По ту сторону (СИ)

Все окна в квартире были заколочены деревянными досками, ни лучика света не проникало снаружи, но в целом становилось ясно, что хозяин, тот молодой мужчина, что пару дней назад открыл нам дверь, поддерживал чистоту в своём жилище.
Только теперь он уже не подавал признаков жизни, тело распласталось на диване, обращённое к потолку лицом, на котором застыло выражение крайнего ужаса.
— Ему вырвали глаза, — заметил Женя.
Я подошёл ближе и, увидев, что глаза мужчины и впрямь отсутствовали, теперь на их месте зияли две кровавые дыры. Я тут же вспомнил Геннадия Ивановича, которому раздробили голову, и Вячеслава, которого выскребли из кожи.
— Почему он так странно умер? — спросила Ксения. — Что-то произошло? Что-то непредвиденное?
Евгений не ответил, только подошёл к стене, нашарил выключатель и зажёг свет. Над нашими головами загорелась лампа.
— На окне тоже кровь, — освещённую комнату стало намного проще осматривать, и я сразу заметил некоторые странные детали. Я увидел, что заколоченные окна сверху донизу покрыты кровью, и это явно не кровь погибшего, поскольку от дивана до окна оставалось ещё два-три метра.
— Ты помнишь, что его пороги был измазан кровью? — спросил Евгений. — Раньше мне казалось, что эта кровь отпугивает тёмные сущности, но теперь …　
— Кто-то хотел его убить? — Спросил я. — Кто-то специально обрызгал кровью его пороги?
— Ага, — кивнул Евгений.
— Значит, этот парень умер вместо Татьяны? — Я вспомнил ещё одну деталь — ведь Татьяна испачкалась в крови, но всё-таки пережила прошлую ночь. Вначале я решил, что девушке удалось избежать смерти, но никак не мог подумать, что на нижнем этаже всё-таки обнаружится мертвец.
— Скорей всего так и есть, — подтвердил Евгений.
— Давай проверим ещё первый этаж. — Вспомнив о старушке с первого этажа. Я лишь хотел убедиться, все ли с ней в порядке.
— Идём, — согласился Женя.
Мы спустились с четвёртого этажа на первый и увидели плотно запертую дверь. Как и предполагал Евгений, несмотря на то, что квартира старушки осталась запертой, всё же кое-что новое здесь прибавилось: порог и весь дверной проём оказались забрызганы свежей кровью, она даже ещё не свернулась. Создавалось впечатление, что это сделали буквально только что.
Женя постучал в дверь.
Мы не особенно надеялись на ответ, но через пару секунд, вопреки ожиданиям, старушка всё-таки открыла нам. Женщина щурилась, глядя на нашу троицу мутным взглядом, и что-то непрерывно бормотала.
Мне не нужно было даже прислушиваться, наверняка она повторяла всё ту же фразу: «Я уже поела».
Ранее никто из нас не обратил особого внимания на бормотание старушки, но теперь от этой фразы по какой-то причине волосы вставали дыбом.
Почему она всё время говорит, что уже поела? Кто-то приносил ей еду? Какую именно? Но даже если она уже впала в маразм, почему продолжает инстинктивно отказываться?
— Бабуля, а что именно вы не хотите есть? — спросил я.
Стоило мне задать вопрос, как старушка на пару секунд замолкла, а затем чуть хриплым голосом ответила:
— Я уже поела, уже поела торт.
— Не буду, не буду, — старушка, бормоча всё невнятнее, собралась закрыть дверь, но Евгений не дал ей этого сделать, потянув дверь на себя, затем мягко спросил:
— Бабуля, вы не пойдёте на празднование Дня рождения в этом году?
Стоило старой женщине услышать слова «празднование Дня рождения», она содрогнулась всем телом, а в мутных глазах проявился странный осмысленный взгляд. Спустя пару мгновений она ответила:
— Не пойду, не пойду.
— Почему же?
— Те, кто пошёл, ещё не вернулись, я должна их дождаться, — проговорив эту фразу, она опять завела шарманку «Не буду есть», и как бы Женя ни старался, ему не удалось выспросить больше ничего.
Делать нечего, пришлось отпустить дверь и позволить ей закрыться.
Но даже тех нескольких фраз достаточно, чтобы подтвердить наши догадки. Дом опустел не без причины, а причина крылась в праздновании Дня рождения тройняшек на девятом этаже.
— Значит никто из тех, кто пошёл на День рождения, не выжил? — Я проговорил вслух свои догадки. — Но ведь этот мир выставил нам условие по прошествии семи дней пойти к ним на День рождения. Что это за парадокс?
 
