Подпольная империя рода Амато (СИ)

— Ты понимаешь, почему я собираюсь это сделать? — спросила Атала, глядя на Асю.
Та замотала головой. Атала вытащила кляп из её рта.
— Я ведь ничего вам не сделала, отпустите меня! Я вас даже не знаю!
— Ты не сделала? — едва не задохнулась от возмущения Атала. — Ты! Украла! Мою! Жизнь! — последнее слово она выкрикнула и с ненавистью прижала щипцы к оголённой груди Аси.
Если бы крик мог быть болью — это была бы она.
Гордиан Херман в теле Ярослава Глинского с улыбкой наблюдал, как его бывшая невеста вершит правосудие.
* * *
Настоящее время. Заброшенная психлечебница
— Атала⁈ — с моих уст сорвался возглас изумления, перемешанного с ужасом. — Но… как такое возможно?
— Да, я некромант, Эгель, — охотно пояснил Херман в шкуре Глинского. Сдаётся мне, он наслаждается нашим разговором и тем эффектом, который он на меня производит. — Я вызвал к себе Аталу ещё там, в том мире. Привязал её душу к себе, получив возможность вызывать в любом из миров.
— Скажи, Альвар, — обратилась ко мне Атала. Голос её уже не отличался мелодичностью, как во времена жизни. — Будешь ли ты любить свою Анастасию и теперь, когда она почти так же безобразна, как я?
— Ты…? — Я не верил своим ушам. — Ты пытала её?
— О да! И это была лучшая награда за все мучения, которые я из-за тебя претерпела!
— Но ведь я не убивал тебя, Атала! Ведь я не желал тебе зла!
— Не убивал⁈ — Взгляд некогда прекрасной, теперь же чудовищно-жуткой девушки ненавидяще уставился на меня. — Ты использовал меня, унизил, а затем бросил! Ты потоптался на моей любви! Ты казнил мою любовь, смешал её с грязью! Ты даже вообразить не можешь, на какие муки ты обрёк меня, Альвар Эгель!
Атала, страшная, безумная, изуродованная смертью, прожигала меня своей ненавистью, но я отчего-то не испытывал к ней ярости — лишь ужас от того, во что может превратиться человек, и сожаление, что тридцать лет назад увёл её с бала.
— Прости меня, Атала! Прости! Но эта девушка, — я указал на Асю, обливающуюся слезами и не проронившую ни слова, — эта девушка не виновна перед тобой! Я и только я имею отношение к той боли, которую ты испытала тогда. И прошу у тебя прощения за неё. Не губи свою душу, отрекись от служения этому чудовищу! — Я указал на Глинского.
Атала глухо рассмеялась, обнажая гнилые зубы. Я на мгновение закрыл глаза, чтобы не видеть того, что с ней стало.
— Ты думаешь, я уже не погубила свою душу?
— Довольно разговоров! — Ярослав хлопнул в ладони. — Мы сейчас уйдём, Альвар. Если ты попытаешься на меня напасть, я нажму на кнопку, — он вытащил тёмный прямоугольный предмет из кармана, — и нас всех разнесёт в клочья. В здании везде взрывчатка. Если я умру — то непременно унесу с собой в бездну и тебя тоже.
  
Глава 27
 
Оставшись наедине с Асей, я медленно подошёл к ней и протянул руки, чтобы обнять, но девушка отшатнулась от меня.
— Милая, иди ко мне.
— Не надо, Андрей… — Ася помотала головой, затем, с какой-то яростью вытерев слёзы с лица, резко добавила: — Мне жалость ни к чему, ясно тебе?
— Причём тут жалость, я люблю тебя! — И это была правда. — Послушай, что бы эти твари не сделали с тобой — ты всё та же моя прелестная Ася. Они сумели изменить твоё лицо, но никогда не смогут изменить моих чувств к тебе!
Ася закрыла лицо, пытаясь сдержать рыдания, но с её губ сорвался всхлип, плечи девушки затряслись, она завыла, как раненый зверь.
Я притянул её к себе, прижал голову к груди, поцеловал в макушку.
— Всё будет хорошо, Ася, родная, не убивайся так…
— Зачем ты меня утешаешь? — Она вырвалась, отошла назад. Некогда красиво лицо было перекошено от злости и боли. — Ты ведь видишь, что они сделали со мной! Видишь, что они лишили меня моего лица! Я теперь чудовище, Андрей!
— Не смей так говорить! Я отправлю тебя к лучшим лекарям империи, слышишь⁈ Я заплачу любые деньги, найму лучших докторов! Тебе сделают операцию, тебе помогут, клянусь, Ася!
— А если нет? — Плечи её поникли, злость во взгляде уступила место отчаянию. — А если я навсегда останусь такой… отвратительной?
  
