Избранный цикл фантастических романов 1. Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Только самоубийцы будут ходить без шапок. Самоубийцы и Сирень. Её ушам такое точно не страшно.
Ещё один месяц в роли человека на побегушках. И видимо, опять что-то нужно сделать, так как меня встречает дымящая Сирень на машине. После того дела она сменила старый хэтчбек на новый… хэтчбек. Почему именно хэтчбек?
— Он меньше привлекает внимания, — ответила она однажды. — Да и удобный же. Ты часто бандитов видел на хэтчбеке?
— Да. Постоянно вижу, — кивнул я.
— Тц… идиот… В любом случае, он удобен и неприметен. А ещё мне нравится мягкость этих моделей, — погладила Сирень руль. — Плюс задний ряд складывается и можно загрузить много трупов, стволов и всего того, что может потребоваться в нашей работе. Но это так, к слову. Пока подобного загружать не приходилось.
За месяц произошло действительно много чего. Скажем так, этот месяц шёл куда бодрее, чем два тех. То ли работы стало побольше, чем шухер, грабежи, отнеси-принеси, делать закладки и помощь в взломах и угонах, то ли Малу брал всё подряд, то ли просто нам начало «везти» на такое, но команде начали доставаться и другие задания. Иногда всем четверым, иногда кому-то конкретно.
К моему сожалению.
До этого я всегда был мелким соучастником, которого можно привлечь лишь по условке. Мелочи, за которыми ловили большую часть малолетних преступников. Там можно было всё спустить на тормозах, плакаться, говорить, что вот в семье проблемы, и чтоб убежать от них, пошёл по кривой дорожке.
Вышибание долгов на такое вряд ли списать удастся. Это стало нашим первым делом в переходе на новый уровень. А отказаться — ну… я был как бы волен отказаться, так как не часть клана, а обычный бандюган с подворотни, которому предложили подработать. Но просто сейчас откажусь, я потом откажут мне. А деньги мне были нужны.
Да и не убивать же собрался его, верно?
Первым человеком извне, с которым мне пришлось вести подобный разговор, был какой-то молодой парень с копной соломенных волос, похожий на наркомана. Худой, может быть когда-то лидер команды по футболу и первый красавчик в школе, но теперь лишь его призрак из-за наркотиков. Он выглядел жалко и вызывал лишь жалось.
Как в той песне, мы подошли из-за угла — я и Алекс.
Я до сих пор помню тот момент — мы остановили его и начали напоминать про долги. Алекс хорошо находил язык с людьми, потому говорил он, а я лишь страховал и стоял рядом. Это был наш первый раз, мы не знали всех тонкостей этого дела. Как Алекс потом признался, он тоже никогда не занимался выбиванием долгов, от чего это ему было ново. Из-за неопытности нам стало жалко парня.
Мы подошли к делу слишком мягко и по-хорошему. Вроде остановили, напомнили о долге, типа так нельзя, он злит важных людей, пусть отдаст деньги или хотя бы, для начала, часть из них. Тот же в ответ начал испуганно оправдываться. Потом говорить, что нужно ещё времени и так далее и тому подобное. А потом, явно не понимая, с кем связался, перешёл уже к обвинениям и даже угрозам.
Парень почувствовал нашу мягкость. Парень начал наезжать. И после того, как толкнул Алекса со словами, кто он такой, чтоб указывать, что и когда ему отдавать, мы поняли, что были слишком вежливы. К сожалению, не все люди понимают хорошее отношение, путая его со слабостью. И то, что мы просто хотели всё решить без насилия, он воспринял как наш страх.
Мы его несколько раз стукнули и толкнули на землю, напомнив его место. И даже тогда я старался быть помягче, чем следовало. Я не понимал главной сути всех этих вышибаний денег — вызывать такой страх, чтоб, кроме как о долге, человек больше не мог о чём-либо думать. Но после того, как тот резко вскочил и попытался ударить Алекса камнем по голове, оставив ссадину на лбу, сил я больше не жалел. Как, собственно, и Алекс.
Несколько сантиметров, и парень бы мог пробить ему голову. Это была наша ошибка.
В тот раз мы забили его ногами, скорее от неожиданности и испуга за собственные жизни, чем от злости, до такой степени, что он начал плакать. Пытался кричать, но несколько ударов в лицо ногой решили эту проблемы. Кто-то из нас сломал ему руку, уж не знаю, кто конкретно, так как мы его просто затаптывали в тот момент.
