Очаровательная негодница

– Твоя жена только что сообщила нам, что надеялась прогуляться по саду с леди Мюри, но не смогла тебя найти, – объяснил Балан, надеясь разрядить обстановку.
– Правда? – Реджинальд вдруг нахмурился и испытующе посмотрел на жену. – Э-э… Ну, вообще-то я как раз собирался сказать, что меня ждет король. Он послал Роберта за мной, и я обещал немедленно прийти, но все же сделал небольшой крюк, чтобы сообщить об этом тебе, дорогая.
  
– О! – воскликнула Эмили, и ее лицо просияло от радости. Она взглянула на мужа с таким выражением лица, как будто он только что сделал нечто гениальное. Все ее недовольство вдруг испарилось. – Ничего, дорогой. Я уверена, что лорд Гейнор и Осгуд согласятся сопровождать нас на прогулке.
– Разумеется, для нас это было бы честью, – поспешно сказал Осгуд глубоким проникновенным голосом.
Балан снова с изумлением посмотрела на кузена, не понимая, что с ним происходит.
– Вот видишь? Нас согласились сопровождать отважные воины. Все будет хорошо, – сказала Эмили, похлопав мужа по руке.
– Не сомневаюсь, – пробормотал Реджинальд и, прищурившись, еще раз внимательно взглянул на жену.
Затем его взгляд скользнул по Мюри и остановился на Балане. Заметив, что Реджинальд вопросительно приподнял бровь, Балан слегка пожал плечами. Он наконец догадался, что леди Эмили пыталась помочь леди Мюри провести немного времени с мужчиной из вещего сна. Однако Балан не стал ничего объяснять Реджинальду, решив, что поговорит с ним позже…
– Ну что ж, – произнес Реджинальд. – Мне пора. Приятной прогулки.
Он наклонился, чтобы поцеловать жену, и при этом шепнул ей что-то на ухо. Эмили нахмурилась, услышав его слова. Реджинальд выпрямился, отвесил легкий поклон и удалился.
– Что ж, джентльмены, идемте на прогулку? – весело промолвила леди Эмили.
Прежде чем ей успели ответить, она шагнула вперед, крепко сжала руку Осгуда и повела его через зал.
Мюри застенчиво улыбнулась Балану, и он предложил ей руку. Молодые люди последовали за Эмили и Осгудом. Покинув замок, они направились в королевские сады.
Шедшие в паре шагов впереди Эмили и Осгуд постоянно с тревогой оглядывались на своих спутников. Удивительно, что они при этом не споткнулись. Мюри казалось, что Эмили и Осгуд не смотрят себе под ноги и не замечают, куда идут.
У Эмили было обеспокоенное выражение лица, а Осгуд все время поднимал брови и бросал на Балана многозначительные взгляды, которых Мюри, к счастью, не замечала. Балан никак не мог взять в толк, чего от него хочет кузен. Возможно, он пытался подбодрить его? К сожалению, Балан еще раз убедился, что не умеет вести себя с женщинами. Он не мог придумать тему для разговора с Мюри. Она как будто заворожила его. Каждый раз, когда Балан смотрел в ее сторону, его внимание притягивали к себе губы девушки, и он вспоминал поцелуй, которым они обменялись прошлой ночью. Мысли Балана путались. Какая уж тут беседа на светские темы! Видимо, Осгуд зря возлагал на него какие-то надежды.
Очевидно решив прийти на помощь Балану, Эмили и Осгуд остановились и подождали своих спутников, а потом присоединились к ним. Эмили зашагала рядом с подругой, а Осгуд – рядом с кузеном.
Балан не удивился, когда Осгуд ткнул его локтем в бок, надеясь заставить заговорить. Он уже хотел дать кузену хороший подзатыльник в ответ, но тут внезапно заговорила Эмили.
– Сегодня выдался удивительно погожий денек, – весело сказала она. – Солнечный, но не слишком жаркий.
– Вы правы, – согласился Осгуд. – Денек по-настоящему летний. Главное, не слишком прохладный. Я терпеть не могу холодные зимние ветры… Кстати, Балан тоже, – добавил он.
– Мюри, как и вы, не любит зиму. Ее любимое время года – осень, она обожает яркие осенние краски, – сказала Эмили и ненадолго замолчала. Покусывая губу, она внезапно остановилась и, просияв, добавила: – Балан, я рассказала Мюри о вашей сестре Джулиане. Ей ведь десять лет, не так ли?
– Да, десять, – ответил Балан.
Эмили слегка нахмурилась, услышав столь лаконичный ответ.
– Надеюсь, у нее все хорошо? – спросила она.
