Его строптивая малышка (СИ)

Угу. Моя голова, похоже, не приспособлена для работы с таким объемом данных при множестве неизвестных и многовариантности факторов. Мне надо все хотя бы на листочке зарисовать. Стрелочки там, линии, все дела… Как в фильмах про американскую полицию.
А ведь еще есть второй отчет. Тяжело вздыхаю. Спать уже хочется. И внезапно есть.
– Отложишь на завтра? – подначивает Староверов, поглаживая мою попу.
– Нет уж. Но когда ты, как самый взрослый и мужественны из нас, добудешь нам еды, я так и быть сделаю перерыв, – отзываюсь я и делаю акцент: – Перерыв на ужин.
А то Даниле только позволь распустить руки, и я очнусь накануне завтрашней встречи с трусиками в зубах и членом в… Короче, ролевые игры нужно отложить, и я даю ему это понять.
Наигранно сокрушаясь моей жестокости, чья бы корова мычала, Староверов связывается с ресепшен, выясняя рабтает ли еще ресторан, и могут ли нам обеспечить ужин в номер. А я, покрутив затекшей шеей, возвращаюсь к скандалам, интригам, расследованиям.
Если я думала, что более шокирующей информации, чем в первом отчете уже не будет, то я была в корне неправа.
Отчет написан весьма увлекательно, у составлявшего его чувствуется творческая жилка. Агата Кристи, блин! Целый детектив! И больше всего бесит, что огромное число фактов, которые многое объясняют по отдельности, все вместе запутывают еще больше. Кажется, от бессилия я начинаю скрипеть зубами, чем вызываю смешки Староверова.
Оказывается, у Леонида Шамкова есть близкий друг, который, удивительное дело, совсем недавно начал ухаживать за его сестрой. И не без взаимности. Вот уже где-то полгода, как Лариса периодически одаривает его вниманием, что подтверждается несколькими приложенными фотками из ресторана и на выходе из какого-то дома в сумерках, судя по указанному времени на фото, рассветных. Некое злорадство, что отчису наставляют рога, испаряется, как только становится личность этого друга. И меня почти начинает трясти. Этому будет когда-то уже конец? Если кто-то распутает этот клубок, я сниму перед ним шляпу.
И чем больше я смотрю на немного размытые фото, тем больше женщина на них напоминает мне кого-то. Если сопоставить это с инфой от Ви, выходит совсем сложная схема. И понять, кто ее автор, становится все труднее.
Дима Колодцев, какую роль играешь здесь ты? Невиновный, нечаянный свидетель, исполнитель или автор?
  
Глава 50. Любопытное знакомство
 
Утро снова начинается с принудительной побудки, но в этот раз Данил дает мне выспаться. С его стороны это очень человечно, потому что вчера мы легли весьма поздно.
Староверов не посрамил честь мужскую и пропитание нам добыл. Ночное обслуживание смогло предоставить нам вполне приличный ужин. Я была бы рада и куриной ножке, но и от морепродуктов нос тоже не воротила. И за едой, и отвалившись с набитым животом я продолжала строить теории вслух. От переизбытка впечатлений сегодняшнего дня, несмотря на усталость, заснуть у меня не получалось. Поэтому под утро, озверевший от моих умозаключений и вопросов Данил применил секретную технику ниндзя и помог мне уснуть надежным способом.
– Вик, выплевывай наволочку и вставай, – слышу я сквозь сон и сажусь на постели.
В общем-то я чувствую себя сносно, но сегодня суббота, и я бы с большим удовольствием просто повалялась в постели.
– А я там тебе очень нужна? – несчастно спрашиваю я. – Ты же вез меня ради встречи с Гордеевым, а она уже состоялась.
– Вставай-вставай, уже скоро обед. Что ты там мне говорила на собеседовании? Что ты справишься со всеми обязанностями.
– Ты обещал мне бонусы, если я буду с тобой спать! – припоминаю ему я.
– Я не дал тебе умереть с голода и неудовлетворенной, чего еще тебе надо, женщина?
– Кофе, бриллианты и голову Казимирова, – ворчу я.
– Последние два пункта я обязательно исполню, а вот кофе уже здесь, – хмыкает Данил.
– Что ж ты молчал! – я бодренько выбираюсь из кровати. – С этого и надо было начинать!
Путаясь в простыне, в которую я завернулась, я стремлюсь к столику, сервированному для завтрака. Я люблю Староверова, господи! Но после первого же глотка кривлюсь, кофе неплох, но значительно уступает приготовленному Данилом вручную. А я избаловалась уже, оказывается.
 
