Тайны затерянных звезд. Книга 7

– Была! – Кайто назидательно поднял палец. – В том-то и дело, что цель у них была, просто это была глобальная цель всех экспериментов в сумме, а не каждого в отдельности! И цель эта была – найти и в идеале открыть вход в хардспейс.
– А у этих, про которых ты говоришь, типа не было вообще никакой цели?
– Да, именно это я и хочу сказать! – Кайто щёлкнул пальцами. – Они просто изначально взяли недоказанный и крайне сомнительный тезис за аксиому и из этой аксиомы строили всю свою дальнейшую деятельность! Как… Знаешь, я бы сказал, что они брали науку в охапку и подбрасывали её в воздух в надежде на то, что что-то не упадёт, а зависнет на одном месте. И если бы такое произошло, то они бы с энтузиазмом принялись изучать, почему и как оно произошло.
  
– И как, получалось? – хмыкнул Магнус.
– Ни хрена! – практически светясь от счастья, как будто он лично был заинтересован в том, чтобы «не получалось», ответил Кайто. – В том-то и штука, что ничего не получалось! Ну, не совсем «ничего», парочку интересных явлений и эффектов они всё-таки открыли, ведь ради чего-то их же «Кракен» держал, не закрывая, много лет подряд. Но эффективность этой рабочей группы, которая требовала много научной, если не сказать «творческой» свободы и немалого финансирования, но при этом практически ничего не давала взамен, очень быстро была поставлена под сомнение. Что логично, собственно. Точных дат в архивах «Кракена» не указано, но есть упоминания о том, что к тому моменту «Кракен» уже стали одной из крупнейших корпораций в космосе, что неудивительно, учитывая востребованность их продукции и их деятельности в целом. Из этого я могу сделать вывод, что где-то через пятьдесят-сто лет после своего появления обсуждаемая нами рабочая группа была поставлена под угрозу полного прекращения финансирования. Всех участников предполагалось распределить по другим проектам, как и оборудование, а все ветки исследований закрыть и признать их бесперспективными.
– Но-о-о? – протянул капитан, поднимая брови.
– Но что-то, как водится, пошло не так! – Кайто развёл руками. – Руководство «Кракена», конечно, и до этого момента знало, что рабочая группа против расформирования, но кого это волнует?
– Определённо не руководство ультра-корпорации! – усмехнулся я. – Их волнует только прибыли. А прибыли – это доходы минус расходы. И если расходы уменьшать, то даже без увеличения доходов прибыль будет расти.
– Вот-вот! – поддакнул Кайто. – Поэтому, не считаясь с мнением членов рабочей группы, «Кракен» предупредили их о том, что их расформировывают, и, если им что-то не нравится – они могут валить нахрен.
– А они? – наконец-то заинтересовалась Пиявка.
– А они и свалили, прикинь! – снова просиял Кайто. – Всей своей рабочей группой, которая на тот момент насчитывала сорок восемь человек, подали заявления на увольнение и все в один день покинули корпорацию!
– Все вместе? – капитан задумчиво посмотрел в потолок. – Выглядит не просто как отчаянный шаг, а как… Не знаю, прямо-таки спланированная акция.
– Вот и «Кракен» так же решили! Они тоже пришли к выводу, что подобное единодушие не может быть просто совпадением и быстренько, по горячим следам, соорудили целое расследование. Привлекли всю свою службу безопасности и несколько сторонних… скажем так, «сыщиков».
– Зачем? – Пиявка опять утратила нить рассуждений.
– За… – Кайто глупо посмотрел на неё. – В смысле «зачем»? Затем!
– Она тебя не понимает, потому что никогда не контактировала с мега-корпорацией, – пояснил я. – Понимаешь, Пиявка, мега-корпорация это… квинтэссенция жадности. Не только жадности, конечно, но её – в первую очередь. Они пытаются завладеть вообще всем, до чего дотянутся их загребущие руки, и будут владеть этим до тех пор, пока не убедятся, что это нельзя использовать для извлечения прибыли. И даже в таком случае они не просто избавятся от этой вещи, а попытаются втюхать её кому-нибудь, не гнушаясь даже прямым обманом. Всё ради того, чтобы выручить юнит-другой.
