Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Но самое интересное начало, когда Лисица начала меня вскрывать.
— Ты можешь почувствовать небольшое давлении, Юнксу, — предупредила она…
После чего с огромного размаха воткнула в меня этот сраный нож!!!
Я аж охренел на мгновение! Это млять ты называешь аккуратно?! Но ещё хуже было то, что после этого она резко дёрнула вниз, будто брюхо свинье вскрывала! Мля, ты операцию проводишь, а не тушу разделываешь!
— Мастер!!! ­— пискнул я перепугано. — Осторожнее!!!
— Я сама осторожность, Юнксу, — ответила Лисица невозмутимо, забрызганная моей кровью, после чего начала… просто нахер ножом орудовать как заправский мясник. Наотмашь влево, вправо, влево, вправо!!!
— Мастер!!!
— Терпи.
— Да осторожнее!!! Вы же не тушу разделываете!!!
— Я сказала, успокойся, — раздражённо подняла она голову. — Хватит истерить, Юнксу, не отвлекай меня.
И давай что-то резать во мне.
Рядом, с интересом наблюдая за операцией, летала Люнь, которая служила здесь чем-то вроде ассистента, который более-менее что-то понимал в анатомии человека.
— Вот здесь надо чуть-чуть подрезать… — советовала она, вися за плечом Лисицы и показывая пальцем. — Вот тут, да, осторожно… Нет, ты немного перестаралась. Ну ладно, человек может и с одной почкой жить, не страшно. Главное, перетяни, чтобы кровь не шла так сильно.
Чего млять?!
На моих глазах Лисица, недовольно цыкнув, через плечо выбросила мою почку!
— Вот здесь, я вижу, надо отрезать… — она вновь начала орудовать ножом, после чего достала с каким-то сомнением… кусок чего-то. — Это что?
Мне аж поплохело от её вопроса.
— Не знаю, но ты что-то не то отрезала, — заметила Люнь. — Это не похоже на мясо.
— Это явно что-то ненужное, раз он жив, —­ пожала Лисица плечами и.. выбросила из меня... Погодите-ка, это не кусок моей печени был сейчас?!
— Вы что творите?!
— Юнксу, я сказала хватит! — подняла Лисица голос, продолжая что-то из меня вырезать. — Да чтоб тебя… не режется…
И с остервенением начала чуть ли не рубить что-то во мне!
— Лин, осторожно, это его… ай, ладно, и так сойдёт, — отмахнулась Люнь. — Вон ещё кусочек надо отрезать.
Господи, кому я доверился…
Я молча и с ужасом наблюдал, как из меня вырезают всё «лишнее», пока наконец не избавили моё тело от заплатки. И то же самое происходило примерно с ногой, которая похудела в половину, прежде чем они справились. В этот момент я искренне пожалел, что доверился им, а не, скажем, Бао или той же Совунье, которые были поспокойнее и не резали сгоряча.
Мастер Чёрная Лисица, вы настоящий херург.
— Так, — вытерла она лоб кровавой рукой, — что ещё им можно отрезать?
Можно отрезать?! Не надо, а можно?! Вы что там из меня вырезали?!
Её взгляд пробежался по моему голому телу и, как мне показалось, остановился на пахе, который я быстренько прикрыл руками.
— Достаточно, мастер, вы сделали всё, что смогли. Пощадите меня, — жалобно попросил я.
Она недовольно посмотрела на меня, но ничего не ответила, нитками грубо сшив обратно моё брюхо.
И первое, что я сделал, нажрался пилюль лечения, чтобы остановить кровотечение, которое несомненно было после такого херургического вмешательства. Тут ещё и Лисица с исцелением сидела рядом, восстанавливая всё, что она там наотрезала лишнего. Сидела недовольная такая, хмурящаяся, всем видом показывающая, что она обижена.
Вот кстати ещё одна черта Лисицы, которая хоть как-то доказывала, что в глубине её черноволосой души она ещё девушка — она дулась, как девчонка.
— Вы злитесь, Чёрная Лисица? — спросил я негромко, не в силах больше наблюдать за её обиженным лицом. Мне отчего-то смеяться хотелось, когда она слегка надувала щёки и хмурилась.
— Ты мне доверяешь, Юнксу? — спросила она прямо, не отнимая ладоней от тела.
— Естественно, доверяю, — кивнул я.
— Я не заметила этого, — отозвалась Лисица.
— Блин, так конечно! Вы отрезали мою почку и выбросили её, будто она мне не нужна! Тут любой бы насторожился!
