Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона (СИ)

Из башни в мои покои есть проход по лестнице и…
И тут в голове раздался голос.
Низкий. Рычащий. Измотанный болью до предела.
«Нам больно. Нам очень больно. Приди».
Я вздрогнула, схватилась за подоконник. Телепатия? Серьёзно? Так, Инга, спокойно. Это магический мир. Тут драконы разговаривают в твоей голове.
Нормально. Вполне. Абсолютно.
Чёрта с два.
Не раздумывая, схватила халат, накинула поверх ночной рубашки и выскочила из комнаты.
  
Нилли спала на диване в гостиной — я прошла мимо на цыпочках, стараясь не разбудить. По коридору бегом, вверх по лестнице, и дальше только вверх. Бесконечно.
Винтовая лестница в башне казалась неопасной, странно, словно меня кто-то взял за руку и вел.
Я достигла покоев Релиана.
Хотела постучаться, но решила просто толкнуть тяжелую дверь.
И она поддалась!
Внутри было темно, только луна заглядывала через окна, расчерчивая пол полосами света и тени. В центре комнаты, на огромной подстилке из шкур и тканей, лежал дракон. Свернулся клубком, хвост обвил тело, будто пытался защититься от самого себя. Серые пятна на чешуе светились тускло, пульсировали медленно, в такт дыханию.
Морда зарыта в лапы, всё тело дрожит.
Боже. Выглядит он так, будто его изнутри пожирает какая-то невидимая тварь.
Я подошла тихо, осторожно опустилась рядом на колени.
— Релиан, — позвала я негромко.
 11. Тайны вокруг покрова 
Дракон поднял голову, посмотрел на меня. Глаза затуманены болью, зрачки расширены.
В голове тот же голос.
— Не должна была видеть.
Голос хриплый, измотанный. Такой бывает у пациентов, которые уже не в силах кричать от боли, но ещё не сдались окончательно. Я протянула руку, коснулась его морды, погладила. Чешуя холодная, шершавая, но под ладонью чувствовалось тепло — слабое, еле заметное.
— Больно? — спросила я, зная ответ.
Дракон закрыл глаза.
— Всегда. Но сейчас хуже.
Я сосредоточилась. Голубое сияние вспыхнуло, обволокло пальцы, потекло по морде дракона, как живая вода. Прошло по шее, груди, спине — серые пятна затрепетали, начали тускнеть, пульсация замедлилась. Дракон вздохнул глубоко, грудь поднялась и опустилась, мышцы расслабились.
Он открыл глаза, посмотрел на меня:
— Легче.
Дракон опустил голову мне на колени, закрыл глаза. Его дыхание стало ровнее, глубже. Тело перестало дрожать.
— Не уходи, — прошептал он.
Голос тихий, просящий. Такой, каким говорят люди, которые боятся остаться одни с болью.
Я не ответила.
Продолжала гладить его, направляя энергию медленно, равномерно — столько, сколько могла. Чувствовала, как усталость накатывает волнами, веки тяжелеют, но не останавливалась. Дракон заснул. Дыхание стало спокойным, ровным, хвост расслабленно упал кольцом.
Я откинулась на подстилку рядом, закрыла глаза. На минуточку. Просто отдохнуть.
Потом вернусь в свою комнату.
Надо найти способ вылечить его. Облегчать боль недостаточно. Это временное решение. Серый покров не отступит от пары сеансов магического массажа. Нужно что-то большее. Что-то, что уничтожит болезнь в корне.
Если это вообще возможно.
Я почувствовала, как сон накрывает меня мягкой волной. Рядом с драконом было тепло. Его дыхание ровное, успокаивающее. Я положила ладонь на его лапу, и последнее, что успела подумать перед тем, как провалиться в сон: Господи, я засыпаю рядом с драконом. Если бы кто-то из коллег увидел меня сейчас, они бы решили, что я окончательно сошла с ума.
А может, так и есть.
Проснулась я от того, что кто-то тряс меня за плечо с настойчивостью дятла, долбящего дерево.
— Госпожа! Госпожа, проснитесь! Король требует вас!
Я открыла глаза, увидела перепуганное лицо Нилли в двух сантиметрах от своего и попыталась сообразить, где нахожусь. Потолок незнакомый. Под боком что-то тёплое и огромное. Пахнет дымом и травами.
Ах да. Дракон.
