Непокорные (СИ)

— Мэт! — громко вскрикивает молодая медсестра, когда он как ледокол уверенно пролетает мимо ресепшена, волоча меня за собой.
— Стой, Батлер! — доносится нам в спины. — Я вызываю охрану!
Мне по-настоящему становится страшно, пытаюсь хоть немного притормозить, но с силой Мэта мне, конечно же, не справиться, поэтому остается полностью довериться ему и надеяться, что он сам не наделает глупостей.
Мы вихрем влетаем в одну из дверей, я даже не успеваю прочесть табличку, но сразу же понимаю куда мы пришли.
— Мэт, — удивленно произносит женщина, резко вскакивает с кресла, и я узнаю ее.
Именно она встречала меня, когда амбалы отца привезли сюда мое обездвиженное тело.
Значит, это и есть миссис Батлер, внимательно рассматриваю ошарашенную женщину, Мэт на нее чем-то похож…
— Мам, мы все знаем! — он говорит уверенно и быстро проворачивает щеколду, предусмотрительно замыкая за собой дверь.
— Как вы вообще сюда попали? — она негодует и недовольно хмурится. — Что за бардак творится в моей клинике?
— Мы не уйдем, пока ты нам все не расскажешь, — грубит Мэт и скрещивает руки на груди.
Миссис Батлер осматривает меня, и я нерешительно киваю в качестве приветствия, ей, видимо не привычно видеть меня на своих собственных ногах.
— О чем ты, сынок? — женщина медленно опускается в свое кресло.
— Элизабет Фостер, мать Мии, жива, — Мэт подходит к ее столу и опирается на сжатые кулаки, как глыба нависая над испуганной матерью. — И она содержится в твоей клинике, находясь в здравом уме.
— Как…., — тяжело вздыхает и обхватывает свое лицо ладонями, — дети, дети, куда же вы лезете? Вы разве не понимаете, что это опасно. Майлз Картер, — она бросает на меня встревоженный взгляд, — серьезный человек. Прости, Мия, что так с тобой поступила, я не могла иначе.
— Речь сейчас идет о миссис Картер, — Мэт быстро переключает внимание матери на себя. — Кстати, почему она записана под девичьей фамилией?
— Мистер Картер так приказал сделать, как только она поступила в нашу клинику, — на мое удивление миссис Батлер охотно идет на контакт.
Вдруг в дверь начинает кто-то ломиться и из коридора доносятся глухие крики.
— Быстро откройте дверь! Миссис Батлер, с вами все в порядке?
— О, а вот и охрана подоспела, — усмехается Мэт, — главное, вовремя.
Мать Мэта тут же встает с кресла и быстро направляется к двери, решительно справляется с замком и резко распахивает ее.
— Все в порядке, — произносит строго, внимательно рассматривая встревоженных охранников. — Можете возвращаться на свои посты.
Озадаченные мужчины по очереди заглядывают в кабинет, чтобы убедиться в словах начальницы и сразу покидают коридор.
— Я вас прошу, никому не говорите о том, что вы сегодня узнали, — в ее голосе отчетливо слышится мольба.
— Не волнуйся, мам, — успокаивает ее Мэт и аккуратно приобнимает. — Но ты же понимаешь, что все это неправильно?
— И кто воспитал тебя таким праведным? — произносит с издевкой и усмехается.
Улыбаюсь, глядя на них, сразу чувствуется, что в их семье царит любовь и взаимоуважение.
  
ГЛАВА 63.
 
