Очень плохие вдовы
Сью Хинсенбергс
Очень плохие вдовы
Sue Hincenbergs. The Retirement Plan
Copyright © College Fund Productions Inc. 2025
© Лозинская С., перевод на русский язык, 2025
© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026
Моим мальчикам:
Энди, Джеку, Люку и Уокеру
1. Тебе это не нужно
Пэм слизнула с губ соль от «Маргариты», окинула взором стол на своем заднем дворе и задумалась: кто из ее друзей умрет первым. Не то чтобы у нее было предчувствие, просто она всегда была чуть склонна к мрачным мыслям. К тому же Пэм порядочно насмотрелась, как у трех остальных пар дети заканчивали школы, родители умирали, так что теперь, на этом этапе их жизней, следующим поводом собраться всем вместе могли стать чьи-то похороны. По ее мнению, у всех восьмерых шансы сыграть в ящик были равны. Хотя если б ей предстояло решать, кому умереть первым, она выбрала бы Андре.
Пэм прихлопнула комара на шее. Остальные кровососы кружили над свечами с цитрусовой отдушкой и светодиодными гирляндами, украшавшими ее патио, и комариный писк дополнял стрекотание сверчков и песни Ван Моррисона, которые она выбрала для музыкального сопровождения вечера. Раньше в такой душный вечер Пэм с подругами предпочли бы отмокать в бассейне с соленой водой, потягивая коктейли, а их мужья в это время открывали бы банки с пивом. Но тот дом им пришлось продать.
Пэм изучала лицо Хэнка, глядя на него поверх оставшихся бургеров и початков кукурузы. В темноте он снова казался почти красивым. За столом не было видно наметившийся живот, тени скрывали тяжелую челюсть и отвисшие щеки. Пэм тщетно пыталась увидеть в этом человеке того парня, за которого когда-то вышла замуж. Иногда она скучала по тому парню.
– Достанешь нам еще по одной, крошка?
Не стоило ему так ее называть. Пэм удостоила Хэнка злобным взглядом, который он, впрочем, не заметил, поднялась и вытащила из кулера четыре запотевших бутылки. Хэнк взял свою, одним движением открыл ее и кинул крышку в гортензии. Ларри, Андре и Дэйв последовали его примеру, и Пэм мысленно отметила, что утром нужно будет собрать весь этот мусор.
Она вернулась к кулеру за кувшином с коктейлем. Было в Хэнке все же что-то хорошее – он делал лучшую «Маргариту». Пэм бросила в бокалы своих подруг по паре кубиков льда, разлила коктейль и направилась в кухню, переступая через дремлющую собаку. От июльской влажности кожа была липкой. Она открыла холодильник: нужно было достать шоколадный чизкейк от Шализы, и прохладный воздух освежил ее на мгновение, но снова надо было возвращаться во двор.
– Нэнс, Нэнс! – прервал женскую беседу возглас Ларри. – Кто там был?..
Ларри часто так поступал: заставлял Нэнси выуживать из памяти детали, которые он не утруждался запомнить. Словно единственной целью жизни Нэнси было служить его ходячей энциклопедией. Нэнси назвала Ларри имя его учителя математики в старших классах и вернулась к разговору с Марлен. Пэм сдвинула посуду, освобождая место для десерта.
Дэйв поймал взгляд Хэнка и кивнул в сторону запотевших стаканов: холодные капли стекали по игральным картам и костям.
– Классные стаканы из казино, Хэнк. Подворовываешь мерч из кладовки, а?
Хэнк улыбнулся и покачал головой.
– Новый владелец – новый логотип. Мы их и так выбрасывали, так что я и принес домой, на память о старых деньках, – тут он подмигнул. – Ты же знаешь, я никогда не кусаю руку, которая нас кормит.
Бутылки звякнули друг о друга, и четыре приятеля, отсалютовав, сделали наконец по большому глотку ледяного пива.
Пэм нахмурилась. Ох уж эти парни… Все равно за что пить – тост за казино, а работали там только двое. Дальше за что выпьют? Тост за банк Ларри или курьерскую службу Андре? Серьезно?
Дэйв вытер тыльной стороной ладони рот и переключился на чизкейк.