– Да, – снова односложно ответил Балан, а затем хмыкнул и повернулся к Осгуду, который снова ткнул его локтем в бок.
Осгуд, в свою очередь, бросил на кузена сердитый взгляд и быстро заговорил, чтобы поддержать разговор:
– Джулиана чувствует себя хорошо. Конечно, она скучает по отцу, но Балан делает все возможное, чтобы заполнить пустоту, образовавшуюся после его кончины.
Балан приподнял бровь, услышав столь откровенную ложь. К его большому огорчению, их отец винил Джулиану в смерти любимой жены во время родов и так и не простил дочери мнимую вину. Он не был жесток к девочке, но, по сути, игнорировал ее всю жизнь, отдав на попечение слуг. Джулиана вряд ли скучала по человеку, которого плохо знала и с которым почти не общалась. И, конечно же, не чувствовала никакой опустошенности после его смерти.
Однако слова Осгуда, по-видимому, тронули Мюри. Она улыбнулась Балану и прошептала:
– Это великодушно с вашей стороны, милорд. Я уверена, сестра ценит ваши усилия. Если бы у меня был старший брат, который взял бы на себя заботу обо мне после смерти родителей, я была бы всем сердцем благодарна ему.
– Мюри было всего десять лет, когда она осиротела и переехала в королевский замок, – объяснила Эмили.
Балан кивнул и поймал Осгуда за локоть, когда тот снова хотел ткнуть его в бок. Видя, что дамы заметили это, он бросил на кузена предостерегающий взгляд и сказал:
– Осторожнее, кузен. Здесь скользко, ты можешь оступиться.
Осгуд с недовольным видом скривил губы.
– Должно быть, вам было нелегко, леди Мюри. Двор – не самое благоприятное место для воспитания юных девушек, – заметил он.
Мюри почувствовала себя неловко и промолчала.
– Ей было трудно, – ответила за нее Эмили. – Девочки, воспитывавшиеся при дворе, завидовали Мюри из-за того, что король уделял своей крестнице больше внимания, чем им, и были очень жестоки с ней.
– Балану в юности пришлось пережить нечто подобное, – сочувственно хмыкнув, сообщил Осгуд. – Нас отправили обучаться боевому искусству в замок лорда Стратклиффа, и тот проникся симпатией к Балану. Заметив его благосклонность, другие мальчики возненавидели Балана и постоянно затевали с ним драки.
Балан бросил на кузена хмурый взгляд. Он считал, что это была давняя история и не стоило о ней упоминать. Невзгоды закалили его характер, сделали сильным воином. Балан был благодарен судьбе за то, что не вырос неженкой.
Но тут Мюри легонько сжала его руку там, где лежала ее ладонь, и одарила Балана застенчивой улыбкой. И Балан растаял.
– Без сомнения, вы слышали о решении короля выдать Мюри замуж, – внезапно произнесла Эмили, повергнув подругу в ужас. – Его величество разрешил ей самой выбрать мужа. Но это будет очень непросто сделать…
– Да, – с готовностью согласился Осгуд. – Балану тоже пора жениться. И ему, как и Мюри, предстоит сделать очень непростой выбор…
Балан чуть не застонал от досады. Эта парочка скоро начнет сводить их не намеками, а открытым текстом. Еще немного, и они, пожалуй, сосватают Балана и Мюри, которые сгорали от смущения и готовы были провалиться сквозь землю.
К счастью, или, возможно, к несчастью, этого не произошло. Впереди на тропинку вышли Малкулинус и его сестра Лауда. Балан сразу узнал их. Судя по раскрасневшемуся лицу Лауды и тяжелому дыханию Малкулинуса, можно было предположить, что эта парочка только что бежала по аллее, чтобы опередить Мюри и Балана, а потом вышла на тропинку и направилась навстречу им с наигранно беспечным видом.
  
– О, какая неожиданная встреча! Леди Мюри, леди Эмили! – поприветствовала их Лауда, широко улыбаясь. – Рада видеть вас!
На Балана и Осгуда брат и сестра демонстративно не обращали внимания.
– Я тоже рад, – пробормотал Малкулинус, все еще задыхаясь от быстрого бега.
«Этому парню давно уже пора серьезно заняться боевой подготовкой, – с отвращением глядя на соперника, подумал Балан. – Верховая езда и упражнения с мечом быстро приведут его в форму». Но вряд ли Малкулинус прислушался бы к подобным советам. Балан случайно узнал, что его отец, лорд Олдос, в течение многих лет выплачивал откупной налог, позволявший Малкулинусу не служить в армии.