Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Когда я вышел на поляну, она обернулась и уже было дёрнулась ко мне, но замерла, заметив моё странное состояние.
— Всё в порядке, я просто мёртвый, — вздохнул я, подняв руки. — Так получилось, что меня тоже убили.
Кажется, Стрекозу это ни капельки не тронуло, так как она сделала шаг назад, что лишний раз резануло по сердцу, которое уже не билось. И под конец я стал тем, кем меня видели многие мои противники — монстром.
Говорят, что, когда мстишь, надо копать две могилы. Как смешно, что так оно и было, но ни одна из них не предназначалась для меня.
— Зу-Зу, надо выкопать могилы, — пробормотал я, оглядывая тела.
Совунья… Пейжи с перерезанным горлом и Джа, которую разрубили пополам. Кто-нибудь из них представлял, что их жизнь оборвётся вот так бесславно и глупо? Что та же Пейжи, родившаяся в своей маленькой деревне, где все друг друга знают, умрёт на краю света в глухом лесу и будет похоронена чёрт знает где? Или Джа, которая прожила всю свою жизнь в песках, не зная ничего, кроме них? А всё из-за…
Меня?
Этот вопрос появился в голове сам собой. Разве Бао не говорил мне остановиться? Что я утяну всех за собой? Ведь откажись я ещё раньше, и уже никто бы не смог нас достать и, возможно, никогда бы не вышли на Ки, которую вновь похитили, и теперь вряд ли ей грозило что-то хорошее…
Первой я похоронил Джа.
Осторожно спустил её половинки на дно ямы, которую выкопал Зу-Зу, после чего там же осторожно одел в целое ханьфу, которое нашёл среди вещей. Смотрел несколько минут, вспоминая всё, что мы прошли с ней. От первой нашей встречи, когда её внешность заставила вздрогнуть моё сердце во влюблённым порыве, до сегодняшнего дня. Её красота так и запечатлелась в чертах лица навеки.
Навеки прекрасная воительница из песков…
Я осторожно вложил ей в руки её любимую игрушку, которая сопровождала её с момента покупки. Со смертью хозяйки деревянная птица тоже не подавала признаков жизни, словно отправившись следом в бесконечное долгое путешествие.
— Надеюсь, теперь ты поистине свободна от оков, Джахиварилиама. — пробормотал я. — Прости меня, что я тебя не уберёг.
А потом тихо добавил:
— Прощай, Джа…
Рядом ко мне притёрлась Стрекоза, которая так же хотела проститься с подругой на веки. А после накрыл её простынёй и начал медленно закапывать, бросив напоследок взгляд в могилу, прежде чем земля окончательно похоронила её. Вскоре на поляне был свежий пригорок, который со временем разравняется, и никто не узнает, что здесь произошло и кто положил здесь жизнь.
Осталась ещё одна яма.
— Можешь показаться, Бао, — негромко проскрипел я мёртвым голосом. — Я чую тебя.
Не только вижу, но и чую теперь.
Он появился из-за деревьев, словно призрак, держа меч наготове.
— Стоило мне отлучиться, как ты тут же всё разрушил, — произнёс он спокойно. Я не слышал в его голосе ни жалости, ни боли, ни скорби, вообще ничего, будто его случившееся и не трогало.
— Ты не успел проститься с Джа.
— Переживу, — ответил Бао и посмотрел мне в лицо. — Вижу, встреча не прошла для тебя бесследно. Повезло, наверное, иметь чёрное начало и уровень Повелителя Мира, да?
До него тоже достаточно быстро дошли причины, почему я до сих пор топчу землю этого мира.
— Возможно, — пожал я плечами, присев перед Пейжи.
Спокойное лицо, закрытые глаза, она выглядела бы как спящая, если бы не рана на шее, которая зияла кровавой полосой, и бледность.
— Кто это был? — негромко спросил он.
— Я думаю, ты знаешь.
— Кто из них? — перефразировал Бао.
— Уню Люнь Тю.
Она шумно выдохнул и присел рядом со мной перед Пейжи. Мы сидели в тишине, будто провожая в последний путь человека, который стал ему чуть ближе, чем все остальные.
— Зря мы надеемся на то, что и для нас найдётся место в этом мире, — пробормотал он, взяв мёртвую Пейжи за руку. — Только людей зря губим.
Я промолчал. А когда уже собирался положить её в могилу, Бао взял меня за руку.
— Я сам, — произнёс он спокойно. — Иди, прогуляйся пока со Стрекозой, а я тут сам уже справлюсь.
 
