Два Поттера (СИ)
Глава 14. Новое знакомство и новые планы
Причина отлынивания от знакомства с настоящим Поттером у Северуса Снейпа была не одна, хотя сам бы он назвал только ту, что на виду — отсутствие времени. Директор все же пожелал, чтобы он ознакомился с ритуалом, который ему — больше во всей Британии некому, конечно, — придется провести, чтобы вернуть Гарри Поттеру магию.
«Ради такой благородной цели можно и потерпеть, тем более это касается сына Лили», — разглагольствовал директор, а Северус с трудом сдерживался, чтобы не взять его за бороду, не обмотать ее вокруг длинной шеи и немного потянуть, ну или хотя бы припомнить, чьи попущения оказались причиной столь плачевного положения мистера Поттера.
Он, конечно, пробовал последний вариант, даже неоднократно, но Дамблдор когда быстро его затыкал, а когда попросту делал вид, что не слышит. Не особо убедительно, но тут разве поспоришь? Ритуал Снейп изучил в деталях — не для того, чтобы проводить, просто мало ли… И не зря — нашел одну лазейку, точнее, отсрочку — оптимальным временем для ритуала передачи магии оказалась самая короткая ночь в году, время летнего солнцестояния.
Отнекиваться или сразу вставать в позу Северус не стал — медленно обескровливать семерых магов он, конечно, не собирался, имея в распоряжении двух Поттеров, магия одного из которых была вполне активна, а обучением уже занималась Минерва. Но ради редчайших и безумно дорогих ингредиентов, которые он не то что не мог себе позволить — просто никогда бы не сумел достать, он был готов изобразить практически что угодно. И Гэри прекрасно подписался бы на это дело, достаточно было просто рассказать ему, что к чему. Все же у мальчишки было какое-то странное чувство справедливости — правда, по отношению далеко не ко всем, но Снейпу непонятно каким чудом удалось попасть в те самые исключения. В тех, кого Гэри, сорванец, воришка и чертовски талантливый пацан, вообще единственный в своем роде, решил считать «своими» — просто потому что.
Но Гарри… второе неизвестное, которое Снейп не торопился узнать, объясняя это и отсутствием времени, и будущим обманом — вряд ли тот окажется таким же артистом, как его двойник, было бы глупо на это надеяться. И признаться самому себе, что чувствует перед сопляком самую настоящую вину — не только из-за передачи пророчества, но и из-за будущего предательства — Снейп считал, что ритуал для него придется все же разыграть, а потом стереть часть памяти.
Полученная письменная благодарность только усугубила чувство вины, в котором Северус сам себе упорно не хотел признаваться, и в результате стал испытывать крайнее отвращение от одной только мысли о том, что ему когда-то придется сделать с мальчишкой.
Это наливало его ноги чугуном, стоило Минерве зайти к нему перед тем, как в очередной раз отправиться к Дурслям. Снейп отговаривался, как только мог — что-что, а это он умел практически в совершенстве. Если, конечно, его собеседником не был уважаемый директор.
Но недавно до него дошли странные слухи о Поттерах-клонах, которые якобы довели до помрачения ума едва не половину служащих Гринготтса. Байка была настолько неправдоподобной, что директор сперва отмахнулся, потом сердито объявил, что нечего всяким недоумкам дискредитировать и без того несчастного мальчика, совершенного бескорыстного и светлого душой ребенка, и если что-то подобное появится в прессе, то пусть пресса пеняет на себя, и так далее.
И еще активизировал деятельность по подготовке к передаче уже бывшего мемориала, а теперь просто дома в Годриковой лощине в собственность этого самого несчастного мальчика, так что скоро общественность ожидало любопытное мероприятие. И тут тоже нужно было обговорить кое-какие детали.
Надо сказать, многие маги очень даже дружно поддержали директора на этот раз — Поттера, потерявшего магию в результате несчастного случая, практически списали со счетов, и то, что Дамблдор продолжал с ним возиться, вызывало мысли о том, что у того действительно наличествуют и совесть, и альтруизм. Ну и «бедного ребенка» видели и в школе, и на Косой аллее, и в Мунго — впечатление Гэри тогда произвел на многих. Хорошее впечатление. Точнее, правильное.