 
Как нам сказали, надо ему напомнить, что он должен — никто не требовал, чтоб мы в тот же день выбили долг.
Мы напомнили. А потом Алекс сказал:
— Знаешь… по мне, лучше уж старый добрый разбой, чем такое.
— Думаешь, он лучше?
— Думаю, что там мы грабим тех, у кого есть деньги. Всё ясно и понятно — мы в открытую отбираем у них. Здесь же… ну не знаю, загонять слабых людей, у которых и так денег нет, под долги… а потом ходить и выбивать... Это слишком…
— Мерзко?
— Что-то типа.
А после этого пошло по нарастающей. Из того выбить, то сделать, того припугнуть, с тем съездить для массовки.
В одной из таких массовок я едва не помер, когда мы с людьми Стрелы приехали к какой-то автомастерской, чтоб взыскать дань, а доведённый до отчаяния хозяин начал по нам стрелять из автомата, спрятавшись за укрытием. Я до сих пор помню, как пуля щёлкнула буквально в паре сантиметров от меня, воткнувшись в капот машины, когда мы бросились врассыпную.
Его тогда пристрелили, кстати говоря, Малу, а автомастерскую сожгли.
В этом же месяце я в первый раз убил.
Тогда был я и Малу. Нам надо было выбить из одного мужика деньги, которые он не додал с наркотиков. Я уже имел опыт, да и шёл с более опытным товарищем, поэтому не сильно беспокоился. Возвращаясь к тому моменту, у меня возникают подозрения, что взял меня на дело конкретно Малу. Возможно, имел какие-то планы на меня, раз так усердно втягивал в это всё.
Мужик был тем, кто принимал заказы, управлял небольшими партиями товара и командовал кладмэнами — закладчиками, на определённой территории. Интересный тип, который до этого отсидел за двойное убийство, тоже связанное с наркотиками.
Когда мы к нему пришли, вроде всё шло нормально. Он нас встретил, не быковал, не наезжал, не пытался гнуть свою линию… ровно до того момента, как мы не сказали, что не досчитались денег.
Тогда я увидел перед собой уголовника, туповатого, не думающего о последствиях, который живёт одним днём. Подобные люди действуют только исходя из данной ситуации, даже не думая о будущем, о том, что будет в следующую секунду. Подобный тип, чего доброго, может и голову прострелить. Обычный отморозок, который не ценит ни свою жизнь, ни чужую. Он был копией половины тех, с кем я водил дела.
Сначала он отнекивался, потом возмущался, с чего вдруг на него, честного и пушистого, наезжают. После чего дело перешло к угрозам в наш адрес. По его совету, мы должны быть тише воды, ниже травы, если не хотим, чтоб он нас о колено сломал, мы не знаем, с кем вообще говорим, а ещё что мы петухи.
Вот последнее тут же подцепило Малу, который быстро перешёл из еле сдерживаемого доброжелательного тона к своей обычной, слегка неуравновешенной манере. Начались: «а ты не попутал?», «я, сука, тебя сейчас сломаю» и «ты покойник» в самых разных интерпретациях. Я уже тогда думал, что это может кончиться плохо.
Так и получилось. Когда мужик сказал, что сделает сестру Малу шлюхой, если она у него есть, а детей этого мужика его братьями и сёстрами, Малу вломил тому в морду. Тот даже слегка покачнулся, дёрнул головой вбок от удара.
Я же выхватил пистолет. Не потому что хотел им воспользоваться, а потому что перепугался. И так руки чесались его достать, пока они едва не касались друг друга носом, «базаря по-пацански», а тут вообще понеслось. И когда он оказался у меня в руке, мне даже стало спокойно. По крайней мере я почувствовал себя сильнее и защищённее.
А через секунду, отойдя от удара, мужик начал поворачивать голову обратно к Малу, правой рукой вытаскивая из-за спины пистолет.
Я не знаю… я испугался. Очень сильно испугался, что если сейчас что-то начнётся, то начнётся по-крупному. Даже не понимаю, каким местом я думал, когда это делал, всё получилось как-то рефлекторно. Может я действительно хотел этого в глубине души… Или думал, что этого не избежать…