Имперский Провидец (СИ)
— М-меня посадят? — заикаясь, пробормотал Горохов.
— Почти наверняка, — кивнул я.
— В СИЗО его. Заведите уголовное дело за незаконное хранение и применение артефакта, — сказал Дмитрий, поднимаясь. — Если чистосердечно признаёшься, сколькими женщинами ты воспользовался — возможно, срок тебе уменьшат. Но на помилование не рассчитывай.
Артём закрыл лицо ладонями, плечи его задрожали.
Мне ни капельки не было его жаль. Парень дорвался до власти и ни на секунду не задумался о последствиях.
Он начал с того, что заставлял девушек заниматься сексом, но как скоро ему бы пришли в голову другие мысли? Заставлять людей убивать друг друга или кончать жизнь самоубийством, или ещё более жестокие вещи.
Власть быстро развращает. Особенно того, кто к ней не привык.
Когда мы вышли в коридор, Кретов провёл пятернёй по спутанным волосам и проворчал:
— Опять тупик. Сытин чист, Горохов — мелкая сошка и с похищениями не связан. Значит, настоящий похититель всё ещё на свободе.
Я закрыл глаза и потёр переносицу. Даже после крепкого кофе в голове был туман — последствия того, что в последнее время я мало отдыхал и участвовал во множестве непростых событий.
— С графом Сытиным что-то не так, — я открыл глаза. — Надо установить за ним слежку.
— Не имеем права. Он титулованный дворянин, его нельзя оформить даже как подозреваемого, потому что нет улик. С Лужковым, например, ситуация совсем иная, — объяснил Дмитрий. — И не забывай про Пожирателя снов. Мы с тобой сосредоточились на людях, но преступником может быть дух. У него, между прочим, тоже есть когти.
— То есть мы, вполне возможно, бегаем впустую, — невесело ухмыльнулся я. — Тогда надо сделать то, о чём мы вчера говорили. Поставить метки на всех возможных жертв.
Полина вышла из комнаты допросов, а следом конвой вывел Горохова и повёл его в камеру. Артём продолжал закрывать лицо ладонями и всхлипывать.
— Поставить метки? — спросила Реутова.
— Да, — кивнул Дмитрий. — Распечатай нам, пожалуйста, список. Сегодня нам с Григорием предстоит помотаться по городу.
— Я… могу помочь? — искоса взглянув на меня, спросила Полина.
— Можешь, — моментально ответил я. — Поехали с нами, только переоденься в гражданское. Девушкам будет проще нам поверить, если ты будешь рядом.
— Верно, — как будто нехотя согласился Кретов. — Поедем втроём.
— Хорошо, — кивнула капитан и, цокая каблуками, отправилась переодеваться.
Город мелькал за окном как размытый калейдоскоп. Я сидел на переднем сидении автомобиля, пытаясь сосредоточиться на эфирной формуле. Пальцы дрожали от усталости, но я повторял жест за Кретовым: круговое движение, сжатие в кулак, резкий выдох.
— Не напрягайся, — проворчал Дмитрий, глянув на моё плетение. — Иначе метка будет светиться как новогодняя гирлянда, похититель сразу её заметит. Легче, Григорий, расслабленнее.
Полина, переодетая в простые джинсы и обтягивающую футболку, доложила с заднего сидения:
— Следующая — Татьяна Прокофьева. Улица Большая Садовая.
Мы уже пятый час колесили по городу. Девушки из списка реагировали по-разному: кто-то пугался, думая, что мы мошенники, кто-то верил поддельному удостоверению «социальной службы». Но главное — метка ложилась. Маленькая голубая точка у основания шеи, невидимая для обычных людей.
И, по идее, невидимая даже для провидцев. Пара часов — и метка впечатывается в ауру так, что не найдёшь, если не будешь точно знать, что искать.
Кретов остался в машине. Его угрюмая физиономия отпугивала наших «клиенток», в этом мы уже убедились на практике.
— Сорок третья девушка за сегодня, — пробормотал я, выходя из автомобиля и направляясь к нужному подъезду.
Хозяйка квартиры — студентка с розовыми волосами — открыла нехотя.
— Опять опросы? — закатила глаза она.
— Всего пару вопросов, — Полина улыбнулась так искренне, что девушка сразу смягчилась.
Пока они болтали о «социологических исследованиях», я сделал шаг назад и провёл рукой по воздуху. Метка вспыхнула и исчезла. Готово.
К вечеру я едва волочил ноги. Каждая метка высасывала каплю сил, как пиявка. Когда мы поставили последнюю, пятьдесят седьмую, я рухнул на сиденье, чувствуя, как эфирное поле пульсирует в висках.
— Ты как? — Полина коснулась моего плеча и тут же отдёрнула руку.
— Живой, — я попытался улыбнуться, но получилось больше как оскал.
Действительно вымотался, даже скрыть не получается.
Кретов цокнул языком и сказал:
— Я отвезу Полину домой, а тебе вызову такси. Ладно? Отдохни как следует.
— Сам вызову, — вяло отмахнулся я, доставая телефон.
Дорога домой слилась в туманную полосу. Я дремал на заднем сиденье, пока водитель болтал о политике. Лишь когда машина свернула на знакомую дорогу к поместью, я пришёл в себя.
— Остановите у ворот, — попросил я, увидев, что главные ворота закрыты.
Гвардейцы, к их чести, не спали, и открыли для меня ворота. Предложили проводить до дома, но я отказался. Сам дойду.
Я шёл по гравийной дорожке, размышляя обо всем, что сегодня случилось… когда меня вдруг накрыло чувство опасности. Все волоски на теле встали дыбом, а все звуки вдруг пропали. Стало так тихо, будто я оказался в бункере глубоко под землёй. Справа раздался какой-то щелчок.
Резко повернувшись, я интуитивно создал защитное плетение.
— Кто здесь?
Ответа нет. Только шелест листвы. Я ускорил шаг, но щелчок повторился — теперь слева.
И тут из-за дерева выползло это.
Паук размером с внедорожник. Чёрный, блестящий, с глазами как раскалённые угли. Его было почти не видно в темноте, он будто бы сливался с тенями.
Это что, фамильяр Лужкова? Он был меньше в тот раз… Но фамильяры способны на многое.
Паук щёлкнул хелицерами, и вокруг него вспыхнуло алое эфирное поле. Волна энергии едва не ударила меня в грудь, я в последний момент успел создать щит.
Следующий удар снёс декоративный заборчик вдоль дорожки. Осколки кирпичей полетели в лицо, я пригнулся, чувствуя, как щит трещит по швам.
— Оскар! — выкрикнул я.
Паук прыгнул. Я отскочил в сторону и ударил его потоком чистого эфира. Энергия рассеялась, не причинив врагу вреда.
— Оскар!
Почему феникс не приходит на помощь⁈
И тут я заметил, что мы с пауком окружены сильным эфирным полем, напоминающим чёрную траурную вуаль. И я не слышу никаких звуков, хотя до этого вокруг стрекотали сверчки и пели ночные птицы.
Эфирное поле сжалось в копьё и рвануло ко мне. Щит со вспышкой разлетелся, и плетение погасло.
Последнее, что я увидел — горящие глаза паука в сантиметре от лица…
От авторов:
Дорогие читатели, первый том расследований и приключений Григория Зорина подошёл к концу. Делитесь впечатлениями в комментариях, и если вам понравилась книга, не забывайте поставить лайк — это очень мотивирует нас писать дальше.
Тем временем история Григория Зорина продолжается во втором томе:
https://author.today/reader/435211/4034235