Непокорные (СИ)

— Поняла, Мия? — отпускает подбородок и наматывает мои волосы на свой стальной кулак, больно сжимает их и заставляет задрать голову назад.
Батлер начинает покрывать нежную кожу шеи поцелуями, постепенно опускается к ключицам и проводит по ним своим широким языком.
— Я не слышу ответа, поняла? — повторяет сквозь стиснутые зубы и отстраняется от меня, полностью освобождая мое возбужденное влагалище.
— Да, — с трудом сглатываю.
— Громче, — упирается пульсирующей головкой в мои сочащиеся складочки и останавливается, специально дразнится.
— Поняла, Батлер, — хнычу раздосадовано.
Ощущаю, как его огромный член снова растягивает меня и проникает на максимум. Обхватываю крепкую шею и прижимаюсь к парню грудью. Боюсь, что скоро мои ноги меня подведут, и я стараюсь сильнее вцепиться в него, чтобы в итоге не упасть.
— Девочка моя, — шепчет мне на ухо и снова натягивает волосы, которые до сих пор намотаны на его кулак. — Как же мне башню сносит от тебя.
Моя голова опять откидывается назад, Батлер не сбавляет скорости, отчего мои стоны усиливаются.
— Мэт, — облизываю пересохшие губы.
— М?
— Мэт, — повторяю и чувствую, что он немного ослабляет захват, и теперь я могу свободно посмотреть на него. — Ты только мой, слышишь?
Впиваюсь в него опьяненным взглядом. Еще пару толчков и я кончу.
— Только мо-о-о-о-о-й, — зажмуриваюсь от сладкой эйфории, которая покрывает мое тело.
— Твой, Фурия, твой, — произносит уверенно, и от его слов я получаю мощнейшую разрядку, меня начинает трясти, и Батлер молниеносно подхватывает меня, продолжая страстно трахать.
Его дыхание учащается, я чувствую, как его сердце мечется в груди, как он начинает стонать и, впиваясь пальцами в мои бедра, кончает.
Смотрю на его довольное лицо и улыбаюсь.
Помирились.
  
ГЛАВА 57.
 
