Скуф. Маг на отдыхе 5 (СИ)

Где именно её искать непонятно, но что точно — они направляются в Иваново.
Город невест, ага.
Если кому-то и по какой-то причине приспичило быстро узаконить свои отношения — чтобы юридически при этом было не придраться — то дорога у этого «кого-то» одна.
А дело тут в забавной правовой коллизии. Если принять на веру то, что легенда — это действительно легенда, а не успешный ход средневековых маркетологов, то когда-то давным-давно жил да был князь Харламов.
Собрал под собой князюшка все земли Ивановской области, правил там безраздельно и много чего хорошего за жизнь наворотил, да только запомнился другим. Дюже Харламову нравилось жениться. И разводиться. И снова жениться. И снова… ну понятно.
Казалось бы, кто ж князю запретит многожёнство? Ан-нет. Влюбчивый был до жути и принципиальный. Каждый раз по большой любви женился, и чтобы вместе, и навсегда, и только вдвоём, и глаза в глаза, и щёку на щеку.
Старая пассия при этом попадала в жесточайшую опалу, и её отчуждение тоже было своего рода ритуалом.
Мол, знайте все, что мы не вместе.
Имущественно её не обижали, князь был человеком великодушным и не бедным. Но из Иваново высылали со строгим запретом на возвращение.
Ну и принял Харламов в своих имениях закон, по которому жениться и развестись можно было за пару минут, были бы два свидетеля и зафиксированное согласие обеих сторон.
И вот. Время прошло, а закон остался.
Хотели было дело отменить и подогнать законы области под общеимперские, но местные градоначальники смекнули, что на этом вообще-то можно делать бабки, и настояли на своём «культурном наследии». Так что в Иваново теперь у нас особая правовая зона.
Благо, что не вся область, а только столица. Иначе Фонвизину-младшую можно было бы даже не искать. Хотя и так будет непросто…
На выезде из Москвы я, конечно же, объяснил кадетам какого чёрта их дёрнули с императорского приёма. Кадеты возбурлили праведным гневом и начали мозговой штурм.
— Василий Иванович! — первую мысль подала новоиспечённая баронесса Шестакова. — Если у Оли телефон не отвечает, может, этого Уильяма взломать? Сейчас Тиму попросим…
— Отставить ломать Уильяма, — парировал я. — Если приближённому к Великому Князю иностранцу чего-нибудь взломать, то Тамерлану потом могут чего-нибудь сломать. Задача, конечно, посильная, но и спалится Тима так, что его ни родня, ни министры, ни я сам не прикрою. Так что оставим это на крайний случай. А пока думаем…
Думаем…
Думаем…
А чего тут, собственно говоря, думать? Решение лежит на поверхности. Оно же проще простого. В Иваново свадебных салонов больше, чем продуктовых магазинов, ЗАГСов больше, чем школ, а белых голубей больше, чем жителей. Торговля семейным счастьем поставлена на конвейер.
Но!
Сэр Уильям у нас товарищ приметный. Во-первых, иностранец, а, во-вторых, богат. И пускай вся эта свадьба — фикция, но экономить на ней он точно не станет.
— Кадеты! — скомандовал я. — Быстро расчехляем телефоны и ищем самые дорогие салоны свадебных платьев!
За окном мелькнула синяя стела с надписью «Ивановская Губерния»…
  
Глава 20
 
— Добрый вечер! — сунул голову в салон лимузина полицейский.
Пузатый, мордатый, усатый, ну прямо анекдотичный. Воображение так и хотело посадить его в полосатую деревянную будку где-нибудь на Петербургском мосту, где бы он поедал пышки из промасленного пакета, с ног до головы угваздавшись в сахарной пудре.
— Совет да любовь!
— Спасибо! — мгновенно сориентировался я и прижал к себе Лизу; княгиня тоже не подвела и звонко расхохоталась:
— Спасибо!
Ну а что, спорить с ним в самом деле?
— Что-то вы совсем без украшений едете, — всё тем же оптимистичным тоном добавил страж порядка. — Ни ленточек у вас, ни колец на крыше.
— Не успели, — улыбнулся я.
Но нет! Никаким конфликтом тут даже не пахло; никаких полутонов, подвохов и подозрений. Просто этот сдобный весельчак был дружелюбен и участлив. Однако:
— Господин полицейский, — сказал я. — Уточните, пожалуйста, причину остановки.
  
