Семь девиц для некроманта (СИ)

— Свобода… — не то прокричала, не то прошептала горная ведьма. — Свобода! Свобода!..
— Айрис! — это уже был голос Себастьяна. — Айрис, ты меня слышишь?
Девушка с трудом заставила себя открыть глаза. Бастиан склонился над нею, встревоженный, побледневший, уставший, но — живой, целый.
— Айрис, — теперь это прозвучало уже с облегчением. — Слава богам, ты в порядке…
— Что произошло? — хрипло спросила она. — Всё закончилось? Всё… Вернулось на свои места?
Себастьян коротко кивнул. Его спина загораживала девушке обзор, и она, как ни силилась, не могла посмотреть, что там оказалось за спиной.
— Нет, ну какое свинство! — возмущённый тон, знакомые интонации… — Мне, королю, не оставить даже приличные штаны! Всё истлело! Ваша некромантия — честное слово, зло! И чем мне теперь прикрываться?
Дараэлла медленно, с трудом поднялась, подобрала что-то с пола и швырнула это в центр начертанного круга. Айрис могла увидеть только тонкую выжженную полоску, которая в будущем так и грозилась остаться чёрной, но то, что происходило внутри, скрывалось от её взгляда за спиной Себастьяна.
— Испортили хороший мрамор, колдуны несчастные, — всё ещё доносилось до ушей Айрис ворчание. — Да сколько ж можно… Эта тряпочка, Дараэлла, конечно, хороша, но она несколько светится.
Айри уцепилась в протянутую руку Себастьяна и заставила себя сесть. Мир перед глазами немного кружился, но постепенно возвращал себе краски. Девушка даже чувствовала в себе силы вновь колдовать.
— Надо было оставить предыдущий вариант, — тем временем раздражённо прокомментировала Дараэлла. — Он меньше меня раздражал. А что? Сидел бы себе кошак на троне, всех радовал бы своим внешним видом. Не тряс бы невесть чем у порядочной девушки перед глазами…
— Это ты-то порядочная? Горная ведьма?!
— Берегу себя для адмирала, — фыркнула Дараэлла, а Айрис наконец-то выглянула из-за плеча Себастьяна и тут же спряталась обратно.
— Небеса!.. — пробормотала она. — Боги…
— Потрясающе, — прокомментировала Дараэлла. — Подруга, ты не испугалась, когда надо было падать в ритуальный круг и отползать в сторону от оживленца, но побоялась мужчины, прикрывающего своё мужское достоинство вуалью? Она ж непрозрачная, ничего такого…
— Ничего такого?! Я, между прочим, король! — возмутился Остин. — Лорд Брайнер, вы не желаете обеспечить своего верного друга хотя бы штанами…
— Я зашью тебе рот, — проворчал Себастьян, делая неопределённый жест рукой, очевидно, отвечавший за появление штанов. — Всё, Айри, можешь смотреть. Этот паскудник теперь в пристойном виде.
Что ж, Остин действительно был в пристойном виде, пригодном, по крайней мере, нормальном для того, чтобы быть созерцаемым девушкой. Айрис, впрочем, с трудом сдержала рвущийся на свободу смешок — потому что Себастьян, решивший проявить фантазию, наколдовал Остину не обыкновенные штаны, а короткие, достающие всего лишь до середины колена бриджи, при этом расшитые разноцветными сердечками разных размеров.
— Это что такое? — зло поинтересовался Остин. — Это что, я спрашиваю, на мне такое?!
— Ты всегда был редкостным хамом. Нет чтобы поинтересоваться, как мы себя чувствуем, поблагодарить за спасение, — покачал головой Себастьян. — Разумеется, от тебя этого не дождёшься! Ты будешь возмущаться, обвинять окружение во всех смертных грехах и, несомненно, поведёшь себя, как редкостный хам… И, кстати, Остин, поприветствуй свою стражу, а то мне не нравится, что в меня целятся из лука.
Король обернулся, да так стремительно, словно его только что чем-то обожгли или по меньшей мере укололи.
На пороге действительно стояла стража. Всколоченная, перепуганная, совершенно не вдохновлённая перспективой сражения с некромантом ради, собственно говоря, не такого уж и хорошего короля стража, мысленно разыскивающая уже пути к отступлению.