— Как скажешь, — проскрипел я своим голосом.
Когда уходил с поляны, я бросил на него взгляд — Бао сидел перед Пейжи в позе лотоса, держа руку так, будто хотел её поцеловать. Что он чувствовал? О чём думал? Сожалел, что опять всё потерял, или смирился с тем, что он просто победитель по жизни?
Когда я вернулся через полчаса, всё это время просто просидев рядом со Стрекозой у ручья, могила уже была закопана. Ни надгробий, ни каких-либо надписей о том, кто здесь похоронен.
— Больше всего ненавижу хоронить так людей, — сказал Бао как-то слишком буднично. — В таких безымянных могилах, о которых никто не узнает. Будто навсегда вычёркиваешь их из этого мира, словно их никогда и не существовало.
— Да, есть такое… — согласился я, окидывая взглядом место для лагеря, которое стало внезапно кладбищем. Ничего не осталось: ни сумок, ни оружия — эти ублюдки унесли всё с собой. Словно им убитых было мало или хотели лишить нас абсолютно всего.
А потом я обернулся к Бао, почувствовав на себе его пристальный взгляд. Он смотрел на меня со своей привычной слабой улыбкой хитрожопого ублюдка, но только теперь я понимал, что в ней веселья было столько же, сколько во мне жизни.
— Что ты чувствуешь, Юнксу, теперь?
Я задумался над его словами, прислушавшись к себе. Но ничего, кроме какой-то всепоглощающей пустоты, внутри не оказалось. Разве что где-то в глубине теплилась тоска и желание убивать, будто напоминая мне о собственной природе.
— Ничего, — покачал я головой. — Совсем.
— Значит, теперь ты один из нас, — хмыкнул он и огляделся. — Добро пожаловать в семью…
  
Глава 371
 
Похоронив павших друзей, мы обошли лагерь, в котором, кроме лежаков да простыней, ничего толком не осталось. Ну ещё всякая утварь типа ножей, тарелок и прочей ерунды, однако самое важное, как оружие и сумки, паскуды унесли. По сути, у нас теперь нихрена не было.
— Самое хреновое в нашей ситуации сейчас то, — произнёс медленно Бао, — что у меня нет правой руки и глаза. А Лин… кстати, где Лин?
— Утащили с собой, — отозвался я.
— Плохо… — вздохнул он.
Мы неспешно собрали всё, что могло нам понадобиться, спешить-то больше некуда. Остальное, что оказалось лишним, бросили в костёр и сожгли, словно сжигали мосты к отступлению. Устроили своеобразный прощальный костёр в память о тех, кто уже никогда не вернётся обратно. Стояли вчетвером, если считать Зу-Зу и Стрекозу, и смотрели на огонь, который поднялся к небу.
— И чем ты займёшься теперь? — спросил я, глядя на то, как пляшут языки пламени.
— Наверное, тем же, чем и всю прошлую жизнь — постараюсь найти и убить Уню Люнь Тю, — пожал он плечами. — А заодно и всю её шайку.
— Ну хоть в этом теперь наши цели совпадают… — пробормотал я. — Места есть или нужно занимать очередь?
— Места есть, — отозвался он невесело.
Когда костёр догорел, мы осторожно затушили угли, бросили прощальный взгляд на две могилы и покинули это место. Перед этим я ещё раз проверил Мимань, которая так и не очнулась. Она дышала, сердце билось — в этом плане всё было хорошо, но вот в сознание не возвращалась. Я пытался привести её в чувство, но хрен там плавал, не приходит в себя и всё. Пришлось её тащить на руках.
Не знаю, как Бао, но у меня что-то тоскливо сжалось, когда я бросил взгляд назад, прежде чем могилы спрятались за стволами деревьев. Стрекоза, судя по лицу, испытывала примерно те же чувства.
Место мы выбрали как можно дальше оттуда, если вдруг пятёрка вернётся и решит закончить начатое. Ушли настолько далеко, насколько позволяли день и раненый Зу-Зу, укрывшись в какой-то небольшой пещере подальше от чужих глаз, ещё и спрятав свои источники.
И едва мы в ней укрылись, как ударил сильный ливень. Он просто как шторой закрыл вход, заглушив все остальные звуки шумом, монотонным и успокаивающим. Словно погода пыталась лично смыть всё, что произошло этим днём.