Трудности перевода с драконьего

– Нет, – резковато отказалась я.
– Вы были помолвлены шесть лет, – давая понять, что, как и обещал, собрал досье, напомнил Зорн о печальном факте в моей биографии. – Он в полной мере поймет, чего именно лишился. Мой подарок – осознание потери твоим бывшим женихом.
– И чем же мне ответить на ваши щедрые дары? – недобро усмехнувшись, задала я риторический вопрос, естественно, оставшийся без ответа.
  
Из столовой я возвращалась со свахой, намекнувшей, что свадебные планы сами себя не обсудят. Оказавшись в моих покоях, с ласковой улыбкой она начала перечислять важные дела, ожидающие нас с Зорном сразу после ритуала. С тоской я слушала бесконечный список и прихлебывала забеленный кофе. Четыре месяца замужества из «делай, что пожелаешь» превращались в «успеть бы все».
– Притормозите, – вырвалось у меня, когда уважаемая госпожа перевалила за второй десяток праздников и событий, просто жизненно необходимых для посещения.
Она с недоумением изогнула брови. Как случалось часто, я попутала языки и заговорила на родолесском.
– Что среди этих дел самое важное? – уточнила я, перейдя на рамейн.
– Посетить предков и спуститься к подданным, – настороженно повторила она.
– Прекрасно звучит! – с энтузиазмом воскликнула я. – А что сказал Зорн?
– Сказал ограничиться тем же самым, – с кислой миной призналась она.
– Как хорошо, что мы с ним думаем в одну сторону. Правда? – улыбнулась я.
– Поразительное единодушие, – проворчала она.
Сваха окинула меня унылым взором, словно говоря, что нашли друг друга два одиночества и не позволяют ей устроить нормальную с свадьбу с истинно драконьим размахом, достойным владыки лесистого Авиона.
– Свадебный танец в небе – древняя традиция! Новобрачная взбирается на шею мужа и возносится к облакам! – Она вдохновенно расставила руки и закатила глаза. – Как можно отказаться от первого полета?
– Я плохо держусь в седле, – ответила я.
– На кейрима не надевают седло! Он ведь… не какая-нибудь корова! – искренне возмутилась сваха.
– Не конь, – зачем-то поправила я. – Тем более без седла.
Возникла натужная пауза.
– Но хотя бы на праздник костров согласитесь? – наконец попросила сваха.
– Только вместе с мужем, – с деланным сожалением покачала я головой.
Смирившись, что от невесты владыки, как и от самого владыки, лишних послесвадебных телодвижений не добиться, она откланялась, но не закрыла за собой дверь. Похоже, грозилась вернуться с новыми идеями. Пока уважаемая госпожа не придумала чего-нибудь этакого, я сбежала в библиотеку проверить, чем Зорн в эграмме меня порадовал.
Оказалось, что на последний ход он не ответил. Со вчерашнего дня новых фигур и хитроумных комбинаций, заставляющих всласть поломать голову, не появилось. Пришлось лечить легкое разочарование родолесским любовным романом.
Полка историй о страстных отношениях между драконами и прекрасными девицами стыдливо пряталась в дальнем шкафу. Отыскала случайно, когда хотела почитать что-нибудь расслабляющее и желательно не рассказывающее об обычае драконов решать конфликты варварскими поединками. Непременно в небе и звериной ипостаси.
Всегда считала, что незнакомые книги надо выбирать, как едальни: чем больше народу, тем вкуснее готовят, и выбрала самый потрепанный томик. Только вытащила роман с полки, дверь в библиотеку отворилась. Вошел Зорн.
Мы замерли, глядя друг на друга.
– Доиграем? – предложил он в тишине.
– Сейчас твой ход. – Шустро сунув книгу обратно на полку, напомнила я.
– И я обдумываю его с утра, – согласился Зорн.
Усевшись в кресла, каждый со своей стороны, мы устремили взгляды на доску. Некоторое время владыка осматривал место битвы. Темные брови изогнулись.
– Клуб любителей валлейских шахмат был настолько хорош? – протянул он.
– В досье об этом забыли упомянуть? – с ехидством спросила я. – Что в нем в таком случае написали?
– Все. – Он бросил на меня острый взгляд.