– Выглядит потрясно, Пэмми.
При свечах его улыбка просто сияла, и у Пэм перехватило дыхание. Она и забыла, что муж ее подруги Марлен красавчик – когда он смеялся, морщинки собирались в уголках у глаз и разбегались в стороны. Ага, вот что с ним было не так этим вечером… Нет, вовсе не седина, припорошившая виски, и Пэм только что это отметила. Нет. Дэйв выглядел почти счастливым.
Пэм взглянула на Марлен. Они там что, дурачатся? Марлен рассказала подругам, что ее корабль давно ушел – как и у них, впрочем. Но, может, Марлен расстаралась на славу и у них с мужем что-то было?
Дэйв прервал размышления Пэм вопросом:
– Шоколадный? – И облизнулся.
– Конечно. Мы ж его принесли, – ответил Андре.
Типичный Андре, вечно влезет в разговор.
– Чизкейк Шализа сделала, – ответила Пэм и положила руку Дэйву на плечо, предлагая ему тарелку.
Да, старый друг, в тебе что-то изменилось… Если это, конечно, перемена. Она посмотрела на Марлен – та над чем-то хихикала с Нэнси. Может, они с Дэйвом снова сексом занимаются? Надо расспросить ее попозже.
Андре взял кусочек торта и, пока Шализа перекладывала свой на тарелку, посмотрел на жену поверх очков и громко сказал:
– Милая, тебе это не нужно.
Пэм резко обернулась. Она услышала, как Марлен резко вздохнула, и увидела, как скривилась Нэнси. Три подруги наблюдали, как четвертая подавляет в себе гнев. Шализа смотрела на своего мужа тем же взглядом, который заставлял заткнуться всяких любопытных кумушек, которым только и надо, что подобраться поближе и спросить, почему это у нее нет детей. Так что Пэм точно знала, что этим своим замечанием Андре дал старт событиям, над которыми он уже не властен. Шализа накручивала на палец тонкую косичку и не сводила с Андре глаз, доедая шоколадный чизкейк до последней крошки.
Пэм буквально ощущала, как что-то меняется у нее на глазах. Пока убирала тарелки, она снова смотрела на своего мужа и всех своих друзей, с которыми они шли по жизни вот уже тридцать лет. И снова подумала: кто же из них умрет первым?
Два дня спустя она это узнала.
2. Марлен была права
Тело Дэйва обнаружил Хэнк.
Утром в понедельник Пэм стояла у копировальной машины в своем риелторском агентстве и, словно загипнотизированная, следила за лучом света, скользящим слева направо. Телефон завибрировал, когда были готовы лишь десять копий из девяноста.
Хэнк: Не позволяй Марлен или детям ехать домой.
Какое дело Пэм было до маршрута Марлен? Она, вероятно, счищает сейчас налет с чьих-нибудь зубов на Стоун-Бридж-роуд. Пэм удостоверилась, что копии из ксерокса выползают исправно, и решила, что время на расследование у нее есть. Хэнк ответил спустя пять ее настойчивых звонков.
– Эй, чего ты мне эсэмэски шлешь, да еще детей Марлен приплел? Они уже взрослые и давно переехали…
– Не могу говорить. Дэйв мертв. Не пускай Марлен домой.
– Наш Дэйв? – Пэм ухватилась за аппарат, пошатнувшись. – Ты уверен?
– Да, я в этом точно уверен. Так что поезжай к Марлен. Скажи ей, что Дэйв попал в аварию. Не знаю, захочешь ли ты ей сказать, что его больше нет… Как знаешь. Лишь бы она дома не появилась.
Свет в копировальной машине так и двигался – слева направо.
– Что произошло, Хэнк? – Тишина в ответ. – Что случилось?
Хэнк прокашлялся.
– Дэйв… это несчастный случай в гараже. На выезде из него. Тут полиция приехала… Сделай так, чтоб Марлен не приехала домой, Пэм!
Пэм спокойно ответила «хорошо». Луч света еще раз отправился в свой путь.
– Подожди! Хэнк? – Пэм посмотрела куда-то в сторону. – Хэнк, а почему ты дома у Дэйва?
