Вестник в старом мире (СИ)

— И что успел сделать уважаемый Федор Николаевич, пока я был в походе? — Вадим приложил к губам фужер с вином.
— Уже поздно, — только отмахнулся Максим.
— Господа, а почему бы нам не перевести вечер в другую плоскость? — встав из-за стола, спросил тот самый Федор Николаевич.
— Горизонтальную? — уточнил Вадим, вызвав хохот в салоне.
— В азартную, — погрозил пальцем Федор.
Слуги по команде Аннет убрали со столов еду и принесли запечатанные пачки карт. Господа закончили растягивать желудки и готовы размять кошельки.
— А хочешь, я подниму тебе настроение? — Вадим повернулся к Максиму и заговорщицки улыбнулся.
— Тебе же в жизни не везло в очко.
— Думаю, что после этого похода удача повернулась ко мне нужной стороной, — Вадим изобразил руками какую сторону он считал нужной.
Максим разразился смехом, переросшим в хрюканье, здесь уже включился смех Вадима.
— Тогда пари? — Вадим протянул открытую ладонь.
— И что же ты хочешь? — прищурился Максим.
— Я обдеру Федора до нитки.
— А взамен?
— Ты простишь мои долги, — закинул удочку Вадим.
На пухленьком лице Максима отобразилась активная мыслительная деятельность. Умные мысли шли быстро, но им под ноги постоянно попадалось выпитое вино.
— А если проиграешь?
— То выйду перед нашим кадетским училищем в одих куриных перьях.
— Ооо, — Максим оценил жертву друга, — По рукам! И вот, возьми. Не на новый же костюм ты будешь играть.
Максим положил пачку ассигнаций в карман фрака Вадиму.
Они пожали руки, и Вадим прошел к игральному столу.
Очко или же двадцать один — одно из проявлений охватившей высший свет Европы лихорадки под названием — азарт. В карты играли все начиная от гусарских офицеров и заканчивая дамами в клубах чтения. У простых мещан в ходу были кости, простое но серьезное увлечение.
Крупье выступал управляющий Анны. Понимающий человек с ловкими руками. Он вскрыл новую колоду и жестом пригласил игроков. Вадим сел напротив Федора.
— Ты как покончил с солдатской беготней?
— Решил податься в шулера, — улыбнулся Вадим.
— Подпоручикам так плохо платят? — не удержался от колкости Федор.
— Солдата ноги кормят. Я вот только успел уйти, как ты начал баловать Федор Николаевич.
— Слухи. Слухи завистников.
Крупье раздал карты. Игроки выставили ставки. Вадим заглянул, что выпало.
— Еще. Еще, — крупье подал карты новые карты.
Вадим положил ставку на стол. Сначала всего десятку, для затравки. Рядом с Федором сидели его друзья, в целом компания Оренбургской золотой молодежи. Дамы и менее азартные или менее состоятельные стояли за игроками как зрители. Максим никогда не отличался влечением к картам, поэтому скучающе потягивал вино. Веселый Василий мог бы разбавить атмосферу, но он где-то в закрытых комнатах салона уже разбавлял атмосферу веселой миледи. Вадим постепенно поднимал начальные деньги, избавляясь от мешающих игроков и поддерживая интерес Федора. Если ты хочешь выигрывать, то прежде всего должен обладать двумя факторами: холодным умом и покровителем.
Игра шла пару часов и ставки достигли тысяч рублей. Молодежь соскучилась по серьезным мероприятиям и была готова поссорить деньгами родителей, или друзей. К Вадиму подошел официант и прошептал на ухо. Вадим успел снять франт и галстук, сидел в жилете и рубашке с расстегнутой пуговицей на воротнике. Колоду уже несколько раз меняли, последний раз кон назад. В салоне стояла легкая дымка от выкуриваемых трубок.
— Друзья. У меня тост! — прервал напряженное молчание Вадим, — Всем вина за мой счет. Только пришла новость, что нашему атаману одобрили прошение о наградах за поход.
— Так это получается, что тебя наградят? — вмешался один из зрителей.
Вадим только этого и ждал, поэтому быстро добавил:
— Станислава.
— Где Станислав, там рядом и Анна, — заметил Максим, выглянув из-за зрителей.
— Поэтому выпьем Застольную чарку за здоровье нашего атамана, — поднял принесенный бокал Вадим.
