Завтра нас не станет (СИ)
Внезапно я слышу чьи-то торопливые шаги.
Мужской голос взволнованно спрашивает:
— Вика! Мне нужна Виктория Антонова! Девушка, подскажите, в какой палате она находится?!
Внутренне собираюсь, готовясь к встрече лицом к лицу с мужем Виктории. Через несколько секунд вижу его — высокий, в голубой рубашке и темно-серых джинсах. Лицо смазливое, такие лица нравятся женщинам. На шее красуется засос. Наверное, у них горячо…
В руках — небольшой букет из роз.
Узнав, в какой палате находится Вика, он направляется прямиком туда, на меня не обращает внимания.
Врывается, не постучав!
— Вика! Викуля… Ты как?!
Мне не стоит подслушивать… Но ноги сами несут меня к палате. Застываю неподалеку. Дверь прикрыта неплотно.
— Вика, что стряслось?! Как… Как ты сюда попала!
— Что ты здесь делаешь? — глухим голосом интересуется Вика.
— Я звонил тебе, ответил мужик какой-то. Сказал, ты попала в аварию. Видишь, к чему привело твое упрямство? Викуш, пока ты от меня по всему городу бегаешь, сама вселенная тебе намекает: ты идешь не по правильному пути. Давай все обсудим, как взрослые люди. Запутались… С кем не бывает! — продолжает трындеть.
Он говорит так много, даже мне становится дурно, не представляю, как плохо должно быть Вике.
Я жду, что она вот-вот скажет ему о выкидыше. Жду и внутренне сжимаюсь, не представляя, какими эмоциями накроет. Но этого не происходит.
— Сколько тебе в палате лежать?
— Не твое дело.
— Вика, не дури. Я так понимаю, ты немного головой ударилась, не в состоянии мыслить здраво, но…
— Цветы — мне? — перебивает Вика.
— Что? Ах, да… Тебе… Тебе, конечно, милая! Вот, возьми… Я так разволновался, увидев тебя, что даже про цветы забыл. Аааа! Ты что делаешь? — слышится возмущенный вопль.
— Забери свой веник и катись отсюда!
Так, кажется, пора вмешаться!
Я заглядываю в палату. Муж Вики держится за лицо ладонью.
— Ты мне стеблем розы в глаз угодила!
— Напиши на меня заявление, если тебе так хочется! — гневно отвечает Вика.
Она невероятно бледная, только щеки горят лихорадочными пятнами. Глаза словно потухшие угли.
— Убирайся, чтобы ноги твоей здесь не было, подонок! — требует она.
— Вика, ты не права! Ты…
— Слышь, приятель, уходи, — трогаю его за плечо.
Супруг Виктории оборачивается, смотрит на меня, один глаз сощурен. Веко, действительно, расцарапано до крови.
— Ты кто такой? Раскомандовался.
— Это мой бывший муж, — отвечает за меня Вика. — Отец Миланы. Поздоровайся, Саш… С будущим… тестем!
Я хмурюсь.
— Не понимаю.
— А это тебе Саша расскажет. Да, Саш? Ты же хотел поговорить? Как взрослые люди? Вот и поговори с отцом Миланы, попроси ее руки! Только убирайтесь отсюда… Оба!
Саша меняется в лице, даже как-то ссутулился, округлив плечи.
— Вика, необязательно было все так драматизировать….
До меня доходит с трудом.
Нет, честно говоря, вообще не доходит!
— Выйдем, — предлагаю ему.
Пожалуй, это самая разумная мысль. Вике нужно дать передохнуть, успокоиться.
Подтокнув Сашу к выходу, я закрываю дверь в палату.
Мысли бегут, как сумасшедшие, обгоняя друг друга.
Одна цепляется за другую.
Что происходит?
Вика была не рада мужу. По лицу ему букетом съездила.
Судя по ее словам, она и видеть его не хочет.
Так, значит, они в ссоре.
Милана — дочь.
Саша — отчим.
Какой, к черту, из меня будущий тесть Саши, если он — муж Вики и приходится отчимом Милане?
Я бросаю взгляд на смазливую физиономию Саши, который поспешно идет по коридору, как будто старается незаметно уйти.
— Стой.
Он ускоряет шаг.
— А ну стой, ты…
До меня доходит!
Почему Вика была такой злой и назвала меня будущим тестем Саши.