Мия 
Я нифига не смыслю в этом дурацком виде спорта. Что за кайф бегать по полю, грубо врезаться в других игроков, вцепившись в кожаный мяч, и стараться пересечь белую линию? Многие вообще играют жестко, только и делают, что толкаются, словно для них это самая важная цель в футболе.
В любой другой момент я бы с радостью встала и покинула стадион, но только не сегодня. Этот день важен для Мэта, сегодня у него просмотр и какая-то крутая Лига должна его отобрать на место в своей команде. Поэтому я покорно сижу на трибуне и наблюдаю, как мой дикий зверь раскидывает щуплых игроков по полю и мчит словно локомотив к белой линии. Глядя, как Мэт в полном обмундировании пролетает, будто цунами, мимо жюри, наполняюсь чувством гордости. Он явно справляется. Это мой самец, наглый, напористый, идущий по головам и добивающийся поставленных целей.
После изнурительного матча Батлер уверенно направляется ко мне и по пути снимает массивный черный шлем с металлической защитой лица. Подходит к периллам и с легкой усталостью перекидывает руки через них. Внимательно исследую его хмурую гримасу, с кончиков его черных волос падают капельки пота, в целом он весь такой соблазнительный и сексуальный. Батлер игриво щурится, пока я протягиваю руку к нему и аккуратно стираю влажные дорожки салфетками.
Ощущаю беспокойство, которое с каждым днем разрастается во мне все больше, ведь если Мэта примут в Лигу, то мы будем редко видеться, и неизвестно к чему придут наши отношения. И, глядя в уже такие родные зеленые глаза, я решаюсь задать вопрос, который путает мои мысли последние несколько дней:
— Мэт, — проникаю в самую глубь его красивого омута, в котором можно безоговорочно утонуть, — а если тебя примут в эту Лигу, ты уйдешь из «Империала»?
— Нет, — сразу же качает головой, а я облегченно выдыхаю, — я просто буду ездить на тренировки. Ну и на соревнования. Но если честно, я не знаю, Мия, еще не думал, как буду совмещать учебу с футболом. Для начала надо попасть к ним в команду.
— Ты обязательно попадешь, — пытаюсь подбодрить его, ведь так делают любящие люди.
Глажу его щеку и осознаю, что мне до дрожи в пальцах хочется поцеловать его, но я думаю, что сейчас это не уместно, все же решается дальнейшая судьба Батлера. Но Мэт все берет в свои руки и наклоняется ко мне. Его сладкие губы с дикой охотой впиваются в мои, и я, словно поддаваясь его убаюкивающим чарам, придвигаюсь ближе и начинаю активнее засовывать свой заскучавший язык ему в рот. Мне хочется съесть его, как нежный шоколадный пудинг, облизать как вкусный чупа-чупс, смаковать как тягучий мармелад.
— Фурия, — шипит Батлер и с трудом раскрывает глаза, — если ты сейчас не перестанешь, то руководство Лиги увидит мой выпирающий член.
Усмехаюсь от его искренности, только он может вот так просто признаться в том, что хочет меня, и неважно где именно мы находимся в данный момент. Иногда я даже удивляюсь, насколько сильно его возбуждают обыденные вещи… моя растянутая пижама…или обычные джинсы, не обтягивающие бедра… или махровое полотенце, небрежно завязанное на груди… или балахон оверсайз, наспех натянутый на тело.
— Как вспомню, какой сукой ты вчера была, сразу возбуждаюсь, — довольно лыбится.
А ведь вчера мы тусили в клубе и я дерзко дала от ворот поворот одному незнакомому парнише, даже не знаю, откуда он выплыл и когда появился на моих радарах. Злой Батлер внимательно следил, как я втирала бедолаге о том, что он не в моем вкусе. А когда Мэт услышал, что в своем монологе я использовала слова «у меня есть парень и я его очень люблю» вообще растянулся с довольной улыбкой, и его напряжение как ветром сдуло.
— Так ты же в защите, — осматриваюсь по сторонам, чтобы убедиться, что у нашего разговора нет свидетелей. — Никто не увидит твой стояк.
— Детка, это не поможет, — продолжает рассматривать меня, затем его голодный взгляд опускается на мое декольте, мне кажется, что он даже сквозь кофту, а затем и сквозь лифчик проникает внутрь и пожирает мои набухающие сосочки.
От одного его гипнотизирующего взгляда возбуждаюсь. Никто и никогда не хотел меня с такой силой, чтоб аж башню сносило от необузданного порыва. Стоит ему только игриво прищуриться, как внизу живота начинает просыпаться желание и натягивается пружина.
— Поедешь сегодня к матери? — с интересом спрашивает Мэт и встряхивает головой, чтобы убрать с лица опавшие мокрые пряди.
— Да, миссис Батлер обещала, что проведет меня к ней, — на моих губах растягивается счастливая улыбка.
Уже прошло две недели, как я в тихую навещаю маму в клинике. Никто, естественно, об этом не знает. Только Мэт и миссис Батлер.
Вдруг слышу, как взрослый мужчина в спортивном костюме окликает Батлера и он, быстро чмокнув меня в губы, бежит в сторону тренеров, которые на протяжении всей игры внимательно следили за кандидатами. Осматриваюсь по сторонам, на трибунах не так много народа, несколько человек приехали поболеть за своих близких. Поэтому, я, широко расставив ноги, спешно сползаю в пластиковом кресле и устраиваюсь удобнее, еще неизвестно, сколько придется ждать, пока Мэт побеседует с руководством Лиги.