Код личности 4 (СИ)
— Всё будет хорошо, пап, — улыбнулась я ему, подаваясь вперед и крепко обнимая. — Мы родились только благодаря тебе. Я ценю это. Спасибо тебе за всё. Обещаю, этот выродок заплатит за всё. Я поставила себе контрольный срок две недели. Если не буду справляться, то просто подорву его. Будет грубо, но действенно. Всё, не думай о плохом. Лучше пожелай мне удачи.
— Удачи, Ева. Ни пуха, ни пера.
— К черту!
Глава 21
Оставив в особняке всё, что могло хоть как-то связывать меня с графиней Евтушенко, но прихватив дешевенький чемодан с дешевыми вещами и нужную сумму наличными, а так же заранее созвонившись с нужным человеком, занимающимся изготовлением фальшивых документов, ранним утром я накинула вместо привычного пальто невзрачный осенний пуховичок и покинула дом на автомобиле, за рулем которого сидел сам Константин. Ему я сказала почти правду о том, что мне необходимо собрать информацию о враге рода, а значит какое-то время меня не будет на связи. Контрольный срок две недели. Но если вдруг я срочно понадоблюсь дома, пусть дает объявление через городской портал о том, что в администрацию требуется специалист по решению конфликтов. И я позвоню ему в тот же день.
На меня, конечно, посмотрели… С укором. Но я не прониклась и сам Константин не посмел мне перечить. Всё-таки я графиня, а он всего лишь капитан гвардии.
В итоге мужчина высадил меня возле крупного торгового центра в Мытищах, куда я вошла ещё с лицом Евы Евтушенко, но после того, как часик посидела в туалете и одну за другой активировала файлы с новой внешностью, вышла уже невзрачной Машей Ивановой неопределенных двадцати лет.
После этого прокатилась за новыми документами, отдав за них почти все деньги, и весь следующий день обживалась в съемной квартире, а вечером наблюдала за проходной НИИ и людьми, которые шли домой в первую очередь пешком. Преимущественно за невзрачно одетыми женщинами.
Для достоверности встала на учет в районном центре занятости и разместила резюме на портале, сразу указав, что образования нет и хочу работать уборщицей.
* * *Прибыв в расположение указанной в документах военной части и выяснив, что снабжение как всегда запаздывает, а наступление должно было состояться ещё вчера, Саша лишь криво усмехнулся, с пониманием переглянулся с Николаем, который тоже прекрасно понимал, какой на самом деле сложный механизм — армия, после чего приказал своему помощнику заняться размещением людей, а сам отправился на разведку, прихватив немного взрывчатки и заранее изготовленных артефактов.
Там, где не пройдет армия и даже отряд, там, где в горах засели снайперы и диверсионные отряды османов, где они знают каждую скалу и тропинку, на самом деле спокойно пройдет всего один… ну, допустим, человек.
И ликвидирует по дороге три группы, вооружившись гранатометом и рацией на нужной частоте.
Вычислит засаду, которая с легкостью расстреляет целый полк, если тот сунется сюда без предварительной разведки.
Убьет их тихо, без спешки и шума…
И заминирует штаб османов, расположенный на высоте, которую им необходимо занять самим.
Был штаб… Нет штаба.
Бывает.
* * *Благодаря наблюдениям и воздуху, который позволял подслушивать чужие разговоры, я вычислила как минимум пятерых уборщиц, которые работали на разных этажах, но точно знала, что в таком огромном НИИ штат хозяйственного персонала намного больше.
А потом я начала… Пакостить.
Так Марина Павловна подвернула ногу. Несильно, но и не очень аккуратно — медотвод на три недели. Ольге Васильевне прищемило в автобусе руку. Несмертельно, но неприятно. Медотвод на две недели. Анечка, прикуривая сигарету, неаккуратно взмахнула зажигалкой и опалила себе брови, задев и щеку. Ерунда, но больно и некрасиво, девушка предпочла взять больничный. А Клавдию Леопольдовну вообще защемило турникетом на проходной НИИ и старушка, проклянув «иродов бездушных», вовсе написала заявление на увольнение по собственному. Видимо, долго копилось, и чаша терпения уборщицы переполнилась.
