клаус еще ниже наклонил голову.
— У нас проблема, — на ходу объясняла Николь. — Дело в том, что в последнюю минуту приехал малыш, у которого умер отец, а мать неожиданно забрали в больницу. Бобби очень плакал, и его тетка, зная, что на праздниках в «Вязах» всегда бывает Санта-Клаус, привела мальчика сюда. Но я оказалась непредусмотрительной — у меня нет для него подходящего подарка. Я вручила ему подарок из запасов, которые мы держим на всякий случай, но когда Бобби открыл пакет, там оказалась кукла. Мы должны сделать что-нибудь и поскорее. Вот он. — Она подошла к мальчику и погладила его по голове: — Бобби, я только что все объяснила Санта-Клаусу, и он обещал помочь нам.
Гейб кашлянул, стараясь выиграть время. Когда он заговорил, его голос звучал хрипло.
— Сейчас я подумаю, Бобби. — Он перебрал в уме все сказанное Николь. — Твоя мама в больнице? Ты видел ее?
— Да, вчера.
— Она чувствует себя лучше?
— Доктор сказал, что через месяц она вернется домой.
— Я рад. Печально, что она заболела перед Рождеством. Если неприятности случаются на Рождество, они всегда приобретают оттенок катастрофы. Не знаю, почему.
Бобби кивнул и с доверием посмотрел на Санта-Клауса. Это придало самозванцу смелости.
— Что бы ты хотел больше всего получить в подарок?
— Я люблю составлять картинки из множества кусочков, — осмелел Бобби. — Мама очень хорошо умеет составлять картинки-загадки. Мы всегда собираем их вместе.
Гейб почувствовал, как удача, наконец повернулась к нему лицом.
— Скажи, Бобби, ты когда-нибудь составлял картинку из восьми тысяч кусочков?
Глаза мальчика широко раскрылись, и он отрицательно покачал головой.
— Я подарю тебе такую картинку, и ты попробуешь сложить как можно больше кусочков сам, а когда мама вернется домой, вы сможете закончить игру вместе.
Бобби радостно закивал.
— Эта игра не совсем новая, — поспешно добавил Гейбриел, — потому что в свое время я тоже любил в нее играть. Когда был молодым Санта-Клаусом. Подожди меня здесь.
Он надеялся, что Николь займется мальчиком и не обратит внимания, что Санта-Клаус вдруг захромал. Однако Николь, провожала его таким взглядом, будто увидела привидение.
Неожиданно до Гейба дошло, что он может не выполнить обещание. Большая часть вещей все еще оставалась не распакованной, и поэтому придется действовать наугад. К счастью, поиски заняли всего минут десять. Он не лгал, когда говорил Бобби, что всю жизнь любил всякие головоломки, а во время болезни — особенно.