Разлюбить князя (СИ)
Буршан, поражённый искренностью слов, а, в большей степени, внезапной покорностью, отпустил её локоть и даже немного растерялся:
— Хорошо. Когда представиться случай, я обязательно расскажу тебе о правилах поведения. А сейчас… ты тоже извини меня…
Он повернулся к своим друзьям и, встретив их напряжённые взгляды, улыбнулся:
— Господа и дамы, вы готовы отправиться на Большую поляну?
— Да, только я отлучусь буквально на минуту. Надо напомнить девушкам кое-что… — сказала Фиоза.
— Мы подождём тебя на улице.
Часть 4 глава 1
Поляна, на которой были зажжены Пять костров, находилась далеко от селения. Таня с Буршаном и Буртом ждали около харуша не только Фиозу, которая немного задержалась, что бы дать указания на кухне, но так же и Руберика с Сатуратом, которые решили дождаться Фиозу в столовой. На Голубую Даль спустились сумерки, поэтому в руках у мужчин, когда они отправились на поляну, были свечи в стеклянных подсвечниках в виде фонариков. Они прошли мимо пастбища и углубились в лес. По дороге к ним присоединились ещё несколько человек, которые тоже шли на гулянье. Таня заметила, что на гулянье мужчины отправлялись без обычных поясов с ножами. Зато за голенищами сапог у них виднелись клинки. Мужчины вспоминали прошлое гулянье у Пяти костров, смеялись и весело рассуждали о том, как проведут нынешний праздник. Как Татьяна поняла ещё из рассказа Эрды, такие праздники проводились раз в месяц и чем-то напоминали ярмарки. Таня наблюдала за Буршаном весь сегодняшний день и сделала очень странный для себя вывод: молодого князя если и не любили, то уважали, это точно. Она видела, как почтительно разговаривали с ним купцы, как раскланивались встречные односельчане. Улыбки были искренними, а слова тёплыми. Даже взрослые мужчины беседовали с ним почтительно. Князь был со всеми вежлив и добродушен. Вот и сейчас, воспоминая какой-то случай, он задорно смеялся, беззлобно подшучивая над Сатуратом. Получалось, что только с ней он вёл себя жёстко. «Так какой же ты на самом деле, Буршан из рода Мирротов? — думала Таня, идя по лесной тропинке и слушая приятный смех своего похитителя. — И если ты со всеми мил, то почему со мной груб? А если со мной груб, тогда зачем я тебе? Своеобразная девочка для битья?»
Поляна была огромной. Помимо костров везде горели такие же фонари, как в селении. Разноцветная толпа веселилась: кто-то сражался на подушках, кто-то перепрыгивал через натянутую верёвку. Таня увидела столб, по которому мужчины поднимались за подарками. Так же на поляне находился большой сколоченный помост. На нём танцевали пары. «Только фейерверков не хватает», — подумала она, с удовольствием рассматривая гулянье.
— Подожди меня около этого костра. Я отлучусь совсем ненадолго. — Сказал Буршан Тане, когда они подошли к тому костру, где молодые люди бросали в мишень дротики. — А ты, — повернулся он к Бурту, — охраняй. Смотри, чтобы никто её не обидел. Я тебе доверяю!
С этими словами князь отправился к лавке с лакомствами. Бурт послушно лёг у ног Тани. Она стояла чуть в стороне от костра и в его отблеске смотрелась, словно картинка в своём новом платье. Проходящие мимо молодые мужчины остановились.
— Ты здесь одна, сиятельная красота? Или с мужчиной? — шагнул один из них к ней.
Бурт продолжал лежать у ног женщины, но предупреждающе оскалил зубы.
— Проходи мимо, Сарук! Это Таня — новая игрушка нашего молодого князя. — Раздался язвительный женский голос. Таня узнала этот голос:
— Что же ты никак не успокоишься, Радана?
Сарук сразу из доброжелательного мужчины стал злобным:
— Каждая последующая дама краше предыдущей. Радана, хочу отдать должное Буршану — эта молодайка превосходит тебя по красоте и стати. Похоже, князь забирает себе самых красивых женщин. Где только находит!?
— А у тебя, что — не предыдущей, не последующей? — дерзко спросила Таня.
