Укрощение воровки (СИ)

— Диана, не спим, — услышала она голос Славы.
— Да я так, глаза прикрыла… — и приоткрыла один глаз.
И чуть не пошла под воду от шока и неверия. Ей ведь привиделась высокая, поджарая, темная фигура Ромы в одних плавках? Который с разбега нырнул в бассейн и ушел под воду.
Вот каким бывает затишье перед бурей. Когда ресницы боятся лишний раз колыхнуться, чтобы не разрубить спящий ураган. Воздух замирает над водой, и ничего не тревожит плотный кислород. Затишье, когда вода становится практически бездвижной, и неизвестно, с какой стороны…
— Ай! — вскрикнула Диана, когда почувствовала у себя на лодыжке резкий обхват.
Рома выплыл из-под воды перед ней, мокрый и с голыми плечами, по которым стекают капли…
— Ромка! — удивилась Вероника Степановна. — А ты тут откуда?
— С работы, — ответил он, смахивая воду с лица.
Да уж, странное ощущение находиться полуголой в компании своего…мужчины и его матери. Незабываемое, мягко говоря.
— Ладно, детки, вы как знаете, а я пошла, — проговорила Вероника Степановна. Диана попыталась кинуться за ней.
— Я с вами!
— Куда пошла, — Роман обхватил ее за талию и притянул к себе.
Вероника Степановна с кряхтением вышла из воды, взяла с кушетки брошенный халат и поковыляла в сторону раздевалки.
Один суровый взор на Славу, и он тоже испарился с поля зрения.
Роман и Диана остались одни.
Диана все еще смущалась себя, Рому, и всего, что между ними происходит. Такое естественное, но все еще непривычное. Каждый раз рядом с ним в голове билась мысль — это все временно. Так надо ли отдаваться полностью этим чувствам? Сможет ли Диана прожить без этих эмоции и без этого мужчины рядом, когда все кончится? И сколько еще продлится эта идиллия, в которую уже сейчас Диана погрузилась с головой, но не знает, сможет потом ли выплыть на поверхность?
Диана старалась сохранить как можно больше дистанции между собой и Романом, но это было сложно. Она-то плавать почти не умеет, поэтому прислонилась к бортику спиной, упираясь ногами об выступ, чтобы не уйти под воду по макушку. Роман тут же упер руки по бокам от нее и посмотрел в глаза.
— Почему не сказала, куда собираешься?
— Как-то я забыла, что должна отчитываться за каждый свой шаг, — сыронизировала Диана. Эта была единственная ее защитная реакция рядом с этим мужчиной, который был так близок, что она видит каждую мышцу на его темной шее, каждый вздутый мускул на предплечьях и руках, которыми он уперся об бортик.
— Официально уведомляю, что должна. Тем более о намерении поплавать.
— А что, боишься, что попытаюсь утопиться?
— Если бы решила это сделать, я бы тебя откачал, и самолично утопил, — заверил ее Роман немного злым голосом.
Диана непроизвольно опустилась в воду еще на несколько сантиметров, и теперь Роман нависал над ней темной скалой.
— Принцесса, если я захочу на что-то посмотреть, я спокойно могу опуститься под воду, — усмехнулся Рома.
— Да там смотреть-то не на что, — нервно хихикнула Диана.
— О-о-о, там есть на что смотреть, — протянул он и его взгляд остановился на губах Дианы, которые она тут же облизала.
— Успел насмотреться, — буркнула она.
— И все мало, — ответил Рома, обхватил Диану за талию и оторвал от бортика.
Она вскрикнула, теряя опору под ногами, и схватилась за самую надёжную опору — плечи Ромы.
Роман отплыл от бортика, придерживая Диану, и она начала барахтаться, испуганная полной невесомостью, мягкими волнами и крепкими руками вокруг талии.
— Я…Я… Нет!.. Рома… — стуча зубами, паниковала Диана, не находя вокруг себя ничего кроме воды.
— Тих, тих, тих, — бормотал Роман ей на ухо. — Расслабь тело, и вода сама тебя поддержит. Давай, принцесса, отпусти контроль. Доверься мне. Я тебя не отпущу.
— Точно? Обещаешь?
Роман тихонько засмеялся и его смех отдавался в груди Дианы мелкой вибрацией.
— Обещаю, принцесса.
И Диана доверилась.