Северус же, довольно неплохо, как он справедливо считал, знавший уже Гэри Поттера, серьезно призадумался. И понял, что встретиться придется с обоими, и лучше бы с этим не тянуть.
Несмотря на то, что Снейп частенько любил появляться неожиданно — по реакции на его возникновение он иногда получал довольно любопытную информацию, но в этот раз рука сама потянулась к Протееву блокноту, и впервые он сам написал сообщение Гэри.
* * *— Джек, сегодня вечером Снейп придет!
— Серьезно?! А… Ух ты.
— Он сам написал! — Гэри сиял.
Гарри прикусил губу. Для него Снейп стал уже кем-то вроде человека-легенды. Да, он много хорошего сделал для него, Гарри — зелье такое послал, которое ему сразу помогло, и Гэри помогал тыщу раз, а главное — Дурслей заколдовал. Да так здорово!
Они недавно разговор их случайно услышали. То есть почти случайно. Тетя догадалась про то, что их заколдовали, и делилась этим с дядей Верноном. А тот только хмыкал, а потом сказал, что если это поможет ему стать первым помощником мэра, то он согласен, пусть его хоть еще раз заколдуют. Обоих, судя по всему, куда больше волновало то, что может случиться, если их вдруг, наоборот, расколдуют обратно.
Джек и Гэри еще поспорили, говорить миссис МакГонагалл или мадам Стебль об этом, но решили, что тетя Петунья сама уже взрослая, и если она действительно считает, что дружит с волшебницами, то сама и поделится с ними своими опасениями. А если уж честно, то… не признаваться же, что периодически подслушивают, пусть и почти совсем нечаянно!
А вот Снейпу можно и сказать, точнее, нужно. Раз он сам заколдовывал, ему точно лучше знать…
Снейп кроме того, что варил удивительно эффективные зелья, мог залезать в голову и смотреть воспоминания, и даже узнавать мысли! Не то чтоб Джеку очень хотелось что-то от него скрывать, но все равно немного боязно. А еще Снейп очень нравился его брату, что само по себе говорило о многом. Он очень хотел понравиться Снейпу и потому к вечеру был очень напряжен и взволнован.
* * *Северус аппарировал к давно знакомому дому с тяжелым сердцем, словно должно было случиться что-то нехорошее. Право, разве стоит ждать хорошего от встречи с Гарри Поттером? Добро бы еще Гэри, так ведь нет...
Когда он, как приличный гость, позвонил, открыла дверь Петунья, — настороженная и, что странно, явно обрадовалась его визиту. И после приветствия сообщила, что испекла тот самый кекс с изюмом, который ему, говорят, понравился. Его в этом доме давно ждали, — сквозило в ее словах.
«Это что? Кексики и посылочки «к чаю» — действительно были от нее? А я-то думал, Минерву с Помоной какая-то муха укусила, что решили позаботиться обо мне, сиротинушке», — успел удивиться он перед тем, как хозяйка дома утащила его в… свою комнату, отчего он сразу почувствовал себя не в своей тарелке. А там выдала такое, что хоть стой, хоть падай. Попросила, чтобы ее и ее мужа ни в коем случае… не расколдовывали обратно!
«Надо же, додумалась! И даже что-то вспомнила! Неужели я бракодел? Но ведь не говорить же это вслух», — и Северус ограничился тем, что сухо кивнул. И тут же выяснил, что миссис Дурсль беспокоится, чтобы волшебство само не спало — и с чего она так решила? Пришлось успокоить ее, что нет, это надолго, а при ее желании и навсегда, после чего совершенно счастливая хозяйка провела его в гостиную.
«Да, так еще никто не реагировал на мое вмешательство в их собственные мозги — хотя до сих пор никто и не понимал, что произошло», — Снейп был озадачен и даже подумывал, не поделиться ли этим обстоятельством с Дамблдором. Все же тот был в таких делах более опытен…
И вот в гостиной появилось двое мальчишек — двое Поттеров, действительно похожих, как две капли воды. Северусу полегчало — он имел возможность привыкнуть к Гэри, значит, и с Гарри пообщаться, несмотря ни на что, сможет. На лицо сама опустилась непроницаемая маска, но радостно улыбающийся Гэри заставил ее немного треснуть, а потом на еще не отошедшего от недавнего разговора с Петуньей Снейпа, вывалилось: