Чайный дом драконьей леди (СИ)

— Я составила его сама, папа. Специально для дорогого гостя.
Мама чуть побледнела и прошипела мне на ухо:
— Ты уверена, что ему понравится?
— Он хотел чай, который заварила я. Пусть отвечает за свой выбор, — хихикнула я.
Мать побледнела ещё сильнее и потянула руки к чашке Феликса.
— Мой дорогой герцог, быть может, с утра уместнее выпить кофе?
Но поздно — Феликс решительно сделал первый глоток, и выражение его лица тут же переменилось. На губах его расцвела улыбка, делая совершенное лицо настолько привлекательным, что у меня захватило дух.
— Что ж, раз все собрались здесь, я, наконец, выскажу главную цель своего раннего визита, — сказал он, и голос его прозвучал совсем как мой чай — бархатно, мягко и тепло. — Вы неоценимый специалист, барон Фарнет, и наш разговор заставил меня убедиться, что вы искренне любите чай и всё, что с ним связано. Но, простите мою прямоту, делец из вас никакой. Я могу выжать прибыль из любого бизнеса, без лишней скромности, но мне придётся нанимать компетентных работников и разбираться в этой новой для меня сфере, что делать мне… исключительно лень.
Мы замерли, слушая его речь, словно смертный приговор.
— В идеальном сценарии вы занимаетесь работой плантаций и созданием сортов чая, пока я налаживаю продажи, — продолжил Феликс. — Но какой интерес вам быть наёмным работником, а мне — по сути работать на благо вашей семьи? Нет, мне не надо больше денег, и новый источник дохода мне тоже не нужен. Заняться чем-то я могу только из интереса.
— Как же нам заинтересовать вас? — печально спросил отец.
— Думаю, мы могли бы найти компромисс… через вашу дочь.
Глаза мамы вспыхнули победой, как два прожектора. Губы медленно растеклись в такую сладкую улыбку, что у меня свело зубы — пришлось налить себе чаю. Отпив глоток, я приподняла брови. Ай да я, ай да кудесница, не чай — а напиток богов! Неудивительно, что Феликс засиял, как солнышко, едва его попробовав.
Ну, сама себя не похвалишь — никто не похвалит, разве что замуж позовут. К слову об этом…
— Что именно вы предлагаете, Ваша Светлость? — прокурлыкала матушка так ласково, что отец покосился на неё в полном недоумении.
На такой градус лесть не поднималась даже при визите герцога Хэндехоххера. Мама превзошла саму себя.
Феликс отставил чашку и обвёл нас нечитаемым взглядом.
— Вы хотите и дальше передавать владение плантациями по наследству своим потомкам, что до меня — королевская семья оказывает перманентное давление в вопросе женитьбы. Полагаю, мы могли бы помочь друг другу.
Мама пискнула и рухнула на диван, обмахиваясь руками. Мы с папой её восторгов не разделили. Мы переглянулись, и я взглядом попыталась передать отцу своё «нет». Он кивнул и повернулся к Феликсу.
— Ваше предложение весьма лестно, Ваша Светлость, — учтиво склонил голову он.
— Я слышу в вашем тоне «но», — изумлённо вскинул брови Феликс.
Его удивление было таким наивным и искренним, что с моих губ сорвался смешок. Все тут же уставились на меня с разными эмоциями, и я отступила, пытаясь слиться со стеночкой, что было сложно: сиреневое платье никак не желало маскировать меня на фоне зелёных обоев. Кажется, герцог в самом деле считал себя самой лакомой наградой, и то, что мы не кинулись благодарить его за щедрое предложение, просто не укладывалось в его голове.
— Я не вправе решать за дочь, — выдохнул папа.
Взгляды, обращённые на меня, стали ещё напряжённее. Оказывается, мы тут переводим стрелки! Не хочешь замуж, Лидия, пожалуйста — сама скажи герцогу своё «фи», пока он смотрит на тебя пронзительным синим взглядом, а мама транслирует какие-то радиосигналы, расшифровать которые проще простого.
«Не вздумай отказывать герцогу».
И Феликс ещё смел говорить, что на него давят по поводу женитьбы! Да на меня сейчас оказывалось такое давление, будто я бороздила дно океана в виде рыбы-капли! Собравшись духом, я открыла было рот, но мама совершила прыжок дикой пантеры, закрывая меня спиной, и воскликнула:
— Мой дорогой герцог, позвольте предложить вам прогулку? Лидия могла бы показать вам ваши новые владения, и заодно вы обсудили бы детали помолвки!