Руководство НИИ наверняка заподозрило в данных диверсиях врагов, но враги врагами, а мыть территории кому-то надо!
И так как уборщицы — это всё-таки не научные сотрудники и очередь за воротами не толпится, то отдел кадров спустил заявку в том числе в центр занятости и я успела ответить на неё в числе первых. О, да!
Ну а дальше дело техники, ловкость рук и никакого мошенничества. Дойти до отдела кадров, очаровать подозрительных дам милым голоском и влажными оленьими глазами, поклясться, что хочу работать, работать и только работать (и никаких декретов!), получить направление на медосмотр и квиток на встречу с безопасником…
Очаровать безопасника, заплатить в регистратуре ближайшей поликлиники за нужные штампики, наврав с три короба о том, что на работу надо выйти «ещё вчера», а кадровичка злющая стерва, и уже в понедельник снова быть на проходной с полным набором документов.
Само собой, сначала меня отправили мыть полы в холле и столовой. Я не роптала.
Главный этап пройден, я уже в НИИ, а получить доступ к сети можно даже из столовой, была бы точка доступа. Ну или с проходной, где стоят камеры наблюдения и пульт. Не центральный, всё же это всего лишь проходная, но главное не это. Главное, то, что он подключен к общей сети.
И взломать его… Будет непросто.
Но реально.
Сеть-то внутренняя! И защищена не таким уж и зверскими методами, какими обычно защищают секретные сведения от внешней угрозы. Ведь внутрь кто попало не попадет. Внутри врагов нет.
Ага!
Тем не менее я не спешила лезть на рожон, предпочтя трудиться как можно старательнее. При этом самым чудесным образом в НИИ продолжили происходить ничем не объяснимые происшествия.
Для начала в столовой один из младших научных сотрудников умудрился сесть на край стула, а тот отъехал и сотрудник так смачно приложился лбом о стол, что пришлось вызывать скорую и сотрудника увезли с подозрением на сотрясение.
На следующий день заклинило электронную систему пропусков и она не срабатывала при контакте с картами допуска, мигая алыми кнопочками и натужно пища, пока её не перезагрузили три раза подряд.
На третий день, когда люди уже начали шептаться, что НИИ проклято (а всё из-за того, что зарплату задержали!), въезжающий через КПП сотрудник на личном авто не справился с управлением, его занесло на гололеде и он протаранил будку охраны.
К счастью, никто кроме авто не пострадал: будка была бетонной, а сотрудник пристегнут.
Но шепотки поползли активнее…
На четвертый день я всё так же старательно трудилась и мне даже дали напарницу из новеньких, немолодую и заранее уставшую от жизни женщину Раису. Раиса была немногословна, каждый час ходила курить, а к концу дня от неё пахло перегаром. Несильно, но ощутимо.
На обеденном перерыве случилось короткое замыкание на кухне и током ударило одну из поварих. Несильно, но ору было столько, словно кого-то убили. Причем орали все остальные работницы кухни, проклиная всех, кого вспомнили: криворуких электриков, рукожопых мастеров-наладчиков, и для верности руководство, которое поскупилось на нормальное оборудование и качественную проводку.
Я старательно переживала вместе со всеми, ужасаясь череде подозрительных происшествий и даже предположила:
— Это, наверное, османы, да?
На меня сначала посмотрели, как на дурочку, а потом задумались… И уже к вечеру версия обросла подробностями, где орда османов атаковала проходную, избила охрану, зверски изнасиловала завхоза Ираиду Яхонтовну, корпулентную и громкоголосую даму пятидесяти лет, и похитила последнюю разработку НИИ.
Какую — никто не знал. Ибо секретная!
В пятницу народ заранее ждал подвоха и все ходили, нервно переглядываясь и перешептываясь. Не стала разочаровывать людей и, помыв подвал, где нашла центральный кабель-канал, ведущий как наверх, так и вниз, на закрытые для свободного посещения этажи, за полчаса до обеда просто обесточила здание.