Неродственная связь (СИ)

Оставшись одна, я невольно изучаю себя, пытаясь уловить перемены, хотя их почти нет. Половые губы набухли, а фантомная боль между ног никак не отпускает, но кроме этого — ничего особенного.
Аслана долго нет, и тревожные мысли начинают заполнять голову. Вдруг у двери его остановил мой отец, чтобы выяснить, что за странные звуки доносились со второго этажа? Наверняка он и мачеха уже обменялись подозрительными взглядами, обсуждая услышанный стук.
Я с трудом поднимаюсь с постели и, словно робот, брожу по комнате в поисках халата. Наконец, он обнаруживается в углу кресла, сброшенный как попало. Накинув его на плечи, я зябко обхватываю себя руками и плетусь к окну.
Прохладный воздух бьёт в лицо, отрезвляя эмоции. На улице всё так же серо, противно и без остановки льёт дождь. События этого вечера разделили его на до и после. И после — определённо мне нравится больше.
— Никто не спит, я успел встретить и свою мать, и твоего отца, — докладывает Аслан, заходя в комнату с бутылкой воды и моим телефоном в руках. Он всё-таки зайка: идёт на уступки, даже если это не всегда удобно. При этом мягким его характер точно не назовёшь. — Михаил Алексеевич даже попытался завести со мной разговор на тему изношенности сайлентблоков...
— Блин. Он бы тебя убил, если бы узнал, — коротко посмеиваюсь.
— Не сомневаюсь.
— Я пересижу у тебя — пока родители уйдут отдыхать.
Аслан кивает, я забираюсь на кровать, подминаю под себя ноги и откручиваю крышку на бутылке. В горле пересохло, по позвоночнику струится пот. Быстро утоляя жажду, я чувствую, как капли воды стекают по подбородку. Выйти сейчас в коридор — определённо риск. Халат помят, волосы всклочены, губы яркие, горят и пульсируют, а сквозь тонкую ткань проступают очертания сосков. Встретить отца в таком виде — это явно нарваться на неприятности.
Я протягиваю бутылку Аслану, и наши пальцы на мгновение соприкасаются. Он упирается коленями в матрас, глядя на меня так, что внутри всё сворачивается в тугой узел. Его взгляд медленно скользит по моим ногам, затем поднимается выше, задерживаясь на относительно безопасной территории. Халат я завязала потуже, но под ним всё ещё ничего нет. Судя по напряжённым жевательным мышцам на скулах, Аслан об этом помнит не меньше, чем я.
— Ложись рядом, — предлагаю, перебираясь на соседнюю подушку. Кровать в гостевой комнате не слишком просторная — совсем не трон, как у меня. Но места для двоих хватит. — Ты можешь продолжить читать, я не буду мешать.
Я понятия не имею, как мы будем взаимодействовать дальше, но в эту минуту меня всё устраивает, и я хочу, чтобы так оставалось всегда. Аслан делает глоток минералки, откладывает на тумбу книгу с твердой обложкой и падает рядом, закинув руку за голову. Я снимаю блокировку с телефона и убираю волосы за уши. Щёки не просто розовеют — пылают, но это кажется потому, что алкоголь отпускает. Пока он не испарился полностью — я решаю задать несколько важных вопросов.
— Тебе понравилось заниматься со мной сексом?
Аслан усмехается, и я толкаю его локтем под ребро. Он прав — ещё вчера ничто не предвещало того, что мы переспим. Даже сейчас сложно поверить, что Аслан двигался во мне, и я ощущала его член внутри. Пока не могу сказать, хочу ли я повторить, но эта тема однозначно волнует.
— Да, понравилось.
— Честно?
— Честно.
— Хорошо, я рада, — удовлетворённо киваю, уткнувшись в телефон и просматривая непрочитанные сообщения от Леры. — Так что, чтобы ты себе там не думал, — это был отличный способ отвлечься. У каждого человека свои методы борьбы с разочарованиями и стрессом. Мой — вот такой.
В голове яркими вспышками мелькают флешбэки, вызывая ноющую тяжесть где-то в груди и ниже, в животе. Хочется верить, что это происходит не только со мной, и Аслан тоже мысленно возвращается к нашей близости.
Я включаю видео Демьяна и Ники, показываю его Аслану и вкратце объясняю, что произошло перед моим возвращением домой. Удивительно, но кроме раздражения за потраченное время на отношения, я ничего не чувствую. Словно вся любовь атрофировалась, приняв совершенно новую форму.
  
