Союз спасения Завтра

– Извините. Извините.
Минута длилась бесконечно долго. Ён ощущал, как чей-то телефон тычется ему в спину; чьи-то взгляды изучали его голову. В этой ситуации радовало лишь то, что Ён был выше большинства присутствующих, а наверху воздух был как будто свежее. Так можно было пережить такие поездки.
Наконец двери лифта отворились. Ён спешил сильнее всех, так что даже нечаянно толкнул дяденек по бокам. Юркнул через толпу к лестнице в форме ДНК. Ким Хёнджу забралась куда надо! В её кабинет сотрудники могли попасть только по лестнице, преодолев ровно сто ступеней. Ён уже успел однажды посчитать. Нет, говорят, у Ким Хёнджу был личный лифт от самой подземной парковки, но простым смертным вроде Ёна принудительно предлагалось пользоваться лестницей. Что ж, за это время Ён прокачал себе ягодицы. Он вполне мог сойти уже за бывалого спортсмена.
  
Ён преодолел последнюю ступень, пролетел мимо робкой секретарши, послав той лишь улыбку, и ворвался в кабинет. Ха-ха, выкуси, Ким Хёнджу! Он успел.
– Ты опоздал.
Ён невольно глянул на часы на запястье. На тридцать секунд! Ким Хёнджу не просто не выкусила, а напротив: сидела в поистине королевском вельветовом кресле багрового цвета, рассматривая какой-то футуристический цилиндр с хворостом маленьких игл на конце. Роскошно и зловеще. Её острые коготки нетерпеливо стучали по столу.
– Тебе недостаточно платят?
– Нет, босс.
Её взгляд выразительно прошёлся по его одежде, и Ён буквально понял, какой будет следующая фраза.
– Тогда почему ты пришёл в мешке из-под риса? Это бунт или неуважение?
Стоило отметить, что Ким Хёнджу всегда была одета с иголочки, а её макияж и укладка всегда выглядели идеально, словно это было некое заклинание. Хм, интересно, могла ли она заставить Разработчиков мира вписать в код свой безупречный внешний вид? Так или иначе, она, похоже, понятия не имела, что не все люди хотят и могут себе позволить брендовые вещи. Ён был почти уверен, что для неё все его вещи – на одно лицо. Лицо мешка из-под риса. А ведь он свои худи и толстовки даже менял. На мгновение он представил, что бы она сказала, если бы узнала, что многие из них он купил на рынке под станцией метро Express Bus Terminal Station. Скорее всего, что-то обидное.
– Ладно, проехали.
Ён был согласен с тем, чтобы они проехали.
Ким Хёнджу с тигриной грацией поднялась и обошла свой стол. Сложив руки на груди, она остановилась прямо напротив Ёна, как хищник, загнавший свою жертву в угол. А как известно, опаснее тигра зверя на Корейском полуострове никогда не было.
– У тебя новое задание. Провалишься, и сначала наша страна, а потом и весь мир будут уничтожены. Всё понял?
Честно говоря, он ничего не понял.
– Можно чуточку подробнее? – всё же стоило уточнить про новое испытание, на кону которого было буквально ВСЁ.
– Аномалий становится только больше. Скоро разразится болезнь, обезумевшие люди начнут последнюю в истории войну, землетрясения расколют плиты, страны затопит, Солнце превратится в красного гиганта и уничтожит нашу планету. На Корею движется цунами такой силы, которого не было за всю историю существования Земли. Разработчики не могут ничего сделать. Миру конец. Так понятнее?
– Нет, – честно признался Ён. – Мы умрём? И что я такого могу сделать?
– Ты? – Ким Хёнджу жалостливо посмотрела на него, словно он был беспомощной птицей с подбитым крылом. – Ничего. Бесполезен сам по себе, как обычно. В движке нашего мира образовалась проблема, и чтобы предотвратить катастрофу, нужно поправить изначальный код. Это под силу только тому, кто занимался созданием этого мира.
– «Создатель», – догадался Ён.
Асса! Ён так и знал, что Разработчик «Создатель» существует, что ему не пригрезилось, когда он однажды увидел уведомление с этим ником. Даже в архивах господина Муна было так мало упоминаний Создателя, что он казался выдумкой остальных Разработчиков. Даже не выдумкой, а шуткой. Среди коллег ходили разные слухи, от отрицания существования Создателя до наделения его ролью современного зла, порождающего аномалии. Создатель наверняка всемогущ и своенравен, как все Разработчики. Чего только один ник стоит! Но если Ёну ради спасения всего мира нужно поговорить с ним и убедить поправить изначальный код мира, то, конечно, он готов приложить все усилия.
– Но Создатель был удалён, – слова Ким Хёнджу прозвучали гонгом в голове.
Да, теперь Ён вспомнил. Уведомление было именно об этом. Действительно, а что же тогда делать? Как можно было удалить того, кто стоял у самых истоков этого мира? Неужели мир обречён?
– Но стёрт Создатель не полностью. – На лице Хёнджу появилась самодовольная улыбка. – Ты отправишься в деревню Ононсанчхон [12] и разузнаешь у бывшего Создателя изначальный код мира. Подойди.
Ён послушно приблизился. Создатель всё это время был в деревне в двух часах езды от Сеула?
– А что он там делает?
– Доживает свой век, – c этими словами Ким Хёнджу схватила ладонь Ёна и вонзила в неё тот самый футуристический цилиндр.
Руку пронзило острой болью, которая за мгновение проникла в каждую клеточку тела, из глаз брызнули слёзы. Ён отдёрнул руку, едва устояв на ногах. На ладони высвечивалась микросхема, постепенно затухающая.
– Что за фигня?! – Ён даже не заметил, как повысил тон на начальницу.
– Вирус. Думаешь, Создатель откроет свои секреты добровольно?
Очень в стиле Ким Хёнджу. Использовать окружающих без их ведома. Сначала она проткнула ладонь Ёна, не спросив его, а теперь хотела украсть код Создателя. Есть ли границы её садизма?
– А теперь отправляйся в деревню Ононсанчхон. На автобусном вокзале тебя уже ждут Проводники. Вирус сработает, когда ты накормишь Создателя едой. Но учти, ты должен сам приготовить её. Своими руками. Всё понял?
Ким Хёнджу взглянула на часы, висевшие над входом в её кабинет.
– Иди. Ты уже опаздываешь, твой автобус отправляется через тридцать минут.
Через тридцать минут?! Она вообще в курсе, что они в Сеуле, отсюда и до вокзала за тридцать минут минут Ён успеет только постоять в пробке двадцать минут.
– Ладно, – бросил Ён, балансируя на грани неуважительной интонации. – Но мне нужно кое-что сделать. Я обязан. Навестить одного человека в шелтере. Вы сделаете это за меня?
– Да.
– Тогда я никуда не… Что?
Ён не ожидал, что Ким Хёнджу, эта высокомерная и брезгливая особа, легко согласится на его просьбу. Может, она солгала, лишь бы он уже уехал? Лицо Ёна, похоже, было достаточно красноречиво, чтобы Ким Хёнджу оскорбилась.
– Я могла бы наказать тебя за недоверие. Раз я сказала, значит, сделаю. Иди. Тебя ждут.
[<Благой Вестник> непомерно гордится Ёном]
 
