Чайный дом драконьей леди (СИ)

— Во имя золотой Малики, — прошептала я. — Да мы же схватили не того…
— Что, — спросил Феликс?
— Вся золотая стража Фиры уехала?
— Парочка осталось, так, на всякий случай. Вдруг недобитые черноглазые остались, — развёл руками Феликс. — А что, всё очень плохо?
— Мы идиоты и нас обвели вокруг пальца. Мы принесли королевство Неферет на блюде.
Я неотрывно следила за королевой. К ней подошёл Вальтер, она сделала какой-то быстрый знак, он кивнул и скрылся в толпе.
— Сейчас начнётся настоящая попытка атаки черноглазых, — сказала я. — Все, кто есть тот из наших, кто может помочь, пусть будут настороже.
Феликс не стал задавать вопросы, вместо этого он отошёл к бабушке и сказал ей что-то. Она напряглась и очень быстро, наверное, с той же скоростью, с которой Вальтер распространял приказы от королевы, мы распространили свои. Неферет, кажется, заметила что-то неладное, прищурилась, но победная улыбка появилась на её губах. Она не боялась.
На этот раз нападение черноглазых было совсем другим — это была не горстка жалких суетящихся неумех, которых отдали на съедение страже Фиры, чтобы притупить внимание. Это была элита сектантов, те кто пришли за верховной жрицей с единственной целью — снести голову главной представительницы силы золотой богини.
Наших оставалась катастрофически мало. Я напряглась, пытаясь понять, что мне делать в этой ситуации, но Феликс вдруг положил руку поверх моей и улыбнулся.
— Иногда нет смысла махать кулаками и атаковать в лоб, — сказал он. — Мы с тобой катализаторы для сил друг друга и можем преломить ход боя.
— Но как?! — воскликнула я в отчаянии.
— Всё просто, — просто пожал плечами герцог. — Кажется, я едва ли не всесилен, когда ты рядом.
Он вдруг взвился вверх в драконьей ипостаси, лунным отблеском свернула его чешуя, и все замерли, ощущая явление божественного дара.
Вспыхивала яркая чешуя драконов из той аристократии, что была верна идеям светлой богини, и темнотой обрушивались на них чёрные драконы. Черноглазые вносили сумятицу, пока оставшиеся стражи противостояли им. Но всё остановилось, словно само время замерло, и все мы вдруг стали фигурами на доске, а перст судьбы без сомнений указал, кому сегодня повезёт, а кому — нет.
Каждого, кто был сегодня нашим гостем, вдруг посетила невиданная удача. Они сражались так же, как обычно это делал Феликс — он всегда бросался в атаку, зная наверняка, что враг промахнётся, а он сам попадёт в самые слабые места.
Сектанты же вдруг начали спотыкаться, путаться в собственных теневых плащах, врезаться в кусты и ронять оружие. Это был цирк, а не битва, словно стражи Фиры решили перебить горстку младенцев!
Посреди этого Неферет вдруг растеряно начала искать кого-то глазами, пока не наткнулась на меня.
— Ты! — воскликнула она, указав на меня пальцем. — Маленькая дрянь! Я знала, что нужно убить тебя в тот же миг, как впервые тебя увидела и почувствовала твою силу!
— Да, — спокойно сказала я. — Как ни печально признавать, это вовсе не Виктория пыталась убить меня. Вы были на драгон-гале, вы были в лабиринтном саду и предложили уйти подальше от места битвы, стоило мне отвернуться и потерять вас из виду — как на меня напал черноглазый, потому что вы и были тем нападающим. Это было бы очевидно, если бы не одно но…
— Как златоглазая может служить чёрной богине?! — воскликнула Фира ошарашенно.
— Я гораздо больше, чем просто златоглазая! Я избранница двух богинь, я то, к чему они стремятся — к абсолютному единению света и тьмы!
Она засмеялась, нездорово и безумно. Чёрная пелена окутала её, огромные теневые крылья выросли за её спиной, в то время как глаза загорелись золотом.
— Я начало зарождения абсолютной гармонии в этом мире, я знак того, что Малика и Дарика снова могут быть целым, и тогда жизнь вернётся к идеальному балансу! — крикнула Неферет. Под чёрным покровом угадывалось её иссушенное, измученное силой Дарики тело. — Моя богиня, чёрная драконица, я готова стать твоим вместилищем! Яви свою мощь!
