Неродственная связь (СИ)

— Можно добавить туда вкусняшки. Я не против набрать пару-тройку лишних килограммов на шоколадных батончиках, жевательных конфетах и арахисовой пасте.
— Ок.
— И не забывай скидывать фотки — снимать ты не любишь, но мне надо знать, чем ты живёшь, где учишься, с кем дружишь, спишь и тусуешься.
Аслан уже не отвечает, но перемещается выше и накрывает ладонью грудь, болезненно-приятно сжимая. Движения ленивые, но они отзываются сладкой тяжестью внизу живота.
Он обожает мои сиськи. Особенно, когда они находятся прямо у него перед лицом или когда соски едва царапают его кожу, оставляя невидимый след. Включается какой-то звериный рефлекс с обильным слюноотделением.
— Только не отправляй что-то шаблонное, типа: тут я принимаю душ, тут завтракаю, а тут отдыхаю, — продолжаю глупые просьбы, которые, скорее всего, не будут иметь ничего общего с реальностью.
Я не верю ни в отношения на расстоянии, ни в дружбу. У меня была подружка, которая улетела с родителями в Канаду в пятом классе. Первое время мы пытались поддерживать связь, но со временем всё реже и реже. Сейчас я, к сожалению, даже имени ее не вспомню.
— Вообще-то, именно это я и собирался делать, — говорит Аслан.
— Да ну тебя. Мне нужны настоящие, живые фотки с ночными тусовками, алкоголем и оргиями.
— Очень оригинально.
— Согласна.
Я поворачиваюсь набок, замечая, как Аслан задумчиво усмехается. Мы встречаемся взглядами, прижимаясь друг к другу теснее. Всё-таки в этой легкости — наша спасительная точка. Мы ничего друг другу не обещаем, ничего не требуем. Я счастлива, что нам удалось удержать баланс, не скатиться в слёзы и сложные дилеммы.
— К слову, я тоже жду, что у тебя будут условия, — передаю эстафету.
— Например?
— Ну, не знаю. Придумай что-то.
В короткую паузу я стараюсь зафиксировать непринуждённость, смех и возбуждение. Всё так просто и… без обязательств. Как и должно быть.
— Хорошо учись, не делай глупостей и береги себя.
В горле образуется ком, который я с трудом проглатываю. Это довольно милое условие. И с одной стороны, мне хочется, чтобы время летело не так быстро, а с другой — пусть уже скорее всё это закончится.
Я разрываю зрительный контакт, отвожу взгляд и возвращаюсь в исходную позицию, накрывая руку Аслана своей ладонью.
— Боже, ты такой скучный... — обречённо вздыхаю. — Если в твоем новом вузе будут такие же зануды, как ты сам, — боюсь, не видать мне контента с вечеринок и оргий.
Аслан, как обычно, пропускает обидные слова мимо ушей, тянет меня за локоть, и я снова оказываюсь под ним, забывая дышать и раскрывая себя шире.
  
Глава 50
 
***
Поздоровавшись с консьержем, я захожу в лифт и поднимаюсь на одиннадцатый этаж. В большом зеркале в серебристой раме на меня смотрит слегка уставшая девушка с собранными в хвост волосами, бегающим взглядом и далеко неидеальным образом.
Сегодня последний день маминого пребывания здесь.
Время пролетело молниеносно — я даже моргнуть не успела, как бабушкин дом с третьей попытки нашёл новых владельцев. Хотя мне хотелось бы, чтобы этот период длился чуть дольше.
Почему с третьей? История сложная: проблемы с документами, покупателями и ещё кучей всякой ерунды. Но в итоге всё завершилось благополучно.
Когда лифт останавливается на нужном этаже, я выхожу на площадку и выглядываю в окно, чтобы проверить, насколько ровно припаркован мой «Мерс». Не удержавшись, делаю фото — похвастаюсь потом перед Асланом.
Почему бы и нет? Ровно, чётко под бордюром. Пусть и со второго раза.
Посмотрев на время, я ускоряю шаг. В руках — два ванильных рафа и пончики с шоколадной глазурью. Впереди ещё куча дел, я умираю от голода, а времени, как всегда, в обрез.
Никогда бы не подумала, что декабрь может быть таким сумасшедшим!
Я разрываюсь между учёбой, подготовкой к сдаче академической разницы, мамой и Асланом. Так уж вышло, что их отлёты совпадают в один день. Я ещё не придумала, как буду справляться с этим, но на душе почему-то тяжело.
  