Мия 
В следующий уикенд я предложила Батлеру познакомиться с Ванессой, она как раз пригласила меня на барбекю, которое они решили устроить с Маркусом. На мое удивление Мэт быстро согласился, так что мы как самая настоящая парочка покинули территорию «Империала» и приехали на обед.
Знакомство держится на лайте. Батлер ведет себя уверенно и совсем не волнуется, мне нравится, что он сразу же нашел общий язык с Маркусом. Ловлю себя на мысли, что для меня это важно.
— Обещай, что не станешь рассказывать Мэту про мое детство, — произношу строго, глядя на Маркуса, который кружится вокруг стола и подготавливает стейки для барбекю.
Батлер стоит рядом и смеется, расслабленно попивая пиво.
— Я посмотрю на твое поведение, — шуточно произносит Маркус и вытирает руки о бумажное полотенце.
К нам подходит Ванесса и начинает расставлять на столе огромные белоснежные тарелки, а Маркус подносит ладонь к своему рту и немного наклоняется к Мэту:
— Она уже тогда была той еще занозой в заднице, — шепчет, но его прекрасно слышно.
— Эй, — возмущаюсь, а остальные заливисто ржут, в том числе и Батлер.
И смотрит на меня пристально, проникая прямо в душу, в самые потаенные уголки. В его взгляде ощущается доброта и тепло. Это подкупает.
Собрав все необходимое, парни направляются к зоне, где находится барбекю, а я не могу оторваться от широкой спины Батлера. Под футболкой не видны следы, которые вчера оставили там мои ноготки. Каждый раз с Мэтом происходит как в первый. Мы страстно набрасываемся друг на друга, словно долго не виделись, стараемся как можно быстрее освободиться от одежды, чтобы между нашими горячими телами не было препятствий. Нас мало волнует на кровати мы или на столе. На полу или возле стенки. Этот умелый искуситель погружает меня в неведомые ощущения, которые я еще ни разу не испытывала, знает, хитрюга, куда надавить или куда поцеловать.
— Он хороший, — из волнительных воспоминаний меня вырывает Ванесса.
Быстро моргаю, чтобы избавиться от легкого возбуждения и с улыбкой смотрю на нее.
— Ты с ним другая, — она говорит тихо и садится рядом со мной в плетеное кресло.
— Разве? — удивленно выгибаю бровь, не замечала за собой какой-либо перемены.
— Мне со стороны видней, — осторожно щелкает меня по носу и смеется.
— Говоришь прям как мама, — подмечаю спокойно и с любовью прислоняю ее руку к своей щеке.
Наблюдать, как мужчины умело расправляются с мясом – одно удовольствие. Мы с Ванессой филоним и попиваем охлажденное вино, упиваясь зрелищем, как наши добытчики готовят обед.
Мэт иногда бросает на меня свои похотливые взгляды, и я уже знаю, о чем он думает в этот момент. Мои губы трогает легкая улыбка и хорошо, что мои глаза спрятаны за солнцезащитными очками, иначе он мгновенно просек бы насколько сильно я хочу его. Он читает меня как открытую книгу, особенно если дело касается секса. Этого парня легко завести с пол оборота, этим я иногда пользуюсь и дразню его. Получаю свой личный допинг от его дикой ломки. А потом он наказывает меня за мои открытые провокации. Доводит до пика наслаждения и специально лишает удовольствия, наслаждаясь моими недовольными стонами и мольбами завершить начатое. Тот еще засранец.
Вскоре, когда аппетитный запах поджаренных стейков расстилается на всю округу, мы дружно рассаживаемся за стол.
— Мия, ты общаешься с отцом? — интересуется Маркус и умело орудует ножом, разрезая сочное мясо.
— Нет, — отвечаю сразу же и делаю глоток вина, я уже немного пьяненькая. — И вообще, я не хочу иметь с ним ничего общего.
Все мышцы сковывает спазм, и я со всей силы сжимаю тонкую ножку винного бокала. Чувствую, как теплая ладонь Мэта ложится на мое колено, немного сжимает его и требует успокоить свои проснувшиеся нервные клетки.
— Может мне взять вашу фамилию? — смотрю на удивленную Ванессу. — Буду Мия Фостер.
Батлер резко зависает и хмурится, словно активно копается в своей голове. Все тут же обращают на него внимание.
— Что? — заглядываю в его серьезное лицо.
— Повтори.
— Может мне взять фамилию Ванессы? — выполняю его просьбу.
— Нет, — цокает и прожигает меня озадаченным взглядом, — последнее, что ты сказала. Какую фамилию ты назвала, Мия?
— Фостер, — произношу медленно, потому что не могу сообразить, почему Мэт так реагирует.
— Это девичья фамилия твоей матери? — спрашивает загадочно, а меня начинает распирать от его скрытности.
Любопытство нарастает как снежный ком, и я еще ближе придвигаюсь к Батлеру.
— Мэт, скажи, что происходит, — нервно требую.
— Мия, — бегло осматривает всех, а потом снова возвращает свое внимание ко мне, — когда я собирался украсть тебя из психушки, я просматривал твою карту, чтобы узнать в какой ты палате.
Замираю и даже забываю, как дышать, внимательно слушаю его, боюсь пропустить что-то важное.
— Так вот, — шумно выдыхает и продолжает, — моя мать делала кое-какие заметки карандашом. И я четко помню одну запись: провести сеанс с Элизабет Фостер.
Мое сердце болезненно сжимается и даже самые мелкие волоски встают дыбом.
— Это невозможно, — недоверчиво хмыкает Ванесса, — моя сестра давно умерла.
— Я знаю, — грубо перебивает ее Мэт и никак не может разобраться в своих воспоминаниях, — что-то не сходится.
— Мама взяла фамилию отца, я это точно знаю, — говорю уверенно. — Почему она была записана под другой?
Мой мозг сейчас лопнет. Я не могу собрать пазл воедино, я не могу совладать с волнением, которое уже полностью поглотило мое тело. Меня начинает немного потряхивать, и это точно не от легкого обеденного ветерка.
— Не могу тебе сказать, — Мэт растеряно пожимает плечами. — Но твоя карта была новой, ее только завели, старой эта запись быть не может.
— Ты можешь поговорить с матерью? — вцепляюсь в предплечье Батлера и жалостливо смотрю на него. — Разузнать у нее про эту запись?
— Она ничего не скажет, — отвечает аккуратно, чтобы меня не обидеть, — врачебная тайна. Да и в клинику меня теперь не пускают.