Айрис могла себе представить, как они выглядели и какие мысли по отношению к себе вызывали. Все, как один, уставшие — за исключением Остина, очевидно, отлично себя чувствующего после возвращения в родное состояние, в бальном зале, где посреди комнаты теперь красовался чёрный круг с выжженными на мраморе рунами… Витражи были выбиты, и единственное, что осталось нетронутым — это чудесные картины, написанные какими-то жутко высокооплачиваемыми художниками, да и те, наверное, вскоре пришлось бы реставрировать. Интересно, а как добраться до этого сводчатого потолка? Такие высокие лестницы или, может быть, магия?
 
Мысли разбегались во все стороны, словно те муравьи, и Айрис даже не совершала попытку собрать их в кучу. Вместо этого она проследила за удивительно испуганным взглядом стражников и поняла, что именно вызвало у них такой недюжинный интерес.
В самом центре круга лежал скелет. Выглядел он… Ну, примерно так же, как леди Трау в момент своего пробуждения — страшно. Разница была в том, что выбеленные кости не спешили бегать, а ещё были одеты в мужскую одежду, оставшуюся после образа поддельного короля.
Именно она и привлекла внимание стражи. В мужчине, выглядевшем несколько моложе, чем прежний Юстиниан, никто не спешил признавать короля.
Впрочем, Айрис и сама не знала, почему, но Остин оказался совершенно непохожим на своего поддельного двойника. Они были одного роста, одного телосложения — экс-кот в человеческом обличии оказался достаточно строен, хотя определённо нуждался в некоторой физической нагрузке, — и волосы у обоих были русые, того самого неопределённого цвета, который так ненавидела Айрис. Остин оказался чуть бледнее своего предшественника, но это тоже не удивительно — будучи котом, загореть несколько затруднительно.
Но даже не возраст составлял основное различие. У настоящего короля оказались совершенно другие глаза. Чёрные, как и у каждого некроманта, со странной весёлой искрой, потерявшейся где-то во мраке радужки. И уголки его губ то и дело подрагивали, словно мужчина порывался расплыться в улыбке.
Если лже-Юстиниан не вызывал у Айрис ни одной положительной эмоции, то Остин казался привлекательным. Он не был красавцем, отнюдь, но был симпатичным и, наверное, в молодости разбил не одно девичье сердце.
— Опустите оружие, остолопы! — наконец-то сориентировался Остин. — Ну-ка, ну-ка? Что стоим, кого ждём? Вы что, никогда не видели своего короля без одежды? — вероятнее всего, стража в самом деле не видела короля без одежды, но Остин не вникал в такие досужие детали. — Вместо того, чтобы стоять, как вкопанные, могли бы помочь мне привести себя в порядок! Разве не видите? На нас напали враги! — тараторил Остин с такой скоростью, что хотелось зажать уши ладонями. — Враги напали, повторюсь! Лорд Себастьян рисковал собственной жизнью, пока вы, дураки, торчали под дверью и не догадались зайти через окно! Оно, между прочим, открыто. Более чем открыто!
— Но так ведь… Высоко же… Неудобно… — смутился стражник, очевидно, возглавлявший спасательный отряд.
— Неудобно?! — взвился король. — Неудобно — рисовать вот это! — он ткнул пальцем в картины. — Неудобно — стоять в таком неподобающем виде перед дорогими гостями, среди которых, между прочим, две девушки. Это как минимум! — последнее уточнение было очень важным, поскольку пол оживленца был неизвестен, возможно, он не раз и не два сменял своё тело за долгие годы с момента создания. — А как максимум, уважаемые, вы вообще будете уволены, причём я, уж поверьте, сделаю всё, чтобы вас больше ни в одну приличную стражу не взяли!
Стража закрутилась на месте, попятилась. Они собирались было уже и убежать, но, оглянувшись, увидели что-то такое, что окончательно повергло их в шок и заставило застыть, как вкопанных.
— Что такое? — ядовито поинтересовался Остин. — Что не нравится? Кого вы там в очередной раз изволили увидеть?
— Пр-р-рочь! — раздался зычный голос леди Трау. — Там моя госпожа! Всем пр-р-рочь! И чего я, глупая стар-р-рая кур-р-ица, не пошла вместе с нею? Пр-р-рочь! Леди Айр-р-рис!
Скелет, растолкав в разные стороны, бросился к Айрис. Выглядела оживлённая очень и очень обеспокоенно, схватила Айрис за руку, обежала её по кругу, осматривая и с лица, и со спины, сделала какой-то свой, ей одной понятный вывод и с облегчением выдохнула.