— А, так это формальность, — махнул рукой толстячок. — Вашего водителя я уже предупредил о том, что по центральной улице движение не выше пяти километров в час, а вам просто хотел пожелать счастья и долгих лет! Добро пожаловать в Иваново!
С тем полицейский козырнул, высунулся из машины и крикнул своим, чтобы поднимали шлагбаум.
Н-да…
Как мы не гнали, но до города добрались лишь после одиннадцати. И сперва я по наивности думал, что этот факт значительно сузит наши поиски, но к счастью ошибся. При подъезде к центральной улице, на которой расположились все самые дорогие свадебные салоны, мы упёрлись в это самое полицейское заграждение.
А за ограждением…
Мамочка родная.
Толпа.
Шумная, пьяная, весёлая, прямо на проезжей части. Среди толпы сразу же угадывались мальчишники: компании разгорячённых молодых парней в костюмах с ослабленным галстуком или вообще без оного, которые вели себя максимально шумно. Что-то орали, что-то скандировали и периодически подхватывали на руки будущего жениха с целью покачать.
Ну и девичники, само собой. Визгливые стайки девчонок в одинаковых белых платьях. У каждой первой на голове фата, у каждой второй в руках открытая бутылочка шампанского.
А вон ряженые!
Мимы, ростовые куклы животных, уличные музыканты. Парочка в холщовых рубахах под старину, насколько я понимаю, косплеит Петра и Февронью. А как хорош Купидон! Немолодой дяденька с тугим пивным животом явно что нашёл себе работу мечты. Нарядился в белокурый парик, подгузник для взрослых и крылышки, и теперь фотографируется с молодыми девушками. А те для удачного кадра жмутся к нему, в щёку целуют, ногу закидывают…
Ох и устраивает он, наверное, жене после смены.
Короче!
Город жил, бурлил и безумствовал.
Одиннадцать?
Пф-ф-ф! Да тут всё, похоже, только начинается! Либо же этот разухабистый свадебный карнавал продолжается в Иваново вообще без остановки, двадцать четыре на семь.
Безо всякого лукавства, при виде этой картины сердце моё наполнялось радостью. Пускай и не императорский приём, но тоже, чёрт его дери, весело! И очень жаль, что мы попали сюда при таких обстоятельствах. Иначе и сами покутили бы. По-гусарски, так сказать.
Ладно, успеется ещё…
Шлагбаум поднялся и Арнольд аккуратно тронулся сквозь толпу. Толпа нисколечко не возражала, а даже наоборот — нас встречали радостными криками и требовали чуть ли не перманентно бибикать. А один перебравший юнец встал поперёк дороги и принялся поливать лобовое стекло лимузина игристым. Не успокоился и не пропускал нас до тех пор, пока его в сторону не оттащили более трезвые товарищи.
Но к делу!
Альтушки уже составили примерный маршрут, по которому нам стоило проехаться в первую очередь. Всё самое дорогое, всё самое элитное и всё, — ожидаемо, — именно на этой улице. С самого начала у меня были некоторые сомнения насчёт того, что пройтись пешком было бы гораздо быстрее, однако покидать лимузин и рассредотачиваться мы всё равно не стали.
Методично, адрес за адресом, мы начали искать зацепку…
* * *
— Вот, — указала девушка на экран. — Вот-вот, видите?
А на экране тем временем шла запись с камер видеонаблюдения примерно часовой давности. Притом монитор был поделён аж на шестнадцать квадратиков и торговый зал просматривался со всех ракурсов. Картинка чёткая, светлая. Лица видно так, что хоть биометрию сверяй.
Нет, ну а как иначе?
Всё-таки люди не орехами на развес торгуют, а драгоценностями.
«Санлайтин и Сын». Это был уже третий ювелирный магазин на нашем пути. В первом за последние несколько часов купили лишь какую-то мелочёвку, второй вообще обошёлся без продаж и вот, наконец, удача. Совсем недавно некие неизвестные приобрели здесь пару колец с откровенно бесстыдным ценником.