Евгений ответил:
— В мире за дверью не может возникнуть смертельного тупика. Вероятно, участие в празднике вовсе не является смертельным условием.
— Но что тогда? — нахмурившись спросил я.
— Пока трудно сказать, — ответил Женя. — Остаётся только ждать.
За разговором мы поднялись обратно на девятый этаж.
Войдя в гостиную, я сразу увидел Татьяну, она сидела на диване с мрачным лицом, рядом с ней Семен, с такой же кислой миной на лице. Увидев, нас, они даже не поинтересовались, как мы сходили вниз на этажи.
— Что-то случилось? — боязливо спросила Ксения.
— Ничего, — ответила Татьяна. — Только что эта девчонка приходила добавить нам неприятностей.
— Неприятностей? — переспросил Евгений. — В каком смысле?
— Вот приспичило ей, чтобы я назвала её имя, — ответила Татьяна. — Ну откуда мне б**ть знать кто из них кто? Ведь они все были похожи как две капли воды, кто разберёт, которая из них померла? Вот невезуха. — Договорив, она нервно сплюнула и добавила: — Семен ещё бормотал что-то вроде «не злись на ребёнка». Это, по-твоему, ребёнок? А по мне, так она — демонёнок.
Семен ответил:
— Не стоит к ней так относиться, хорошо? Если она — демонёнок, думаешь, что такое отношение к ней продлит тебе жизнь? Наоборот, только смерть ускоришь!
— Ещё неизвестно, кто умрёт раньше! — взорвалась Татьяна. — Я вообще не понимаю, о чём ты думаешь. Или может, ты бы смог их различить?
Семен ничего не ответил.
Кажется, со вчерашнего дня, когда девушка запачкалась кровью, она пребывала в ужасном настроении. А теперь и подавно.
— Оставшуюся зовут Любовь, в следующий раз не ошибитесь, — спокойным тоном вставил Евгений. — Возможно, это одно из условий смерти. Только что мы нашли мужчину с четвёртого этажа мёртвым.
Я рассказал им, что мы увидели, а также передал сведения, полученные от старушки.
Но кто же знал, что эти новости только сильнее разозлят Татьяну. Она вскочила на ноги и принялась ходить кругами по комнате, словно загнанный зверь, при этом выражение её лица становилось свирепей с каждой минутой.
— Татьяна, что с тобой? — обеспокоенно спросила Ксения, глядя на состояние девушки.
— Отвали от меня, — дерзко ответила Татьяна. — Я в полном порядке!!! — с этими словами девушка принялась растирать свои плечи.
Никто ничего не говорил ей, но все явно видели, что девушка совсем не в порядке.
Ксения наконец не выдержала и тихонько спросила:
— Тань, что с твоими руками…
Та в гневе огрызнулась:
— А что с ними? С ними всё хорошо, я вообще в полном порядке, в полном порядке!!! — с таким криком она закатала рукава и продолжила обтирать руки.
Когда оголились предплечья девушки, я увидел на них следы. Красные, словно брызги крови. И теперь Татьяна неистово тёрла их, будто бы они ужасно чесались.
Я заметил, что красные следы постепенно распространяются по коже: с предплечья они переползли выше. Остальные от увиденного округлили глаза. Татьяна же, будто ничего не ощущая, по-прежнему продолжала обтираться, пока, наконец, не заметила обращённые к ней взгляды.
— Что вы на меня уставились? — спросила Татьяна, щёки которой тоже начали покрываться кроваво-красными пятнами.
  
Глава 17
 
— Татьяна… — Ксения остолбенела от страха, глазами, полными ужаса, уставившись на девушку. — Что это у тебя на коже?
Татьяна, услышав вопрос, в замешательстве опустила взгляд и увидела, что происходит с её телом, теперь почти весь её кожный покров стал невыносимо красным, будто в следующий миг кровь начнёт сочиться сквозь него.