Хм… Вот я сейчас объяснил и у меня даже не возникло вопроса, почему Пиявка не понимает такой простой логической цепочки.
А ведь ей действительно не положено это понимать, она с корпами шашни не крутила в жизни…
Но вот почему эту цепочку понимает Кайто?.. Да не просто понимает, она для него абсолютно естественна… Вот это вопрос так вопрос!
– А как это относится к ушедшим учёным? – всё ещё не понимала Пиявка.
– А напрямую! Ведь сидящие в руководстве «Кракена» люди далеко не дураки, и, когда целый отдел пришёл к ним увольняться одним днём, они подумали о том же самом, о чём подумали и мы – это спланированная акция. А если это спланированная акция, значит, с высокой долей вероятности у этих людей есть и дальнейшие планы. А раз у них есть дальнейшие планы, значит, у них есть куда уйти. Причём уходить так же, как подавали заявления – большой сплочённой группой. А раз они куда-то уходят большой сплочённой группой, значит, есть кто-то, кто готов их этой же группой принять.
– А раз их кто-то готов этой же большой группой принять, то, значит, этот кто-то надеется что-то от них получить, – задумчиво продолжил за мной Магнус. – А если он надеется что-то от них получить, то, значит, эти люди далеко не бесполезны. По крайней мере, не настолько бесполезны, чтобы их увольнять.
– Вот-вот! – я кивнул. – Примерно так они и мыслили, готов поспорить. У них, может, не было цели вернуть учёных обратно в «Кракен», но точно была цель выяснить, над чем они собираются работать дальше, и главное – на кого работать. Это как минимум. А как максимум целью было иметь возможность убрать их в любой момент, если вдруг «Кракену» покажется, что деятельность учёных начинает ставить под угрозу их монополию.
– И как, получилось? – Магнус перевёл взгляд на Кайто.
– Ни хрена! – сияя от счастья, ответил тот. – Учёные как в воду канули, они не просто перешли куда-то работать, они вообще исчезли из медийного поля, как люди, как личности! Социальные сети заброшены, терминалы недоступны, да и вообще их больше никто и никогда не видел!
– Как такое возможно? – на этот раз удивился уже я. – Это же… люди, чёрт возьми! Как они могут исчезнуть бесследно? Друзья, родственники, родители в конце концов – это же всё миллион ниточек, за которые стоит лишь потянуть, и распутаешь весь этот клубок!
– Всё не так просто, – Кайто покачал головой. – Друзей у этих ребят почти не было, даже среди коллег. К тому моменту их рабочая группа уже успела заработать себе дурную славу в научных кругах за долгие годы деятельности. Как их только ни называли – и антинаучниками, и шарлатанами, и научными варварами, в общем, поносили как могли. Поэтому, кроме как друг с другом эти ребята и девчата ни с кем и не дружили. А что до родственников… Ну, у большинства из них никого не было, потому что слишком взрослые для того, чтобы их родители оставались в живых, но слишком увлечённые наукой и своим делом для того, чтобы обзаводиться собственной семьёй. А с теми, у кого родственники всё же были, ситуация сложилась прямо скажем, интересная. Потому что они тоже исчезли.
– Все исчезли, класс! – вздохнула Пиявка. – И что было дальше?
– А что тут может быть дальше? Ничего, конечно же! «Кракен» полностью потеряли всех учёных и единственное, что им удалось выяснить – это то, что они действительно всем составом перешли куда-то работать в обмен на довольно щедрое финансирование. Такое щедрое, какое сам «Кракен» выделял только в самом начале своего существования, и совершенно не сравнимое с теми крохами, что учёные получали перед тем, как их расформировали. Но кто и зачем выбросил на них такие деньги – это так и осталось вопросом.
  
– Ну, «зачем» ответ очевиден, – произнёс я. – Чтобы они продолжали подкидывать науку в воздух, только уже в интересах этого призрачного спонсора-мецената. И, в общем-то, по этому же критерию их можно было бы и вычислить тоже. У кого-то в космосе появляется что-то новое, непонятное, неизвестное, связанное с пространственными технологиями – значит, велика вероятность того, что это дело рук тех самых учёных.