Наверное, потому что два важных человека исчезают из моей жизни на долгое-долгое время. Это определённо оставит за собой чувство пустоты и беспомощности.
Достав из сумки связку ключей, я сворачиваю налево и ищу глазами квартиру девятьсот девять. Новый день начался в привычной суматохе — так проходят уже последние десять. Я проспала и проснулась в комнате Аслана. Чтобы выйти оттуда незамеченной, пришлось придумывать хитроумный план по отвлечению Дины.
Затем была совместная пробежка по припорошенному снегом лесу, завтрак, планы и неловкие шутки. Каждый момент требовал неимоверных усилий и концентрации, чтобы сохранить спокойствие и убедительно изображать, будто я впервые за утро вижу своего сводного брата.
— Что за ерунда?..
Я останавливаюсь у двери, замечая, что она приоткрыта. Ничего не понимая, захожу внутрь и сразу натыкаюсь взглядом на ботинки отца.
Мои глаза широко округляются.
Сколько раз я просила его хотя бы ответить на мамины сообщения или звонки — уже не сосчитать. Но всё без толку. Последнее время он был каким-то дёрганным и злым. Удивительно, что теперь соизволил приехать лично.
— Как прошла сделка? — доносится из кухни голос папы. — Довольна результатом, Рит?
Я пытаюсь вспомнить, когда родители в последний раз встречались и спокойно разговаривали. И не могу.
Примерно это было около трёх лет назад. Поэтому от их общения у меня возникает странное чувство диссонанса, и я почему-то не тороплюсь раздеваться и вмешиваться.
— Не совсем, Миш. Планировалось, что сумма выручки будет гораздо выше, но в процессе всё пошло не так…
Раздаётся цокот чашек и шум льющейся воды. На миг я переношусь в прошлое: мне десять, я возвращаюсь из школы, и такие бытовые мелочи кажутся чем-то абсолютно обыденным. Приходится избавиться от возникших мурашек, разгоняя их по предплечьям.
— Я хотел поговорить, — откашливается отец, скрипнув стулом.
— О переводе в другой вуз, да. Только денег на первый семестр у меня, увы, нет. Я знаю, что уже обещала Алине, но, как всегда, забыла о других предстоящих растратах...
— Нет, я немного о другом. У меня есть просьба, Марго.
Я не понимаю, почему не захожу в квартиру и не даю родителям знать, что уже здесь. Подсознание настойчиво твердит, что это неправильно — меня с детства учили, что подслушивать нехорошо. Тем более, это не в первый раз: я однажды точно так же стояла, застыв, когда случайно застала отца вместе с Диной. Тогда мне потребовалось много времени, сил и часов работы с психологом, чтобы справиться с потрясением.
— Давай, Миш, — вздыхает мама. — Вряд ли я чем-то помогу, но...
— Забери Алинку к себе. Ненадолго. Хотя бы до лета — пока я не разберусь со своими проблемами и не налажу финансовую сторону...
Слышится недовольное хмыканье. Мои пальцы, сжимающие коробку с пончиками, начинают неметь. О варианте пожить с мамой я боялась даже мечтать, хотя это определённо неплохая идея.
Когда родители разводились, такой выбор ни разу не обсуждался. Я априори оставалась с папой, а к маме изредка летала в гости. Никогда — надолго.
— Миш, нет. Извини, но не могу. Я сейчас живу у Ника. У него своих двое, которыми я периодически занимаюсь, а Аля, хоть и выросла, — но это лишние заботы. Да и вообще… У меня молодой муж, и я бы не хотела, чтобы присутствие Алины создавало неловкость или какие-то неправильные ситуации. Я не знаю, что у тебя происходит, но мне это определённо не по душе.
— Дочь была бы рада.
— Перестань давить мне на жалость. Сам говорил, что я отвратительная мать: не умею справляться с простудами и отравлениями, не пою колыбельных и не разговариваю с ребёнком по душам.
— Говорил.
— И что изменилось?
— Я же тебе отвечал, Марго: у меня проблемы, — давит отец. — Думал, всё быстро уляжется, но ситуация только набирает обороты. Вопрос с вузом я тоже пока ставлю на паузу, но хотел, чтобы Алина не нервничала, предложить ей пожить у тебя где-то до лета. А там, может, всё наладится, будет затишье и стабильность.