— И за военных героев, — Максим заподозрил что-то неладное в замысле друга и решил подыграть. Часы скучного безделья должны были идти с какой-то целью.
 
— Ибо без военных героев, будем опираться только на бумажных, — сказал Вадим и с вызовом посмотрел на Федора.
Тот такого выпада не ожидал, поэтому чуть не подавился, выплюнув вино обратно. Зрители оценили накал страстей между игроками громким смехом.
— А герои только языком махать могут или еще делом способны доказать? — выдавил из себя покрасневший Федор.
— Ты хотел его в карты выиграть, а не на дуэль вызвать, — прошептал Максим Вадиму в затылок.
— Делом- так делом, — Вадим пододвинул все выигранные деньги в банк.
Сумма у Вадима от щедрот Максима не маленькая, выросла до очень приличных десяти тысяч рублей. Хороший куш для любого игрока, но намного привлекательный для оскорбленного.
— Играем, — Федор дернул плечом и поставил свои деньги.
— Простите любезнейший, но у вас не хватает, — крупье дипломатично улыбнулся.
— Хорошо, — Федор сверкнул глазами и выложил на стол бумагу, — Это купчая, на одно хорошенькое поместье. Максим Петрович подтвердит ее стоимость.
Федор остался доволен произведенным эффектом. За спиной Вадима упало и разбилось что-то стеклянное.
— Играем, — сказал Вадим, услышав тихий мат Максима.
Крупье уступил место Федору, который перетасовал, поднял и раздал по карте. На колоде лежала десятка. Вадим сидел как счастливый купец и улыбался.
— Еще.
Федор вытер проступивший пот со лба и вытащил снизу карту.
— Еще.
Не успел Федор передать карту, как Вадим поймал его руку и больно вывернул. Федор вскрикнул, у него из рукава выпал туз. Среди зрителей пошел нехороший шепоток.
— Полагаю, очко, — Вадим пододвинул выпавший туз к своей даме и семерке.
Федор выдернул руку и громко топая пошел к вешалке с вещами. Он успел хлопнуть дверью прежде чем его друзья бросились следом.
— Герой бумажных дел, — Вадим брезгливо отодвинул колоду.
— Ваш выигрыш, — крупье пододвинул банк. Народ, шокированный случившимся, громко обсуждал теперь уже скандального Федора. Максим взял Вадима за локоть и отвел в сторону.
— Как ты узнал?
— Бог дал нам глаза, чтобы смотреть и головы, чтобы видеть.
— Не богохульствуй, — Максим бросил мокрый платок на пол, чтобы вытереть сапоги, облитые вином, — Как ты узнал о закладной?
— Ангел на крыльях принес, — меланхолично заметил Вадим.
— А имя, этого болтливого ангела случайно не Василий? — уточнил Максим.
— Может и Василий, он не представился, — уже откровенно смеясь ответил Вадим.
— Ну-ну.
— Простите уважаемый, — за спиной Вадима покашлял гимназист.
— Конечно, вот друг, ты отлично справился, — Вадим протянул ассигнаций на двадцать рублей гимназисту. Огромные деньги для подростка, которому посчастливилось попасть на такое мероприятие и стать свидетелем пикантного скандала.
— Это он чего?
— А я попросил его разыграть небольшую сценку с моей наградой. Легкие деньги для мальчика.
— Так ты знал?
— С начала застолья. Курьер приходил. Дальше осталось немного поиграть.
Что именно имел в виду Вадим, Максим не стал уточнять. Он спросил другое:
— И все это ради меня?
— Нет, что ты. Все ради денег! — кривляясь, заявил Вадим и положил пару купюр себе на погоны, — А это, я полагаю твое.
Он протянул купчую.
— Ради денег, ага, — Максим помял второй подбородок, — Я так не могу. Я уже почти ее выкупил. Я заплачу.
— Какие могут быть деньги между друзьями? — Вадим взял руку Максима и положил туда купчую, — Федор выиграл ее в карты, я только переиграл его.
— Язык Васи точно придется укоротить, — прошипел Максим и положил руку поверх купчей, — Половина. Я дам половину стоимости и не отказывайся. Ты не только ободрал его до нитки, но еще и опозорил. Он будет мстить.
— Пфф, пусть мстит. Папенька только посмеется, когда узнает, что вытворил сын Николая Семеновича, — у Вадима в Оренбурге был один из самых крутых покровителей — крупный торговец и землевладелец Беркутов Борис Владимирович.