От неё исходило невероятное могущество, такая сила не снилась никому. Её тело становилось огромным, словно она превращалась в невероятного демона, в котором угадывались драконические черты. Была ли это всё ещё Неферет?
  
— Думала, ты сможешь меня победить? Нет, таких как ты я использую для пополнения собственной силы через своего тупого мужа. Но больше он мне не нужен! Он сыграл свою роль.
— Взял на себя вину, — скептично произнёс Феликс, опускаясь рядом со мной в человеческой форме и становясь между мной и королевой. — Но что толку? Все, кто есть здесь, подтвердят, что вы сами признали, кто главный последователь Дарики, тётя.
— Тогда, — протянула королева почти игриво, — все, кто есть здесь, умрут.
В её огромный когтистых руках стал собираться огромный шар тьмы, и не было никакого сомнения — сейчас от моего чайного дома, всех гостей, черноглазых, меня, Феликса, Фиры — всех, кроме чёртовой Неферет, не останется ничего.
— Я! — закричала она. — Я аватар чёрной богини и избранная светлой, я нарушение всех законов природы и почва для создания новых! Я сама есть божество!
— У кого-то мания величия, — вздохнула я.
— Что делать-то будем? — тихонько спросил Феликс.
Огромный шар разрастался, тьма всасывала в себя кусты, деревья, столики и вот потихоньку подбиралась к людям. Эта сила была столь невероятной, что лишала даже мысли о том, что можно попытаться сбежать. Было очевидно — нельзя.
Я закрыла глаза и глубоко вдохнула манящий аромат трав райского сада. Когда я открыла глаза, то столкнулась с печальным взглядом золотой богини. Её сад не изменился с моего прошло визита, а вот сама богиня будто стала меньше и куда тусклее.
— Она избранница чёрной богини и всё ещё носит твоё благословение. Как такое может быть? — спросила я. — И как мне бороться с этим чудовищем? Ты хотела, чтобы я помогла тебе, богиня. Но я не смогу сама.
— Но ведь Дарика такая же часть меня, — грустно ответила богиня. — А раз дав своё благословение, отобрать его я уже не могу. Это противоречит моим принципам. Поменять, усилить — но не забрать.
— Ты знала об этом? О том, что Дарика достучалась до Неферет?
— Нет. Разум Неферет был закрыт от меня. Теперь я понимаю, почему. Мне жаль, что я так ошиблась с этой избранной. Я знаю, что она должна была быть другой, но Дарика умеет влиять на тех, кого я одарила. Она ломает жизни, искажая их талант, и, видимо, в случае Неферет ей удалось добраться до самого её разума.
— Но ты же можешь что-то сделать!
— Что я могу? — вдруг спросила Малика печальным голосом. — Ты сама говоришь: я всего лишь жалкая богиня, которая действует чужими руками! Я пыталась стать совершенной для своего мира и от всех черт, которые казались мне злыми и тяжёлыми, я избавилась. Их было так много, что получился другой дракон с собственной волей и мыслями. Черноглазые думают, что я должна слиться с Дарикой, что тьма и свет должны объединиться, но это не так. Мы пошли разными путями, нам уже не стать единым, и уничтожить её я тоже не могу — в этом мире должно быть и доброе, и плохое, и прекрасное, и ужасное, только так он сможет существовать.
Малика отпустила голову на лапы и прикрыла глаза. Я растерялась, когда увидела, как по её щеке скатилась сверкающая слеза.
— И что же? — спросила я. — Просто будешь здесь лежать и думать о том, как у тебя мир не получился?
Она приоткрыла глаз лишь на миг, чтобы отвернуться затем и закрыть морду хвостом. Я терпеливо вздохнула. Это выцветшие, словно затуманенные глаза вызывали у меня воспоминания о первых днях моих в этом мире. Столь же тусклые глаза дракона, зажечь которые снова способен был лишь один глоток правильного чая.
Растений здесь было бессчётно, как хорошо знакомых, так и прибывших, похоже, из других миров. Меня не интересовала ботаника — лишь свойства при заваривании. Доверившись силе своего дара, я закружила по саду, выбирая ингредиенты для божественного чая. Малика, заинтересовавшись, всё же наблюдала за мной.