Укрощение воровки (СИ)

— Что, на пожар спешишь? — Вероника Степановна постучала по спине.
— Просто…не в то горло, — прохрипел, вытирая выступившие на глазах слезы.
Дима склонился над столом и спросил шепотом:
— Не в то горло знаешь, что бывает?
Рома ответил тем же шепотом:
— Да у тебя, видать, давно не было.
Завтрак закончился, и Рома с Димой заторопились по делам. Вышли вместе в подъезд, и Вероника Степановна проводила теплым взглядом две высокие фигуры, так похожие друг на друга, но при том такие разные.
Но как только дверь захлопнулась, Дима взял Романа в захват, и, удерживая за шею, прохрипел:
— Если не скажешь, где и во сколько будет Соня, я тебя задушу.
Рома сделал ловкий переход, и они поменялись местами.
— А ты, Димон, еще раз сзади прижмешься, Соню свою никогда не увидишь.
— Так и знала! — вскликнула Вероника Степановна, и они почувствовали хлесткие шлепки полотенцем. — А ну пошли на улицу выяснять отношения! Что соседи подумают?!
У машины Роман передал довольному Диме координаты, где он сможет увидеть свою Сонечку, и поехал по делам. Завтра непростой день. Елагина будут брать рано утром, когда он попадется в ловушку, которую готовили вот уже два года. Операция по перехвату будет отыграна строго по тем нотам, что прописали Роман с командиром группы захвата. На подготовку ушло слишком много времени, ресурсов и сил, и вся команда была на взводе, готовая к атаке.
После Рома снимет напряжение, как он делает всегда.
И перестанет скрипеть зубами при мысли, что у Дианы когда-нибудь будут новые отношения.
Все идет по плану. Завтра мозги встанут на место.
Да, точно.
Все по плану. Так, как он привык.
Отношения, блядь. Слово-то какое…бабское.
Роман звонил Диане каждый вечер, но разговор напоминал сухие рапорты. Она холодным тоном докладывала, не заметила ли чего подозрительного, не было ли чего-то странного или необычного. Но нет, все было тихо и спокойно. После краткого отчета Диана резким тоном прощалась, и трубка замолкала до того, как Рома успевал сказать «на связи».
***
— Второй на позиции.
— Третий на месте. Обзор открыт. Объекта нет.
— Принято. Первый, на связи.
— Вижу движение, на пять часов.
Роман сверился с координатами, и адреналин побежал по крови, мышцы напряглись и тело приготовилось.
Топот, крики, пыль, шум, гам, крепкие захваты, отработанные приемы. При этом важно быть собранным и предусмотреть, чтобы ни один из этих уродов не смылся.
Стоило Елагину и покупателю увидеть группу захвата, как они тут же кинулись врассыпную, но были пойманы. Подготовленные пути отхода были перекрыты. Все прошло именно так, как планировалось.
— Ты щ-щ-щенок! — ощерился Елагин, когда Роман подошел к задержанным.
— Пакуйте его, — сплюнул он, глядя на потное красное лицо.
— Ты со своим братцем думаете самые умные? Самого Елагина поймали?! — ерничал и пытался вырываться Вилорий.
— Тебе Шер привет передавал, так что язык тебе ещё пригодится, — хмыкнул Роман, наблюдая, как бледнеет Елагин.
Затем отвернулся, но в спину посыпались новые угрозы.
— Я вас всех положу, особенно тебя, щенок! Я тебя так далеко упрячу, что ты ни братца, ни мать не увидишь!
Ему лучше заткнуться. Пока Роман в таком состоянии, ему лучше…
— И тебя, и братца твоего в оборот пущу! И дылду твою! Ты знаешь, что я с ней буду делать, когда доберусь? Ты как вообще на нее позарился?! Такая уро…
Инстинкты сработали молниеносно. Кулак, сокрушительный и крепкий, прилетел прямо в передние зубы Елагина, который упал на колени и завыл, истекая кровью.
— Фы опяфь ме вубы выбив, уво-о-ов!
Потряхивая кистью, Роман направился к машине.
Адреналин кипит в крови, воет в мышцах, шумит разгоряченной кровью в ушах. Сейчас он наберет один из номеров и…
Нет.
Нахер все.
Он хочет ее увидеть.
И он ее увидит.
***
— Роман Алексеевич! Что вы тут делаете?!
— К тебе.
Роман отодвинул Диану и зашел в дом.
— Но…Вы…Вы не предупредили… Да подождите вы!
