Гром над Империей. Часть 2 (СИ)
Есть внешний дворец, с парками и небольшими жилыми комнатами для прислуг, и внутренний. Внутренний включает в себя тронные залы, большую императорскую лабораторию, три святилища, дворцовый музей, концертный зал и архив Японии.
Само здание состоит из нескольких залов, соединенных между собой и объединенных в прямоугольник. Каждый из них имеет свое название и предназначение. Например императорский кабинет, где глава страны занимается государственными делами. Для официальных церемоний отведен тронный зал, который делится на Сосновый, Бамбуковый и Сливовый. Урожайный зал служит для проведения трапез.
Зал Весны и Осени предназначен для вечерних приемов.
Зал Гармонии отведен для отдыха императоров и их семей.
Как сказала Хидеки, императоры встретят нас в малом тронном зале, или зале гармонии, куда чужие, в принципе, не допускаются. Это значит, что разговор предстоит приватный и, можно сказать, доверительный. Вот только это совсем не вязалось с теми планами, что роились в моей голове. О каком доверительном разговоре может сейчас идти речь, если все были прекрасно осведомлены о цели моего визита?! А если даже и не знали о ней, то уж точно догадывались. А значит, они подготовились, хотя я и не вижу особого шевеления эфира и каких-то намечающихся каверз в отношении меня любимого. Императоры настолько уверены, что встреча пройдет хорошо, и все останутся довольны? Ну что ж, посмотрим, тем более, ждать осталось совсем немного.
Видимо, эти мысли заставили меня невольно напрячься, потому что Хидеки с тревогой в глазах посмотрела на меня, но, увидев мою ободряющею улыбку, немного успокоилась.
— Братан! — услышал я радостный возглас и тут же очутился в объятьях неизвестно откуда взявшегося Озаму. Рядом с ним стояло человек пять представителей элитной молодежи, с интересом посматривающих на нас. Три девушки и два парня, одетые в простые джинсы и майки стоимостью, наверное, с роскошный автомобиль. Явно собрались на прогулку за пределы дворца. Несмотря на осень, дни стояли по-летнему теплыми, поэтому все старались ухватить кусочек солнца, прежде чем оно спрячется за облаками на долгую зиму.
— Я так рад тебя видеть, ты даже не представляешь! — вопил парень. — Но я на тебя серьезно обиделся!!! Значит, сам пошел в Италию развлекаться, а про лучшего друга забыл?!! Вечно ты встреваешь во всякое интересное, а мне только и остается рыдать от осознания, что я все пропустил!..
— Озаму, я… — но тот меня перебил, не дав вымолвить и слова:
— Ничего не хочу слышать!!! Вот сейчас пойдем, отметим твой приезд, потом я тебя с такими цыпочками… Ой, сестра, прости, я не заметил тебя, — получив в бок локтем от Хидеки, он заметно скривился. — Конечно, никаких цыпочек, культурно посидим, выпьем немного саке. Устрою ему экскурсию в музей, покажу храм Аматерасу, покатаю на лодке. Все так, как ты любишь, Хидеки! Кстати, прекрасно выглядишь! — закончил внезапно изливаться он. При этом всю свою речь он произнес на одном дыхании и к ее концу явно покраснел от недостатка воздуха.
— Подожди, друг, — успел-таки вставить слово я, пока его опять не понесло. — У меня сейчас намечается прием у императоров, давай встретимся после него… если это «после» вообще будет, — добавил я про себя, а вслух закончил: — Тогда и поговорим.
— Решено. — согласно кивнул он. — Тогда мы вас проводим и дождемся вашего возвращения.
— Хидеки, ты как, не против? — спросил я улыбающуюся девушку.
— Куда ты, туда и я, — просто ответила она, посмотрев на меня таким взглядом, что у меня выросли крылья, и я на миг даже забыл, зачем пришел во дворец. Но, как говорится, сначала дело, потом тело. И мы весело гомонящей толпой, с лукаво посматривающими на нас девушками, продолжили путь. Стража, что сопровождала нас, заметно отстала, хотя и не спускала с нас глаз. Мы с Хидеки, по-видимому, совсем сломали им шаблон, поэтому они, не зная, как на это все реагировать, действовали строго по уставу — то есть, бдели, но до поры не вмешивались, хотя и были наготове. Видимо, давно привыкли к выходкам молодой аристократии.
Я думал, мы зайдем с центрального входа, но нас повели куда-то в сторону. Друг, будто клещ, вцепился в меня, настойчиво расспрашивая о том, что я творил в Ватикане. По слегка напрягшейся руке Хидеки, что не отпускала меня, я понял, что она тоже внимательно прислушивается к тому, что я говорю. А говорил я много, но все не по делу, стараясь отшутиться. Рассказывать про ужасы, что там творились, у меня не было никакого желания. Общая суть моего рассказа сводилась к «Пришел, увидел громыхнул». Хотелось все забыть, как страшный сони, перевернув эту страницу, жить дальше. Тем более, я думаю, это не последний раз, когда я решаю, кому жить, а кому умереть. От этих мыслей настроение мое быстро испортилось, что не ускользнуло от вездесущего Озаму, и остаток пути мы проделали молча.
Удар в спину клинком тьмы я почувствовал за миг до того, как он вонзился в меня, и тут же молниеносно сдвинулся в бок и, отталкивая от себя Хидеки, перехватил руку, его держащую.
На мгновенье передо мной мелькнули глаза, полные тьмы, и в ту же секунду голова нападавшей покатилась по земле, срубленная лезвием ветра. Нитями эфира врываюсь в поверженное тело, чтобы захватить пожирателя, но увы — поздно, его уже нет. Как это произошло, не понятно, но это был полный пиздец!!!
Я, весь в чужой крови, стою над обезглавленным телом девушки, и — что самое поганое — ее-то атаку никто не заметил, в отличии от моей! И по факту получалось, что я только что просто так убил ни в чем не повинную девушку благородной крови, причём, на глазах множества людей. Это была отлично организованная подстава, а предъявить доказательства своей невиновности я не мог. Тьма рассеялась сразу же после удара, а никаких внешних признаков, что девушка была одержима, не было. Со стороны могло показаться, что я просто толкнул Хидеки и сразу обезглавил девушку, что шла позади нас и до этого момента весело болтала с подругами.
Пока на меня в шоке таращились парни, раздался дикий визг аристократок, на которых попали горячие капли крови. Охрана отреагировала мгновенно, тут же взяв меня в кольцо, а эфир задрожал от заклинаний, готовящихся сорваться в мою сторону. Правда, к их чести стоит отметить, что безрассудно атаковать они не спешили, хотя, возможно, просто боялись зацепить своих. Хидеки, несмотря на ее активное сопротивление, сразу оттеснили от меня, спрятав за спинами стражников.
— Князь Громов, вы арестованы за убийство младшей дочери командующего корпусом телохранителей Йоко Такаяши. Наденьте подавители, следуйте за нами и не вздумайте оказывать сопротивление. Дипломатическая неприкосновенность на вас не распространяется, поэтому мы имеем право убить вас на месте!
— Немедленно отпустите его! — пришел в себя Озаму. — Владислав не мог просто так, без весомой причины, убить человека!
— Ты прав, друг, не мог. Она была одержима пожирателем и напала на меня. Увы, поймать его я не смог.
— Простите, принц, — поклонился ему военный, — но мы действуем согласно уставу и вам не подчиняемся. Уверен, что все разрешится, но пока князь Громов будет находиться под арестом.
— Может, вы просмотрите записи с камер, и все станет ясно? — с надеждой спросил я.
— Увы, в этом месте камер нет, так что вам придется положиться на следствие, которое будет проведено самым тщательным образом. А теперь, следуйте за нами и постарайтесь не провоцировать охрану.
— Влад, я тебе верю, мы обязательно вытащим тебя! — обняла меня Хидеки, а я, ободряюще ей улыбнувшись, последовал за пышущими злостью стражами.
М-да, подставили меня знатно. Атаки никто не видел, пожиратель исчез, и камер в этом части дворца не оказалось. Все выглядело так, что я просто взял и отрубил голову несчастной девушке. Видимо, им не нужно было меня убивать, а лишь спровоцировать конфликт, и у них это блестяще получилось. Нанесли удар, и в момент моей ответной атаки пожиратель уже покинул тело. А я после битвы в Ватикане оставался на взводе, рефлексы были в боевой готовности, вот и отреагировал на угрозу. И получается, по факту я убил ни в чем не повинную девушку. И как мне теперь доказать обратное? Хотя, есть шанс, что пожиратель, стараясь побыстрей покинуть тело, не успел сожрать ее душу, а значит…