— Я же не могу позволить себе одаривать своих женщин так же щедро, как князь. Хотя… смотрю, он не очень-то тебя жалует. Подарил нитку самого простого жемчуга. — Хмыкнул Сарук. — Я, конечно, не настолько богат, как он, но на такую красавицу потратился бы, не поскупился. Бросай скупого князя, сиятельная красота. Пошли со мной, и я тебя марсонами и изумрудами осыплю.
— Завидуешь князю, да? — Таня усмехнулась и задиристо добавила: — Я думаю, что дело не в подарках, а в тебе. Мне князь и с жемчугами люб, и без жемчугов, а ты, похоже, только подарками и можешь женщину к себе расположить. Может, ты сам не совсем хорош, и, кроме как дарить драгоценности, не на что больше не способен?
— Слышишь, Сарук, она сомневается в твоих мужских возможностях, — подначила молодого человека Радана, которая не спешила уходить.
Они так увлеклись словесной перепалкой, что не заметили, как подошёл Буршан. Он стоял за раскидистым цветущим кустом и слушал их разговор.
— Чтооо!? Ах ты!.. — мужчина шагнул к ней и тут же Бурт подскочил на все четыре лапы и грозно зарычал.
— Скажи спасибо, что у тебя такой охранник, а то… — злобно сказал Сарук, отступая назад.
— А то — что? Ударил бы женщину? О, вот это воистину мужское качество! Теперь понятно, почему от тебя девушки разбегаются. Никакими марсонами не удержишь, — с сарказмом произнесла Таня.
— Что здесь происходит? — голос князя прозвучал резко. Он вышел из своего укрытия. В руках он держал не большую плетёную корзиночку, покрытую льняной салфеткой.
Сарук растерялся. Он никак не ожидал внезапного появления Буршана. Радана быстро ретировалась.
— Да, вот, Сарук считает меня продажной женщиной. Он просто уверен, что я за марсоны и изумруды готова пойти с ним и оставить тебя.
— Это так!? — Буршан грозно посмотрел на мужчину. Брови его сошлись на переносице.
— Да. Это так. — Отрицать разговор, который слышали все присутствующие, было глупо.
— Ты знал, что это моя женщина!?
— Да, княже…
— Готов ли ты ответить за её оскорбление?
Сарук замешкался с ответом. Ему прекрасно было известно, что не только нрав у князя тяжёлый, но и удар. И тут Таня подлила масла в огонь:
— Скорее всего, не готов, — презрительно сказала она, — ведь он только и может, что на женщину руку поднять. Куда уж ему с мужчиной сражаться!
Ей очень хотелось, что бы Буршан проучил этого зарвавшегося молодого человека. Она слишком хорошо помнила его злобное лицо, когда он шагнул к ней. Мог и ударить, если бы Бурта рядом не было.
— Готов! — Сарук посмотрел в глаза Буршану.
Часть 4 глава 1 (продолжение)
Князь огляделся по сторонам. Потом поднял руку, привлекая чьё-то внимание.
— Карон! Руберик! — позвал он.
На его голос обернулся высокий, плотный мужчина, который разговаривал с Рубериком.
— Да, Буршан?
— Подойдите.
Мужчины приблизились к князю.
— Будете свидетелями поединка с моей стороны, а вы, — он ткнул пальцем в двух друзей Сарука, — с его. Отойдём к Третьему костру. Там есть место для поединка.
Он отдал Тане корзиночку, которую держал в руках, и они с Саруком пошли в сторону костра. Таня с Буртом, Карон, Руберик и ещё несколько человек последовали за ними. Радана, наблюдавшая за происходящим со стороны, тоже пошла со всеми. Она очень надеялась, что Сарук выйдет победителем из сражения и хотела это увидеть.
Поединок двух мужчин напоминал борьбу самбо. Было очевидно, что Буршан превосходил своего противника по силе и ловкости, хоть Сарук был выше князя. В какой-то момент Буршан изловчился и повалил обидчика на землю. Сарук пытался сбросить его с себя, но все попытки были тщётными. Буршан наступил противнику коленом на грудь и стал придавливать его к земле. Руки его сошлись на шее противника.
— Пощади, князь… — прохрипел Сарук.
— Не у меня, у неё — Буршан кивнул головой в сторону Тани, — проси пощады!
— Пощади… — повернул голову поверженный мужчина в её сторону.
Таня чуть не рассмеялась, вспомнив сцену из любимого фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Там Зинаида бросалась на колени перед Иваном Грозным со словами: «Пощади! Пощади его, Великий государь».