Неужели этот урод…
Я зверею за считанные секунды.
— Послушайте, здесь закралась чудовищная ошибка. Поговорим серьезно. Без…
— Иди сюда, ты. Кролик поганый! Я тебе сейчас очко на глаз натяну!
Глава 18
Она
Представить не могу, что сейчас будет. Кириллу вообще здесь находиться ни к чему! Столько лет прожила я без него, почти не вспоминая, но сейчас объявился с претензиями и страстным желанием пообщаться с дочерью. Хочет, пусть общается, конечно же! Время самое подходящее…
Это все говорю и думаю не я, но та часть меня, которая еще люто обижена и чувствует себя брошенной. Эту эмоцию не вытравить даже по происшествию стольких многих лет. Я чувствовала, что Кирилл меня бросал, когда задерживался допоздна или выбирал провести время с друзьями, еще где-то, где угодно, только не в арендованной им квартире, где его ждала замученная, затюканная жена, похожая на моль, с мокрыми глазами и вечно орущим младенцем на руках.
Мы не потянули семью, быть молодыми родителями, без поддержки со стороны, все равно, что стать щепкой, брошенной в море во время шторма.
Кто окажется сильнее? Крохотная щепка или бушующая стихия?
У Миланы с самого детства проблемы с пищеварением, сколько я с ней намучилась и по больницам бегала, чтобы более-менее наладить все… По-хорошему, ей и сейчас стоит придерживаться правильного питания, не налегать постоянно на вредную еду… Но разве ей докажешь? Я для нее внезапно стала врагом номер один, когда она положила глаз на Сашу. Не спорю, Сашка — красивый мужчина, все мои знакомые шутили, что ему бы моделью быть или в кино сниматься…
Вот и я повелась на эту картинку и кажущуюся безопасность! Но за красивой внешностью иногда скрывается внутреннее уродство и безграничная подлость.
***
Мужчины, судя по удаляющимся голосам, решили поговорить за территорией больницы. Не представляю, к чему может привести этот разговор. Сашка юлит изо всех сил, не знаю, почему он все еще надеется, что я к нему вернусь. После всего… Совсем с ума сошел, что ли?
Я уже подала заявление на развод через суд, сейчас нужно найти толкового юриста, чтобы представлял мои интересы. Не хочу отдавать Сашке половину стоимости квартиры, когда он в нее всего одной третью вложился. Хорошо, поделим, но поделим по-честному, а не так… Оттяпать себе половину и пировать там с моей дочерью?! Не выйдет!
***
Забываюсь коротким, но тревожным сном. Слишком много переживаний за последние дни. Еще я беспокоюсь за Джека. Конечно, как только я пришла в себя, сразу же позвонила соседке, которая за собакой приглядывает, и предупредила, что меня срочно положили в больницу. Она заверила меня, чтобы я ни о чем не переживала, и много-много раз пожелала здоровья.
Я столько добрых слов и пожеланий в свой адрес давно не слышала, это растрогало меня едва ли не до слез!
***
На следующий день справляюсь у врачей, когда могу покинуть больницу. Кирилл оплатил трехдневное пребывание, но я чувствую себя достаточно хорошо, не хочу лежать здесь несколько дней. У меня случился выкидыш, еще есть неприятные ощущения, плюс надо будет дополнительно провериться через некоторое время. Но на этом все…
Я решила покинуть больницу, под расписку. Просто полежать и погрустить, отпустить, наконец, все, что связывало меня с Сашкой, я могу и в квартире, на диване, в обнимку с Джеком. Эффект от дружелюбного и бескорыстно любящего меня существа будет намного больше, чем от этих унылых стен больницы.
***
Он (глава от лица Саши)
— Сашенька, ты куда так внезапно сорвался? — доносится из глубины квартиры требовательный голос Миланы.
Хотелось бы мне думать, что она беспокоится и все такое, но красавица не бежит меня встречать.
— Саш, я у телека, у меня на ногах носочки для педикюра с кремом, возьми с кухни лимонад и достань лед, пожалуйста! — командует она.
Я с трудом держусь на ногах. Наклоняться боюсь. Голова тяжелая, пульсирующая. Мне кажется, если я наклонюсь, голова перевесит все мое остальное тело, и я грохнусь, растянувшись на кафельной плитке в коридоре. И Милана не выбежит мне помочь, у нее же на ногах носочки с кремом, значит, скользко…