[<Бессмертный Три> снова жалуется на затопление]
 
Ён, прижимая к себе руку, будто её в самом деле разодрал тигр, двинулся к выходу. Всё-таки в воздухе висела какая-то недосказанность, но Ён не успевал сообразить, что именно его смущает.
– А, точно, – раздался голос Ким Хёнджу, и Ён обернулся. – Не стоит говорить Создателю, что это я тебя послала. Лучше вообще не упоминай моё имя.
– Почему?
– Так надо, если жизнь дорога. А теперь иди. Иди уже быстрее.
Едва Ён выбрался из кабинета Хёнджу, даже воздух как будто посвежел. Удивительно, как всего одна очень маленькая женщина могла надушнить в большом пространстве. Наверное, стоило расстроиться из-за надвигающихся катаклизмов и конца-мира-и-всего-такого, но Ён, прекрасно понимая, что это с его стороны бездушно и неправильно, не мог избавиться от предвкушения совместной поездки с коллегами. Подобный шанс выпал ему впервые с тех пор, как он тут работал, и что таить, выезд напомнил ему о МТ, тренингах на сплочение, которые практиковали в университетах. В дорамах подобные вылазки всегда выглядели очень весело, и кто-нибудь находил свою любовь. Ён не был большим любителем дорам, считая, что они настолько далеки от реальности, что скорее мешают жить счастливо, но ребёнком он просто обожал телешоу Family Outing. Команда друзей отправляется в деревню, где они все вместе готовят ужин из того, что дала земля, а затем соревнуются в забавных играх, например, чам-чам-чам [13], и отправляются спать, чтобы утром повторить всё заново. И вот у Ёна появился шанс оказаться внутри такой передачи и обрести друзей. Создателя они, конечно, тоже найдут! Тут Ён позволил себе немного оптимизма, представив, что тот даже не окажется вредным дедом. Создатель ржавым от дряхлости голосом поведает им ответ на то, как сохранить мир, а затем все они чокнутся бокалами и выпьют сомэк [14]…