Аслан внимательно следит, как я захожу в мессенджер с левого аккаунта и открываю групповой чат, где состоит вся наша группа — вместе с Виктором Ивановичем, завкафедрой. Я жду, что он остановит меня и предостережёт от ошибки, ведь этот поступок, откровенно говоря, не слишком красив и может повлечь за собой последствия. Но Аслан молчит, разрешая мне действовать так, как я сама считаю нужным.
Видео улетает в чат, и буквально через секунду в сети появляется человек десять. Я блокирую телефон с колотящимся сердцем, и перевожу взгляд на Аслана. Он невозмутимо встаёт с кровати и направляется к столу.
— Куда ты? — тихо спрашиваю.
Последнее, чего бы мне хотелось, — это почувствовать его осуждение.
— Свой телефон найду, — сдержанно отвечает. — Надо что ли поддержать публикацию и закрепить успех комментарием или лайком.
  
Глава 31
 
***
Видеоролик смотрят около тридцати человек. Кто-то смеется, кто-то возмущается, кто-то рукоплещет и требует продолжения. Некоторые экстренно тегают админа, то есть старосту, с просьбой немедленно удалить это непотребство из чата. В пятницу поздно вечером сделать это оказывается не так уж просто, и видео успевает вызвать настоящий ажиотаж, привлекая внимание множества участников.
Возможно, и самого Виктора Ивановича. Как знать.
Уладить вопрос с завкафедрой будет несложно — достаточно поговорить с отцом и рассказать, с чего всё началось. Он не терпит, когда обижают его единственную дочь. Жестокие поступки — жестокие наказания. Всё честно. С Никой тоже не возникнет проблем — она слишком труслива, чтобы вступать в прямую конфронтацию и что-то предпринимать. Однако, похоже, это не помешало ей отсосать член парня лучшей подруги.
Моя личка разрывается от входящих сообщений сокурсников. Столько добрых и подбадривающих слов я не слышала даже в свой день рождения. Тем не менее, постоянное внимание сильно выматывает, и я решаю выключить телефон.
А рано утром на пороге моего дома уже стоит Лерка, приехавшая узнать все подробности разоблачения.
Я просыпаюсь не в духе, поэтому не спешу делиться новостями и просто вручаю подруге комплект спортивной одежды. Сама же надеваю эластичный топ и короткие лосины. Взяв коврики, я спускаюсь в спортзал, чтобы заняться пилатесом. Упражнения отлично расслабляют и помогают расставить хаотичные мысли по полочкам.
И только после полутора часов занятий, поднявшись на кухню позавтракать, я позволяю Лерке задавать вопросы и делиться тем, о чем пока сама не знаю.
— Я выслушала длительную истерику от Ники, — качает головой подруга, откинувшись на спинку стула. — Ей больно и стыдно. Она клялась, что секс с Дёмой был всего пару раз. Первый — на пьяную голову, когда она не осознавала, что происходит.
— А потом, похоже, втянулась.
Я фыркаю и открываю холодильник, чтобы достать спелый банан, манго, шпинат и кокосовое молоко. Казалось, тема с Никой и Демьяном больше не будет меня задевать, но всё равно слегка щемит внутри.
— Наверное, — продолжает Лера. — Она сказала, что они идеально совпали в сексе.
— Прекрасно. Поздравляю.
— Ника пыталась разорвать эту связь, потому что понимала, что поступает неправильно, и боялась, что правда всплывет. Но не успела.
— Боже, как жаль.
Чтобы выплеснуть негатив, я грубо нарезаю банан на кольца. Если бы не секс в отместку, клянусь, я бы уже удавилась от яда.
— Аль, — сбавляет возмущённый тон подруга. — Что теперь будет?
— Ничего особенного, — пожимаю плечами, загружая ингредиенты в блендер. — Конкретизируй вопрос.
— Я имею в виду, как нам дружить, общаться и ходить на пары, когда такое происходит?
Сама мысль о том, чтобы возобновить дружбу с предателями, вызывает у меня брезгливость. Я довольно терпелива, отзывчива и всегда готова поддержать в трудный момент, но всему есть предел. Мой — наступил ещё вчера.