Я резко села, сердце ухнуло вниз. Релиан лежал рядом, свернувшись калачиком, дышал ровно и глубоко. Спал. Я провела всю ночь в его башне, на полу, как бездомная кошка, пригревшаяся у печки. Отлично. Просто замечательно.
— Госпожа, быстрее! — Нилли схватила меня за руку, потянула вверх. — Король ждёт! Он сердится!
Я вскочила, одёрнула помятый халат, провела рукой по волосам — они торчали во все стороны, как у ведьмы после полёта на метле. Идеально. Сейчас я выгляжу именно так, как должен выглядеть врач… нет, лекарь, Инга, лекарь. В общем, этот человек, который лечит принца — перед встречей с монархом.
Нилли затолкала меня в мою комнату, натянула на меня первое попавшееся платье — тёмно-синее, строгое, с высоким воротом — и попыталась привести волосы в божеский вид. Получилось так себе. Я смотрела на своё отражение в зеркале и думала: ну, хоть не в пижаме иду.
Через десять минут меня вели по коридорам к тронному залу.
Сердце колотилось неприятно, ладони вспотели. Я вытерла их о юбку и попыталась успокоиться. Король хочет поговорить. Ну и что? Я врач. Я разговаривала с родственниками умирающих сотни раз. Это просто ещё один разговор.
Только это король.
И он может приказать отрубить мне голову, если я скажу что-то не то.
Детали, детали.
Двери тронного зала распахнулись, и я вошла.
Зал огромный, холодный, потолки высокие, своды украшены лепниной и гербами. В конце на троне сидел король Айлен. Он смотрел на меня так, будто оценивал, сколько я стоила бы на рынке рабов.
Я опустилась в реверанс — неуклюже, потому что никогда этого не делала, но Нилли объяснила, что делать, пока мы шли сюда. Умная девушка, быстрая, веселая, искренняя…
Король кивнул, жестом велел подняться.
— Лекарь Индара, — произнёс он. Голос сухой, без эмоций. — Без фамилии. Без титула. Без рекомендаций. Без всего… Подойди ближе.
Я подошла, остановилась в трёх шагах от трона. Стража застыла по стенам, как статуи. Тишина давила на уши.
— Моя жена говорит, ты облегчила страдания моего старшего сына, — продолжил король, глядя на меня тяжёлым взглядом. — Благодарю. Но ты здесь все же не за этим.
Я молчала, не зная, нужно ли отвечать.
— Релиан болен, — сказал он, и в голосе не дрогнуло ни одной ноты. — Серый покров. Неизлечимо. Но у него есть долг перед королевством. Свадьба назначена через три месяца. Его невеста — Мелисс из рода Ахреймов, знатный род, между прочим, готовится к свадьбе. И Релиан должен быть готов к церемонии.
А, меня тыркнули в мое происхождение. Вернее, в его полное отсутствие.
Но при этом, король смотрит внимательно, как-то странно. Словно узнал меня. Или кого-то похожего на меня. Кто это был, ваше величество?
— Ваше величество, — начала я осторожно, — Серый покров прогрессирует. Через три месяца принц может быть не в состоянии…
— Твоя задача, — перебил меня король холодно, — облегчить его боль настолько, чтобы он выполнил свой долг. Церемония должна состояться. Релиан это знает. Он согласен.
Я сжала кулаки, ногти впились в ладони. Он говорит о своём сыне, как о шахматной фигуре. Как о ресурсе, который нужно использовать до конца, пока не сломался окончательно.
— Но если попытаться вылечить…
— Серый покров неизлечим, — отрезал король, и глаза его стали ещё жёстче. — Ты здесь временно. Чтобы облегчить последние месяцы. Не обольщайся.
Он откинулся на спинку трона, смотрел на меня сверху вниз.
— Если ты справишься, я щедро награжу тебя. Если нет, — он сделал паузу, — найду другого целителя.
Угроза прозвучала ясно. Я не нужна. Я заменима. Я — инструмент, который используют, пока он работает. Я поклонилась снова, потому что не знала, что ещё делать.
  
— Да, ваше величество.
— Свободна.
Я развернулась и пошла к выходу, стараясь идти ровно, не спешить, не показывать, как колотится сердце. Двери закрылись за мной с глухим стуком, и я прислонилась к стене, выдохнула.
Нилли вынырнула из-за колонны, смотрела на меня испуганно: