Курс по соблазнению. Секс против дружбы (СИ)

Я киваю невпопад и абсолютно не вникаю в суть услышанного.
Всё моё внимание сконцентрировано на другой стороне парковки.
Там, у чёрного внедорожника.
Спрятавшись за козырьком, я рассматриваю Аверина.
Друг стоит прислонившись к водительской двери.
В той же футболке, к которой я вчера прижималась.
Всё такой же привлекательный и уверенный в себе.
На лице всё та же небритость. Разве что во взгляде усталость или полное безразличие к происходящему. Сложно сказать.
  
Скрестив руки на груди, он слушает свою спутницу. Блондинку в светлом облегающем сарафане. Миниатюрную. Едва достающую ему до плеча.
Да, я детально её рассматриваю. Пытаюсь понять, о чём она так оживлённо рассказывает.
Солнцезащитные очки скрывают половину её лица.
Но, судя по чересчур активной жестикуляции, она чем-то недовольна.
И, не стесняясь в выражениях, блондинка выговаривает Аверину чем именно.
Она размахивает руками и кривит ярко накрашенные губы.
Однако Костя никак не реагирует.
Он равнодушно смотрит сквозь неё.
Тогда блондинка начинает долбить пальцем ему в грудь. Будто в чём-то обвиняя.
Так настойчиво и остервенело стучит, что я переживаю, как бы она не проделала в нём дыру.
Только самого Аверина это опять никак не волнует.
Стоит спокойный, словно буддийский монах.
Эх, Костя. Не знаешь ты девушек. Это ведь ещё больше злит блондинку.
Именно поэтому она натурально выходит из себя и замахивается ему по лицу.
Но у бывшего спортсмена с реакцией полный порядок. Он резво перехватывает её руку и отступает в сторону.
«Что же ты такого натворил?» проносится в голове, прежде чем Олька успевает проследить за моим взглядом.
– Это что, Аверин? Обалдеть! Давненько я его не встречала. А он, оказывается, ходячий секс. С таким если согрешишь, то там, – указывает пальцем на небо, – благословение дадут.
– Это ты его ещё без футболки не видела! – восклицает Нинка. – Скажи, Ксю?
– Угу.
Я ни то, что видела. Я трогала. И даже согрешила. Дважды.
– Интересно, кто это с ним? – читает мои мысли Оля. И тут же добавляет. – Хотя, слышала, бабник ещё тот. Не удивительно, конечно. Девки сами на него вешаются. Эта, похоже, не исключение.
Подруги так увлеченно наблюдают за парочкой, словно кино смотрят. Им только попкорна не хватает. Они шутят и комментируют развитие сюжета, пока я строю предположения, что же это за блондинка? На вид она младше нас. Ей лет двадцать пять от силы. Что же их связывает?
От возможных догадок моё настроение окончательно скатывается в минус.
Они спят. Это очевидно. Только так я могу объяснить, почему Кот терпит её истерику.
Внутри становится так гадко. Наверное, настроение Костиной барышни ультразвуковыми волнами передаётся и мне.
Ведь неожиданно тоже хочется выйти и зарядить Аверину по щеке. И себе заодно.
Ты чего, Ксю? Разве он что-то должен тебе?
– Во даёт! – комментирует Скорикова, когда блондинка, уже никого не стесняясь, выкрикивает оскорбления на всю стоянку.
Еле сдерживаюсь, чтобы не опустить стекло.
Но Олька, оказывается, не так деликатна и без капли стеснения открывает окно.
Правда поздно.
Костя наконец-то сдаётся.
Молча садится в машину. Ждёт какое-то время, что девушка последует его примеру. Но, получив в ответ два средних пальца, резво трогается с места.
– Я думала, она расцарапает ему лицо, – посмеивается Ерохина, когда чёрный БМВ скрывается из вида. – Явно поматросил и бросил, а девка теперь права качает. Вот дура. Где гордость? Где достоинство? У Аверина ведь всё на лбу написано.
– Что написано? – глухо отзываюсь.
И почему мне не видно этой надписи?
– Что это свободолюбивый жеребец, – отвечает Олька, придирчиво разглядывая в маленьком зеркальце идеально накрашенные губы. – И добровольно в стойло он не пойдёт. Максимум прокатит верхом раз, другой. И прости, прощай.
Да уж. Я и прокатилась.
И сама отказалась скакать дальше.
Тогда что за чувства разъедают меня сейчас?
  
Глава 23.
 
– И, поворот. Волна корпусом, медленно, – по зеркальному залу раздаётся энергичный голос Вики, преподавателя по стрип-пластике. – Ксюша, не зажимайся. Отключи голову. Полностью. Слушай лишь музыку. Пусть она ведёт тебя, а не мысли.
Это моё второе занятие, но по ощущениям у меня получается хуже, чем в прошлый раз. Ничего не могу с собой поделать. Почти неделю моё душевное состояние оставляет желать лучшего. Я словно опять узнала, что Игорь мне изменяет. Хотя личность бывшего мужа меня теперь мало волнует. Кажется, пригласи он меня на свадьбу, и я буду громче всех кричать Горько и хлопать в ладоши.
Но вот если представить, что я внезапно окажусь на свадьбе у Аверина, то вряд ли смогу сдержаться и специально не наступлю невесте на платье. Откуда эти ревностные нотки? Если он… Просто друг.
И почему я постоянно прокручиваю в голове ту сцену с парковки? Пытаюсь понять, что между ним и той блондинкой? Просто секс или что-то большее? Чём он её так разозлил?
– Прогнулись, – в такт музыке проговаривает Вика. – Правое бедро в сторону. Плечико назад. Теперь включаем левую сторону. Молодцы! Хорошо поработали сегодня.
Это точно! Я еле переставляю ноги и трясущимися руками открываю бутылку с водой. С непривычки чувствуется каждая мышца. Будто я не танцевала, а полдня вкалывала в поле.
– Всем хороших выходных! Жду на следующем занятии! 
– Оль, а давай завтра в клуб сходим? – предлагаю, пряча форму для танцев в рюкзак.
Мне нужно вытравить из головы образ Аверина. Просто переместить фокус на кого-нибудь ещё. Эта схема ведь отлично работает в магазине. Когда ты идёшь только за хлебом, а возвращаешься с шоколадкой и уже дома вспоминаешь про хлеб.
– Давай, кончено, – соглашается подруга, даже не глядя на меня.
Всё её внимание привлечено к камере телефона.
Томный взгляд из-под длинных ресниц. Сексуальная поза с упором на красивую грудь в дорогом леопардовом бюстгальтере.
Не трудно догадаться, для кого Оля сделала снимок.
– Тоже меня осуждаешь, как и Нинка? – отложив телефон в сторону, подруга сканирует цепким взглядом.
Ещё минуту назад она игриво улыбалась на камеру, а теперь смотрит так, будто намерена вытрясти из меня чистосердечное.
– Жена Артура в курсе, что нас с ним связывает куда больше, чем дочь, – натягивая шифоновый сарафан, признается Олька. – И, видимо, её устраивает такое положение дел. Ведь вместо того, чтобы пытаться улучшить их сексуальную жизнь, она старательно лепит ему пельмени и закрывает глаза на то, что минимум три раза в неделю он не ночует дома.
Копошусь в рюкзаке, не зная, как прокомментировать услышанное.
С женой понятно. Наверное, она любит Артура и боится потерять окончательно. Проявляет свои чувства и заботу как умеет. Как научили. Вкусно готовит. Воспитывает их детей. Надеется, что когда-нибудь ему наскучит роль охотника. Он вернётся в домашнее уютное гнездышко, которое она старательно вила для него все эти годы.
С Артуром тем более всё ясно. Хорошо устроился. Одна удобная, как домашние тапочки. А вторая - для души, как красивые туфли. Долго в них не выходишь, но расстаться и спрятать их далеко на антресоль рука не поднимается.
Но вот с Олей?
Нет, я не осуждаю. Но и понять не могу.
– Оль, а ты? Неужели тебе не хочется быть одной единственной? Неужели в те дни, когда Артур не рядом, ты не съедаешь себя мыслями, чем он занимается с законной женой?
– Ксю, я предпочитаю не смешивать мух с котлетами. У него есть обязательство перед семьёй. Наик - часть этих обязательств. Она своя. Она собирает всю их большую армянскую семью за накрытым столом. А я та, с кем он засыпает в обнимку после всех этих мероприятий.
  
Голос Оли спокойный и ровный, лишь подрагивающие пальцы, которыми она пытается застегнуть лакированные босоножки, выдают её эмоции.