– Не хочу никуда, – противным голосом говорю я. – Тебе просто нравится, когда я страдаю.
– Почти, – смеется он. – Поправка: мне нравится, когда ты злишься.
– Извращенец, – с отвращением констатирую я.
– Точно. Но гуманный. У тебя есть целый час собрать себя в кучу, пока я работаю. Или мы можем потратить его на что-нибудь другое…
– Нет уж! – я подскакиваю с места и драпаю в сторону ванной вместе с чашкой. – Что-нибудь другое совершенно точно не даст мне собрать себя в кучу.
Под хохот Данила я закрываю за собой дверь и, поразмыслив, во избежание искушения поворачиваю замок.
Знатно укатанная вчера, я отмокаю в ванне довольно долго и вытаскиваю себя из нее только усилием воли. И когда выхожу, слышу, как Данил говорит с кем-то по телефону.
– Да. Хорошо. Она будет со мной, – отвечает он, и на мой вопросительный взгляд, Староверов прикрывает трубку ладонью и шепчет: «Гордеев». – Удачно. Спасибо, я это запомню.
Завершив звонок, Данил барабанит пальцами по столешнице.
– Гордеев хочет тебя с кем-то познакомить. Говорит, это пойдет тебе на пользу.
Я хмурюсь:
– Звучит как-то стремно.
– Да нет, кажется, он думает, что ты свое наследство найдешь, и ему придется выполнять свое обещание тебе помочь. Не стоит отказываться. Гордеев дал понять, что это только знакомство с важным человеком, и не более того. Так что, как видишь, никаких шансов откосить от этой встречи у тебя нет. Но я уверен, что мы там пробудем не долго. При удачном раскладе оттуда мы смоемся в четыре-пять часов и двинем домой.
– Ладно, мне надо еще минут двадцать, и я буду готова.
– Не забудь предложить сестре наш план, – напоминает мне Данил, и мне становится стыдно. За всеми этими загадками, я забыла, что не перезвонила ей, поэтому не отходя от кассы, так сказать, сразу набираю ей сообщение с вопросом, когда у нее будет возможность выйти на связь. И что удивительно, практически сразу получаю ответ. Ви сейчас в дороге, но часа через три она уже доберется и сможет остаться в одиночестве и поговорить.
Короткие сборы, немного инструктажа, обещанного Староверовым, который в основном сводится к тому, что ушки нужно держать на макушке, язык на привязи, а улыбаться нужно глупенько, и мы выезжаем на встречу.
Местом для нее выбрано, на мой взгляд, удачно для нас. Старый особняк на выезде из города, переделанный под такой себе дом отдыха для ВИП персон. Возле ворот припарковано такое количество черных представительских иномарок, что создается ощущение будто мы приехали не то на саммит большой восьмерки, не то на похороны какой-то знаменитости. Впечатления усиливают шатающиеся секьюрити.
Зато за воротами словно другой мир. Бассейн, поле для мини-гольфа, беседки с накрытыми столами и крупные персоны, так сказать, без пиджаков. На встрече царит неформальная обстановка, и я радуюсь, что не напялила свое платье-футляр. Я бы выглядела как ворона среди павлинов. Цепляюсь за предложенный локоть и следую за Староверовым, который вопреки моим ожиданиям не начинает активно искать интересующих его людей, а занимает выжидающую позицию. Мы устраиваемся в одной из беседок с прохладительными напитками, и уже через десять минут к нам подходит один из присутствующих.
Как и просит Данил, я помалкиваю, делаю стеклянные глаза и дежурно улыбаюсь. Разговор короткий и мне ничего не говорящий. Так. Перебрасываются парой фраз, и собеседник нас покидает, присоединяясь к игрокам в мини-гольф. Еще через несколько минут ситуация повторяется с другим человеком. После его ухода я недоуменно смотрю на Староверова. Это и есть важная встреча, ради которой стоит тащиться в другой город?
– Это мелкие сошки забрасывают удочки, а кто-то придет прощупывать почву не сам, а по поручению большого друга. За спрос не бьют в нос. Серьезные дядьки предпочитают приглядываться, не все, но есть определенная категория. С ними я обычно дела не имею, но и стараюсь открыто не ссориться.