Перестала барахтаться и создавать ненужные волны, а постаралась дышать спокойно и расслабить напряженные руки и ноги. А еще тот факт, как крепко ее прижимает к себе Роман, как спокойно он держится в воде, придавали ту уверенность, которой ей всегда не хватало. Не только в воде.
  
— Чувствуешь? — еще тише заговорил Роман, — Вода не против тебя. Даже когда на поверхности бушует ураган, под водой всегда тишина и покой.
— Это ни капли не успокаивает, знаешь ли, — нервно усмехнулась Диана. Затем разжала кулаки, и положила пальцы на плечи Романа. Ощутила под подушечками тепло кожи, канаты мышц, их легкую игру, пока Роман пытался держаться на поверхности. Ощущения не то что захлестнули Диану. Они просто-напросто накрыли ее с головой, потащили с собой, в ту глубину, где ни фига не тихо и спокойно! Там, в глубине, бушует ураган еще сильнее! Там чувства бьются друг с другом, как и волны, и каждое следующее чувство сильнее следующего — робость и стеснение, растерянность и замешательство, смятение и сумятица чувств, которые так быстро сменяются, что Диана уже не следила за ними. Ей хотелось оторвать и себе кусочек мнимого счастья и ощущении, свободные от рам и оков, в которые она сама себя заковала.
Рома горячо дышал в шею Дианы, и от этого мелкие мурашки покрыли кожу. Обхват на талии усилился, мышцы Романа окаменели под пальцами, а ее собственные ощущения стали жарче и огненнее. Ее грудь расплющилась на каменной груди Романа, живот вжался в твёрдый пресс, а бедра прижимались к бедрам Романа. Оказывается, бабочки могут жить и под водой, трепыхаться и биться внизу живота, жалить и кусаться, распалять лоно и заставлять внутренние мышцы сжиматься в предвкушении, когда Роман еще теснее прижал Диану к себе, и она почувствовала его желание. Почувствовала форму и длину, и жар его органа проникал даже сквозь его плавки и ее купальник.
Каждый раз Рома удивлялся, как идеально Диана ему подходит. Одно прикосновение к ее талии и аккуратной упругой груди, и он уже готов спустить. От ее длинных ног, сведенные под водой. Словно Диана сама себе запрещала чувствовать и ощущать, сжала внутри пружину, которую никак не ослабить, даже сейчас, когда Роман успел исследовать ее тело, знал каждую линию, ласкал и надавливал, запоминал и вкушал. Видел все в горящих карих глазах, которые никогда ничего не умели скрывать, знал по горячему учащенному дыханию Дианы, по ее губам, розовым, влажным, приоткрытым. Желание буквально кричало, ревело и ныло в теле Дианы, но она все еще отказывалась выпускать его наружу, заперла и свела так же тесно, как свои ноги.
Роман подплыл к бортику и заставил Диану упереться спиной. Заметил в расширенных глазах разочарование. Подумала, что все закончилось? Нет, принцесса, все только начинается.
Роман гладил ее кожу под водой, усиливая ласки, сжимая ее кожу в пальцах и заставляя Диану расслабиться и привыкнуть.
— Я…Нет… — с придыханием проговорила Диана, сама не зная, что хочет сказать. Посмотрела в глаза Романа и до костей обожглась этой горячей расплавленной сталью.
— Расслабь ноги, — прохрипел Роман и уткнулся носом в шею Дианы. Даже вода не смыла ее запах. Тот, который от которого он получал чистейший кайф. Без примесей и обмана, чистый и теплый, ставший таким привычным и правильным, что теперь Роман морщился, когда ощущал аромат духов от других женщин.
Роман обхватил Диану за волосы и заставил выгнуть шею.
— Я!..
— Тш-ш-ш, — Роман подул на ее шею, и она застонала от прикосновения горячих губ к коже.
Замереть. Остановиться. Умереть. В этом моменте. Похоронить его в сердце, чтобы потом, когда пелена спадет, воскрешать и вспоминать… На такое Диана согласна.
Роман провел языком по напряжённой мышце шеи.
— Знаешь, — прохрипел он, не останавливая ласк, — секс в воде тот еще садизм.
— Никогда не пробовала, — с придыханием ответила Диана.
— Хм, может попробуем кое-что другое. Какой твой любимый цвет? — вдруг спросил Рома. Диана от растерянности ослабила напрягшиеся мышцы, и в этот момент Роман просунул ногу между ее бедер, заставил их раздвинуть и с неотвратимой твердостью и уверенностью впечатался, прижался стоящим членом к раскрытой промежности Дианы.