  
Феликс удовлетворённо кивнул.
— Полагаю, это уместно.
А меня спрашивать никто не стал. Папа сидел в кресле, скромно потупив глазки, а мама утащила меня одеваться, потому что, разумеется, без перчаток и шляпки я даже на крыльцо не могла выйти. И вроде привычны мне должны были быть эти нравы, а казались почему-то дикими.
Заботливая мамочка даже лично застегнула на мне пуговки верхней накидки, при этом бормоча, словно заклинание:
— Похоже, он не в курсе, что ты не девственница, ещё и больная. Благодари золотую Малику за то, что он нелюдимый и не интересуется делами вне своего поместья! И лучше бы тебе быстренько вылечиться и выскочить за него до того, как он выяснит правду.
— Но мама, я…
— Лидия! — шикнула она, вскидывая на меня гневный взгляд. — Мы в шаге от нищеты, я продаю украшения, чтобы заплатить прислуге. Если ты вернёшься с прогулки не невестой герцога, то с тем же успехом ты можешь не возвращаться вообще.
Мотивировать она умела, этого не отнять. С кислой миной я вышла на террасу, где меня уже поджидал дракон.
Конечно, при взгляде на него появлялись сомнения насчёт того, правда ли я хочу гнуть линию свободы и независимости. Весеннее солнце играло в серебристых волосах, зелень сада выгодно оттеняла мистическую синеву его глаз, а искусно подобранные украшения так и кричали о больших деньгах. Мне с трудом удалось не пялиться на него в полном восторге, пуская слюни.
— Не понимаю вас, — лениво протянул он, обращая взгляд в глубину сада. — Это какой-то хитрый приём? Заинтересовать меня, сделав вид, что не хотите брака?
— Вы и не пытались понять меня, Феликс, — вздохнула я, и мы спустились с террасы на мощёную дорожку.
— Да как же вас понять? Я самый завидный холостяк в королевстве, любая пищала бы от радости, как ваша матушка, намекни я о свадьбе. Вам я предлагаю её открытым текстом, а вы… Ведёте себя так, будто в вашем положении у вас масса вариантов.
— Что вы знаете о моём положении? — устало спросила я, неизящно уклоняясь от низко растущей ветки.
— Пришлось поручить людям небольшое расследование. Я не интересуюсь сплетнями, но столица питается ими. С наибольшей вероятностью после заявления Эрнеста ни один аристократ не решится даже танцевать с вами на приёме, куда там говорить о большем.
Я резко остановилась, прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Как так вышло, что моя репутация полностью уничтожена, а герцогу как с гуся вода? Что такое он наговорил и какие доказательства предъявил?
— У меня с Кугельшрайбером ничего не было, — покачала я головой. — Всё, что он говорит — гнусная ложь, направленная на оправдание расторжения нашей помолвки. А разорвать её он решил, когда узнал, что не получит плантации, ведь их уже забрали вы.
— Тогда я тем более должен взять за вас ответственность, — пожал плечами Феликс.
— Не боитесь, что и о вас пойдут сплетни? — ехидно уточнила я. — Взять порченную невесту…
— Мне всё равно, что они будут делать дальше среди этого вранья, ведь я точно знаю, что вы непорочны. И к слову… — он загадочно улыбнулся. Белизна его зубов слепила, словно они были сделаны из фарфора. — Я могу всему миру доказать, что Эрнест врёт, выставив его в совершенно идиотском свете. О, неужели я наконец-то вижу в ваших глазах интерес?
Я не смогла скрыть нахлынувшее на меня волнение. Ладошки сразу вспотели, и я нервно вытерла их о юбку, не заботясь о манерах. Если честно, я в принципе мало о них заботилась, удивляюсь даже, как меня принимали в столице.
— Пойдёмте вперёд, — сморщил нос Феликс. — Я люблю ходить хоть куда-то, когда разговариваю. К тому же взгляд вашей матери из окна скоро просверлит в моём пиджаке дырку.
— Будет жаль, дорогой, наверное, — съехидничала я.
— Модная и качественная вещь необязательно дорогая, — пожал плечами герцог. — Хотя пиджак, конечно, стоит состояние.