Диана схватила его за локоть, но остановить Романа сейчас, это как пытаться остановить бульдозер, заправленный горючим под самое горлышко.
  
Рома зашел на кухню и …
— Это кто?
Плевать на приличия, на тон, на окровавленный кулак.
Что за хмырь сидит на его стуле?!
— Это…
— О, а у вас еще гости?
В комнату вошла женщина в цветастом нечто, с высоченным начесом, который почти задевал потолок, и алыми губами. И только ее преклонный возраст удержал Романа, чтобы не вытрясти холеного мужичка со своего места.
— Тетя Оля, это Роман…
— Очень приятно! А вы родственник, наверно? Проходите, проходите. Диана как раз чай наливала.
— Наверно, ты по делу и очень спешишь… — попыталась Диана отвести Романа. Но он криво ухмыльнулся, прошел к столу и грузно упал на стул.
— У тебя гости, а я как раз никуда не тороплюсь. Садись, Диана, — похлопал по стулу рядом с собой. — Будем знакомиться.
Диана села на свое место. Прямая и настороженная.
Роман пугал. Чертовски пугал. Не только черной футболкой, черными военными штанами и пыльными берцами на высокой завязке. И даже одна его рука, покрытая старыми шрамами, и другая в свежей крови, не пугали так, как заострившиеся черты лица и напряжённые развернутые плечи. Темная кожа натянулась на сжатых скулах. А глаза… Таким Романа она не видела никогда.
— Это…Степан, племянник тети Оли. Она наша…
— Соседка, живу тут через два дома. Вчера только приехала от сестры, на море поплескалась. Сейчас на водах бархатный сезон. Вот, привезла с собой Степу, его сюда по работе переводят, — женщина улыбнулась, демонстрируя зубы с крапинками помады. — А ведь молодёжь нынче какая пошла? Пока старшие не подскажут, разве ж найдут хорошую умную девушку? И тут мысль у меня как проскочила! А дай-ка я его познакомлю с нашей Дианой.
Картина маслом.
— Хм, — Роман провел языком по оскалившимся зубам. — Как интересно. Стёпка, значит?
— Роман…
Он повернул голову, посмотрел Диане в глаза и она замолкла.
— Чем занимаешься, Степан?
Ну же, Стёпка, дай неверный ответ, дай только повод, чтобы…
— Я региональный менеджер «Алвер-авто». Сейчас вот, повышение в столицу получил. Отправили, как самого лучшего специалиста, — мужчина смахнул со лба модную челку.
Неверный ответ, Стёпка, ой какой неверный.
А есть ли верный?
Есть. И он таков «выход я найду сам». А не эти масленые глазки, которыми он оглядывает Диану. Его, черт побери, Диану!
— Роман, можно тебя на минутку? — Диана встала со стула и, не оставляя ему выбора, вышла из комнаты.
Роман со скрипом отодвинул стул и пошел следом.
Как только они вышли в коридор, Рома пинком захлопнул дверь и припечатал Диану лицом к стене, прижимаясь к ней всем телом, полностью накрывая, сжигая жаром каменных мышц, горячим дыханием на затылке, сильными руками по бокам, блокируя отступление.
— Что этот умный член делает на моем стуле? — прохрипел он, впечатываясь в Диану. Грудью к спине, животом к пояснице, стоящим членом к попке.
— Он… Это… Тетя Оля… — с придыханием зашептала Диана, обдавая горячим дыханием холодную стену.
Боже! Это что?!.. О нет! Это не может быть… этим! То, что упирается в…пятую точку, твердо и нагло!
Что вообще происходит?!
— Роман…
— Знаешь, Диана, что бывает в фильмах после жаркой драки? — прошептал Роман, чуть приспускаясь, утыкаясь носом в выемку между плечом и шеей и упираясь стояком между ягодиц. — М?
— Н-н-ет…
— После жаркой драки мужику нужен не менее жаркий трах, — прохрипел он, обхватывая твердыми пальцами Диану за шею и чуть откидывая ее голову вбок.
Диана сдавленно пискнула, когда он впился губами в ее шею. Сильно впился. Не ради любезностей и расшаркивания, а чтобы оставить свой, мать ее, след!
Ахуительный контраст между его окровавленными пальцами на белой коже. Между грубостью его ладоней и мягким шелком под ними. Между его громким надсадным дыханием и ее прерывистыми высокими вздохами. Между ее сладким яблочным ароматом и его взмыленным пыльным запахом.