Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Блин, умнейший индивид, инициация может быть любой блин. Может её там драть по кругу будут все мужики империи, и это будет инициацией. Ты мне что-нибудь более точно можешь сказать про эту девчонку и эту инициацию?
Ну тут он прав, правда и сказать-то мне было нечего об этом.
— Ну… — говорить или не стоит? — Она избранная.
Сказал.
— Что? — не понял Бао.
— Избранная. Человек-ключ. Её выбрало кольцо, которое…
— Я понял, понял… — поднял он руки и останавливая меня, после чего бросил задумчивый взгляд на костёр. — Инициация, говоришь?
— Так сказала Мимань. Говорит, что это что-то очень важное для Ки. Что ради этого империя очень долго готовилась.
— И оно изменит всё, говоришь… — повторил Бао, постукивая пальцем по бревну на котором сидел.
— Что-то типа, — кивнул я.
— Тогда могу предположить, что твой Вьисендо готовит самое большое чудо, которое только может быть на свете.
  
Глава 359
 
— Чудо? — переспросил его я.
— Да, если так подумать и сложить всё, что мы знаем, то твой Вьисендо готовится сделать, наверное, самое удивительное, что только можно придумать.
Готовит нечто удивительное, что только может быть на свете? Это уже звучало как ничего хорошего не предвещающая весть.
— И что же это за самое большое чудо, которое только может быть? — спросил я, понимая, что мне уже не травится, как это звучит.
— Помнишь, мы в огненных землях нашли вскрытый труп животного, на который охотились солдаты этой империи?
— Ну?
— Я тогда предположил, что им нужно было ядро, как у тебя, похожее на белоснежный жемчуг. Если предположить, что то существо было каким-нибудь божеством, но не крупным, как Чи Ю, которого ты убил, а мелким, хранитель какого-нибудь леса в стародавние времена, то оно ещё застало ту жизнь, когда не было никакого разделения. Когда животные были животными, а люди имели великий предел. Тогда ядро из него было ничем иным как ядром великого предела. Инь и Ян в одном флаконе. Ты знаешь, что такое великий предел?
— Ну типа люди раньше были цельными, Великий предел, которые включал в себя Инь и Ян. Чёрное и белое начало, внутреннее и внешнее, великое равновесие, пока его не разделили боги, я правильно понял?
— Плюс-минус. И учитывая всё то, что мы знаем, я бы предположил, что он хочет сделать великий предел у самой Ки.
Великий предел у человека? А это…
— Вообще возможно? — задал я логичный вопрос.
— В мире, где ты можешь стать богом, мне кажется, возможно всё.
— Возможность ещё не означает, что кому-то под силу этого достигнуть.
— Наверное, потому что им что-то мешает? — усмехнулся Бао. — Например, тот факт, что мы все по-своему неполноценны? Чёрное начало, белое начало, и каждый не является воплощением полноты. А для взятия последнего уровня как раз-таки требуется полноценная гармония и равновесие.
— Иначе говоря…
— Он хочет сделать её едва ли не богом этого мира.
Богом? Та-а-ак, после десятого уровня идут ещё пять: Уровень Повелителя Мира с двадцатью ступенями, Уровень Бессмертного с пятнадцатью, Уровень Вечного с ещё пятнадцатью ступенями, Уровень Бога, где всего две стадии и десять ступеней и Уровень Бесконечности. И насколько мне известно, дальше всё настолько плохо после одиннадцатого, что до него никто вроде как и не дотянулся ещё. Оттого там и стадиям даже не придумали названий — просто идёт начинающий, адепт и мастер.
Хотя вспоминая Люнь, Уню Люнь Тю, они вроде как дошли аж до тринадцатого.
Уровнями бога можно, наверное, назвать два последних: Уровень Бога и Уровень Бесконечности. А это значит, что он хочет её поднять до такого уровня?
— Но зачем ему это? Почему не…
— Сам? Может потому что понимает, что ему это будет просто не под силу?
— Будет ей управлять из тени?
— Как знать, — пожал он плечами.
— Не нравится мне это… — пробормотал я.
— А тебе ничего не нравится, — вздохнул Бао, глядя на костёр и продолжая пальцами выдавать барабанную дробь по дереву.
— Получается, инициация, это создать в ней эту самую гармонию с помощью ядра, я правильно понял?
 