— Я всё равно буду любить каждый сантиметр лица и тела своей дорогой жены.
Я снова заключил её в объятия. Ася подняла на меня взгляд, полный потрясения.
— Ты хочешь сказать…
— Я хочу сказать, что желаю видеть тебя своей женой. Всегда. Ты согласна?
— Да… — Она положила голову мне на грудь и снова зарыдала.
— А теперь, прежде чем ехать, нам нужно поговорить, милая. О том, что ты видела и слышала.
— Он сказал, вы с ним из другого мира. — Ася слегка отстранилась, вытирая слёзы.
— Да, верно.
— Разве это возможно?
— Как видишь.
— И сколько таких миров? Твой такой же, как этот? Как ты сюда попал? И почему?
— Сколько вопросов, — улыбнулся я. — Я тебе обязательно на них отвечу, но потом. Сейчас нам необходимо ехать домой. Ко мне домой. Твоим родителям мы позвоним и сообщим, что ты в порядке.
— Я не хочу, чтобы они видели меня… такой. — Ася содрогнулась.
— Если не хочешь, не увидят. Мы можем отправить тебя в клинику, не встречаясь с твоей семьёй. Но только если ты так хочешь.
— Да, хочу. Если мама увидит… боюсь, её хватит удар.
— Поживёшь у нас. Я поговорю с отцом, объясню всё, он не будет против. Только один момент, очень важный: князь Андрей Амато не должен знать ничего о том, что я из другого мира.
— Я понимаю. — Девушка кивнула.
— Хорошо. Надеюсь, что ты верно истолковала моё молчание, Ася. Я умер там, в своём мире. Меня просто разорвало на части. И устроил это он. Его зовут Гордиан Херман. Он вселился в тело Ярослава Глинского так же, как я — в тело Андрея Амато.
— Это всё слишком… безумно для меня. Мне сложно поверить в возможность такого.
— Понимаю, тебе нужно время переварить информацию. Главное, прошу, ни слова обо всём этом моей семье и вообще ни одной живой душе — ни одной, Ася.
— Я не дурочка, Андрей, я поняла.
— Спасибо, милая. Я скажу своим, что Глинские тебя похитили. Что они с тобой это сделали. Наш род и Глинские в давней вражде, поэтому отец ничего не заподозрит. И ещё — про мёртвую девушку тоже ни слова.
— Ты любил её? — Ася пристально следила за моей реакцией.
— Нет. Я был… отвратительным, Ася. Использовал и бросил её. Она покончила с собой после этого. Херман был её женихом. Атала бросила его ради меня. А я… я просто использовал её. Но тебя, — я взял её лицо в руки, — тебя я люблю, клянусь тебе в этом! Я был подлецом, и я сожалею об этом, Ася. Ты веришь мне?
Она молчала некоторое время. Затем кивнула.
— Да, я верю тебе, Андрей.
* * *
Сергей оказался удивительным парнем. Увидев Асю, парень не задал ни одного вопроса, на лице его не дрогнул ни единый мускул.
В поместье Амато ехали молча. Добравшись, я попросил всех домочадцев собраться в гостиной для семейного совета.
Реакция моих родных на Асю была разной. Бабушка и мать забегали вокруг девушки, запричитали, заохали, что доставляло моей невесте лишь смущение и огорчение. Уверен, Ася предпочла бы, чтобы о её присутствии и вовсе забыли. Отец сохранял невозмутимость. Я в очередной раз восхитился тем, как мастерски он умеет держать лицо.
— Кто? — задал он единственный вопрос.
— Ярослав Глинский, — ответил я, после чего подробно рассказал почти всю историю, исключая вселение в Ярослава некроманта из другого мира.
Само собой, семья выразила полное согласие с тем, что мы должны отправить Асю на лечение в лучшую клинику. Бабушка заявила, что она знает, кто нам поможет, и пошла в свои покои, чтобы сделать какой-то звонок. Мать увела Асю, которая изо всех сил старалась держаться спокойно, уложить отдыхать в комнату для гостей.
Мы с князем остались наедине.
— А теперь скажи то, что утаил от женщин, — велел он.
— За мной скоро явятся, отец. Ярослав застрелил своих из моего пистолета.