— Я бы никогда не причинила тебе вреда. Твоё недоверие обижает меня, как мастера, ­— ответила она раздражённо.
 
Ути какая обиженная. Эдакая отличница, которая воспринимает любое сказанное в свой адрес слово, как сто процентное обвинение в глупости. Или же она прекрасно осознавала свой прокол и чувствовала себя дурой в моих глазах.
Знавал я таких, тяжело им живётся из-за подобного. Боюсь, здесь придётся лишь ждать, пока она сама отойдёт, так как что сейчас не скажи, всё будет воспринято в штыки.
Встал я на ноги после херургического вмешательства лишь через сутки. Не потому, что операция прошла неудачно, просто Лисица всё это время практически не отнимала от меня ладоней медленно и верно исцеляя тело. Лишь когда сказала, что пока достаточно, я смог наконец размять ноги. Возможно, этим самым она пыталась показать передо мной, что прекрасно знает, что делает.
Возможно, это так и есть, но под нож я к ней больше не лягу.
Наша группа вновь выдвинулась в путь.
Мы решили углубиться дальше огненные земли, чтобы не оставаться на столь открытом пространстве. Двигались до тех пор, пока не достигли гор и торчащих скал, среди которых и спрятались. И здесь уже все занялись своими делами на фоне безделья: Лисица и Совунья пытались качаться дальше, медитируя, Бао пыхтел и варил пилюли на следующий уровень, Джа просто сидела в позе лотоса, как в режиме ожидания, а Стрекоза…
Она грызла камень.
Нет, реально, Стрекоза сидела и грызла камень. Я застал её за этим странным занятием случайно, когда отлучился в туалет. Она сидела за одним из кусков скал, словно воришка, и медленно точила какой-то камень размером с кулак. Да ещё с таким ответственным лицом, будто занималась очень важным и полезным делом.
— Стрекоза?
Она вся вздрогнула, тут же быстро спрятав камень за спину, и посмотрела на меня испуганными виноватыми глазами, будто делала что-то запрещённое.
— Ты чего здесь делаешь?
Девушка быстро закрутила головой, типа ничего не делает, просто сидит.
Ага, как же…
— Ну-ка, дай-ка мне камень, — протянул я руку. — Давай-давай, я всё видел…
Она выглядела, как нашкодивший ребёнок, которого застали за непристойным делом. Медленно и стыдливо девчонка протянула руку, положив мне в ладонь уже подточенный камень, на которой отчётливо была видна стёсанная сторона.
Я покрутил его в руке.
— Это… странно? Она чешет о него зубы?
— Или ест его, — предположила Люнь.
— Ест… камень? — я с сомнением покрутил кусок камня, после чего попробовал его сам укусить.
И едва не сломал зубы. Стрекоза же тихо зачирикала, и пусть мимика у неё явно хромала, но было понятно, что девушка смеётся.
— Для нас это несъедобно… —­ вздохнул я. — Хотя можно попробовать накормить Джа и посмотреть, что с ней будет.
— Умрёт, — тут же ответила Люнь с лёгким осуждением в голосе.
­— Да я пошутил. Понятно, что умрёт. Но согласись, было бы удобно, будь он съедобен. Еды бы тратилось меньше… — я протянул его обратно, и Стрекоза с неуверенным и пуганным видом выхватила его из моей ладони. — Ладно, грызи дальше, чего уж…
Короче, все были заняты делом.
Даже Зу-Зу нашёл себе занятие: сидел и смотрел на Стрекозу пристальным взглядом, облизываясь. Он меня беспокоил больше всех, так как я боялся случайно увидеть его сытым и довольным и не обнаружить Стрекозу. Поэтому пришлось приставить к пушистому Джа, пока я сам разведывал обстановку впереди.
Если верить тому, что я видел, то дальше нас так же ожидали горы, и в нашем случае главным вопросом было, нет ли за ними зоны, где не работает Ци? Я знаю, что мы ушли на север километров тысячи на четыре, однако насколько была большой зона подавления Ци?
— Ты же бывал там, верно? — насел тогда я на уши Бао. — Ты знаешь, что это за зоны.
— Откуда? — ответил он, сосредоточенно наблюдая за своей миниатюрной печкой, попутно что-то взвешивая на моих весах и смешивая полученные ингредиенты в миске. Пока что, если ему верить, это была лишь заготовка под пилюли без основных компонентов. То есть основа, на которую лягут другие. Я это, кстати говоря, тоже знал, так как так пытался в прошлом сам овладеть алхимией.