— Абсолютно. И видя твой настрой, я сразу скажу, что в этом ничего плохого нет.
— А чего ж он сам этого не сделает?
— Может потому что, как ты и сказал, Ки особенная? Потому что ей единственной такое под силу, пережить инициацию и стать тем, кого уже много лет никогда не было на этой земле?
Девушка-ключ, которая станет едва ли не богом, что будет править этим миром. То есть сможет объединить всех под одной властью, а за её спиной будет… Вьисендо? А кто будет за спиной Вьисендо?
— Бао, а сколько тебе лет?
— А что? — прищурился он.
— Ты знал Вьисендо до этого? Ну этого Сяо Хуци?
— Не слышал ни разу, — покачал он головой. — Ну если не считать тебя самого.
Понятно… Тогда…
— А ты хоть раз слышал о Уню Люнь Тю?
— Допустим, — пожал он плечами.
Я бросил взгляд на Люнь, но та лишь пожала плечами.
— Я не знаю его. А если и знаю, то это явно было знакомство после моего отделения от другой Люнь.
— А ты был с ней знаком?
— А с чего вдруг интерес к этой особе? — задал он встречный вопрос.
— Я… недавно слышал о ней от одной моей знакомой из Ёхендхая. Думаю, ты даже понимаешь, о ком идёт речь. Она приходила туда, искала кое-что…
— И что же именно она искала? — глянул он на меня.
— Я не знаю. Но я всегда считал проклятую Уню Люнь Тю выдумкой.
— Да неужели… — хмыкнул он негромко.
— В смысле?
— Да ничего. Ты хочешь знать, чего вдруг она объявилась здесь, не так ли? Именно в этот момент? Мне действительно надо говорить или ты сам догадаешься?
Вообще, я знал почему — другая половинка Уню Люнь Тю, которая сейчас со мной. Уню Люню Тю хочет вновь стать полноценной для того, чтобы подняться на следующий уровень. Тут для меня тайны не было, однако Бао, который, судя по всему, кое-что о Уню Люнь Тю знает, считал иначе.
— И… зачем? — решил я услышать его вариант.
— Вьисендо хочет дать твоей Ки великий предел, и тут неожиданно объявляется, как ты говоришь, Уню Люнь Тю. Тебя ничего не смущает?
Вообще, это просто совпадение.
Или нет?..
— А зачем ей девушка с великим пределом?
— Хех… — только и услышал я от Бао, который посмотрел на костёр. — Что такое для тебя быть сильным, Юнксу?
— Прости?
— Зачем ты становишься всё сильнее и сильнее? Зачем тебе становиться одиннадцатым уровнем?
— Ты намекаешь, что ей нужна Ки для…
— Нет, ты ответь на вопрос, Юнксу. Зачем тебе сила?
— Месть, — ответил я мгновение погодя. — Я хочу отомстить и, если надо, вернуть Ки, но, судя по всему, ей и так неплохо, а значит меня всё устраивает.
— Месть… — повторил он, кивнув. — Когда-то давно один человек сказал мне, что люди, которые стремятся сделать мир лучше либо умирают героями, либо борются, пока не становятся подонками. Люнь Тю была одной из таких людей, она, Вандоу Янь, Саопинг Цин, Кригун Фу Гю, Шао Ду — все они хотели сделать мир лучше.
— Как же они хотели сделать мир лучше? — спросил я негромко.
— Вьисендо, которого ты так любишь и они — две стороны одной медали, Юнксу. Они хотят сделать мир лучше, просто каждый своим способом. Кто-то считает, что будет лучше, если воцарится свобода, кто-то считает, что станет этот мир будут подталкивать в нужную сторону. Кем-то правит страх, кем-то правит ненависть.
— И Ки…
— Скорее всего, не зря твоя Люнь Тю объявилась именно сейчас. Не зря проснулся именно сейчас Вьисендо с этой всей темой.
— А конкретно ты её знаешь?
— А конкретно я тебе зачем? — улыбнулся он. — Достаточно того, что ты там сам что-нибудь сделаешь, а остальное уже не важно.
— Как ты с ней познакомился?
— Не имеет значения. Ничего теперь не имеет значения, Юнксу. Подумай лучше о тех, кто доверился тебе, о своей Ки, о том, почему всё ожило сейчас. О том, что ты творишь.