– Например? – предложила я поделиться полученными сакраментальными знаниями.
– Ты говоришь на четырех иноземных языках.
– Ты нанял плохого сыщика, – поморщилась я. – Забери у него деньги. Я владею шестью языками. Иногда они причудливо путаются в голове… Ты будешь ходить или дождемся темноты, когда можно незаметно подвинуть фигуры?
Бросив на меня насмешливый взгляд, он вытащил из шкатулки бронзовую фигурку и поставил на свободную клетку прямиком под стены одного из моих храмов.
– У тебя случаются дни, когда ты не язвишь?
– Конечно, – согласилась я, разглядывая игровое поле. – Когда объясняю ученикам грамматику рамейна. Шутить можно, насмешничать нельзя.
– Иначе ничего не поймут?
– Отобью желание учиться, – ответила я и проворчала: – Кейрим Риард, ты мог бы меня не отвлекать? Не видишь? Я думаю.
– Начинаешь нервничать, непробиваемая леди?
– Это и есть твоя стратегия в игре? – Я сощурилась в его сторону. – Ты специально много болтаешь, чтобы не дать противнику сосредоточиться.
– Болтаю? – с удивленным смешком повторил он.
– Или кейримы драконов не чешут языком, а только излагают важные мысли? Тогда сердечно прошу прощения. – Не поднимаясь с кресла, я прижала руку к груди и чуток согнулась в притворном поклоне. – Теплого ветра вашим крыльям.
Воцарилось долгожданное молчание. Скрипя мозгами, я просчитывала комбинации. Противник был грозен, как огнедышащая бестия во второй ипостаси! Он напрочь лишил меня плана построить монастырский двор. Оставалось брать заложников и топить земли. Монетку с символом воды он встретил удивленно изогнутыми бровями.
Из расслабленной позы Зорн вышел и придвинулся к доске. Следующий ход занял некоторое время. Потирая губу, владыка задумчиво разглядывал игровое поле.
– Что мы будем делать с брачными письменами? – спросила я, на всякий случай оглянувшись через плечо. Библиотека, естественно, была пуста. Никто не смел тревожить кейрима с невестой.
Зорн перевел на меня взгляд.
– Разорвем брак и метки исчезнут.
– Но сначала их надо проявить, чтобы было что разрывать, – тихо напомнила я. – Я не подписывалась на такое!
– Будем честными, ты подписалась, – заметил он.
– Давай теперь устроим разухабистую брачную ночь! – пробормотала я по-талусски, и Зорн вопросительно изогнул брови, не поняв ни слова. – Ты сказал, что я тебя не интересую как женщина.
– Ты приписываешь мне слова, которых я никогда не говорил. – Зорн словно издевался. – Я сказал, что твои честь и достоинство рядом со мной в полной безопасности. Магию можно обмануть, Эмилия.
– Вот как… – Я смущенно почесала бровь. – Конечно, ты же маг и знаешь, как обманывать.
Он иронично хмыкнул и сделал хитрый ход, напрочь сбив все планы захватить его замок. Невольно я склонилась к доске и, нахмурившись, начала просчитывать комбинации. Потребовалось довольно много времени, чтобы принять решение.
Библиотека давно погрузилась в полумрак. В светильниках, потрескивая, разгорелись световые шары. На разлинованной клетками доске легли тени от фигурок. Пока я раздумывала, владыка встал, подошел к столику возле камина и налил из графина крепкий напиток.
– Родолесский бренди? – предложил мне.
– Предпочитаю кофейный ликер, а лучше вообще ничего, но ты себе не отказывай, – делая ход, ответила я, хотя Зорн определенно не спрашивал разрешения.
Он вернулся в кресло, опустил бокал возле почти опустевшей шкатулки и без раздумий выставил очередную фигуру на доску. Свободные клетки стремительно заканчивались, и мы приближались к развязке.
– Хочешь пригласить в Авион свою тетку? – спросил владыка, заставив меня замереть с недонесенной до игрового поля монеткой.
  
Единственная моя родственница, двоюродная тетка Виола, считала драконов истинными варварами, достойными разве что учебников по бестиологии, науке о разнообразной нечисти, обитающей в нашем необъятном мире. Невольно вспомнились ее презрительно поджатые губы и захотелось поморщиться.