Страсть. Ненависть. Любовь (ЛП)

Это что, шутка? Я вышел из квартиры и попал в параллельную вселенную, в мир моей мечты, где Леви говорил, что он меня любит? Если это так, то я с радостью откажусь от всего, лишь бы этот мир стал моей реальностью.
Я как раз собирался об этом сказать, но Леви, сделав один шаг, приблизился ко мне вплотную. Он положил палец на мои губы, прекрасным карим взглядом умоляя позволить договорить.
— Киллиан Майклс, ты меня до чертиков пугаешь, — признался он шепотом. — С первого разговора по телефону и до момента нашей встречи я понял, что встрял. И не потому, что ты был известным рок-богом, который кичился славой и богатством так, словно доказывал, что у тебя самый большой в мире член.
Я выгнул бровь, а Леви, ухмыльнувшись, провел пальцами сначала по моей щеке, а потом по шее.
— А потому, что ты этого не делал. Я в этом бизнесе много лет, я работал с самыми крутыми и безбашенными. Когда мы встретились, у тебя были все основания вести себя так, будто весь мир у твоих ног. Но в тот день ты сделал все возможное, чтобы я чувствовал себя комфортно. И дальше ситуация становилась только лучше… или хуже, если говорить о моем упрямстве.
Леви посмотрел на мою грудь, которая виднелась под расстегнутой рубашкой и потрогал верхнюю пуговицу. Не успел он убрать руку, как я накрыл ее своей.
— Я пытался держаться подальше, — прошептал Леви. — Я уговаривал себя, что мои чувства приведут лишь к неприятностям. Но знаешь, что, Киллиан?
Леви впервые обратился напрямую. И когда в этот раз, подняв свои густые ресницы, встретился со мной взглядом, то я только смог произнести:
— Что?
— Стоит мне только взглянуть на тебя, и я теряю способность мыслить. Ты заставляешь меня чувствовать себя так, будто мне шестнадцать, и я снова в старшей школе по уши влюбленный в сексуального парня из группы.
Даже если бы от этого зависела моя жизнь, я не смог бы сдержать широкую улыбку, потому что сама мысль, что именно я сводил всегда правильного и профессионального Леви Уолкера с ума, мне чертовски нравилась.
— Видишь? Эта улыбка, — сказал он, заливаясь слабым румянцем. — От нее у меня выпрыгивает сердце и подгибаются колени. Боже, Киллиан. У меня никогда не было ни единого шанса противостоять тебе. Никогда. Я хотел тебя с момента нашей встречи, и вскоре после этого влюбился. Я просто никогда не думал, никогда не смел верить, что ты можешь чувствовать то же самое… — Леви покачал головой. — Ты можешь заполучить любого.
Я переплел наши пальцы и, поднеся его руку к губам, порывисто поцеловал.
— Возможно. Но дело в том, что я не хочу никого другого. Я хочу тебя.
ГЛАВА 42
Леви
Я судорожно втянул воздух и кивнул.
— Я начинаю это понимать.
— Начинаешь? — спросил Киллиан и прижал мою руку к своему сердцу. — Чувствуешь? Ты сказал, что из-за меня у тебя выпрыгивает сердце. С моим ты делаешь то же самое. Когда ты поймешь, что все изменилось с той секунды, как ты вошел в мою жизнь?
Я сглотнул и впился кончиками пальцев в грудь Киллиана, а он другой рукой погладил мою щеку.
— Леви, но ты ведь это уже знаешь, правда? — Я прикусил нижнюю губу, и Киллиан провел по ней большим пальцем. — Как ты можешь не знать? Ты же умный, возможно, самый умный человек из всех моих знакомых. И после нашей первой встречи все остальные — поклонники, случайные связи, друзья с привилегиями — все они ушли из моей жизни. Как я тебе и говорил.
— Я знаю, — признал я с придыханием. Сердце в груди ухало так, что я удивился, почему Киллиан этого не слышал.
— И как думаешь, почему я это сделал?
Я собрался ответить, но ничего не вышло, и тогда Киллиан склонился и прошептал мне на ухо:
— Потому, красивый ты упрямец, что я не хотел разговаривать, думать или смотреть на кого-то другого. И до сих пор не хочу. Леви, я люблю тебя. Наверное, всегда любил. Я просто ждал, когда ты войдешь в мою жизнь.
Если бы Киллиан не держал мою руку, а его ладонь не лежала на моей щеке, я точно растаял бы, превратившись в лужицу у его ног. Как бы то ни было, мне было трудно мыслить, говорить, выражать то, что чувствует мое тело, потому что никогда даже в самых смелых мечтах я представить себе не мог, что Киллиан будет стоять в своем коридоре и говорить мне то, что я так сильно хотел услышать.
 
— Киллиан…
— Нет, — прервал он и погладил тыльной стороной пальцев мою щеку. — Теперь твоя очередь слушать. Твоя очередь понять, насколько сильно я сожалею о том, что сказал Вайперу. Я говорил несерьезно, и на самом деле так не думаю…
— Я знаю, — ответил я и, закрыв глаза, прильнул к его ладони. Пришло время все рассказать. Если у нас был шанс на совместное будущее, я должен быть честен, и начинать стоило прямо сейчас. — Думаю, в глубине души я знал. Мне было страшно. Мне нелегко в этом признаться, но ситуация становилась только серьезнее, и…
— Это был самый простой способ покончить с нашими отношениями раньше, чем, по-твоему, это сделал бы я?
Ого, как хорошо он меня знает.
— Да. Я этим не горжусь. Как и своим поведением, когда ты пришел ко мне домой извиниться. Даже не представляешь, как трудно мне было сказать тебе уйти. Но я знал, что, если впущу тебя обратно, меня ничто уже не спасет. Я собирался вручить тебе свое сердце, не заботясь, что ты с ним сделаешь и боялся, что не смогу от этого оправиться. А потом ты оставил мне эту песню…
Я внезапно осознал, что перед глазами все плывет, а в горле стоит ком.
— Киллиан… Эта песня, эти слова… Более прекрасного текста я в жизни не читал. А когда понял, что ты написал его после нашей совместной ночи… Вау. Тем вечером я прочел твою песню, наверное, раз сто. — Я сморгнул слезы, наполняющие глаза, и невесело рассмеялся. — Я был дураком. Я был так занят, убегая от прошлого, что чуть не упустил свое будущее.
Киллиан отпустил мою руку и взял мое лицо в ладони.
— Ты не дурак. Ты защищал свое сердце. И ты ничего не упустил. Я сейчас здесь, перед тобой и не знаю, как у тебя, но у меня очень хорошее предчувствие, что тебя… нас ожидает грандиозное будущее.
— Грандиозное?
— Когда дело касается нас с тобой, уж поверь. — Киллиан едва коснулся моего рта губами, и от сладкого, почти целомудренного поцелуя в животе все перевернулось, а по телу пробежала дрожь. — Знаешь, почему я не заводил раньше отношения? Потому что не хотел обещать другому человеку то, что не мог дать — свое сердце. Я всю свою жизнь ждал того, кому смогу его доверить. Всю свою жизнь я ждал тебя. Леви, я люблю тебя.
Я обнял Киллиана за шею и прижался губами к его щеке, затем к виску, а когда сильные руки Килла сжали мою талию, с моих плеч свалился груз последних нескольких дней. Я ничего не испортил, не упустил свой шанс, не пропустил наше будущее.
Счастье наполнило мое сердце, мою душу, все мое тело, и я прошептал Киллиану на ухо:
— Я тоже тебя люблю. — И стоя в его объятиях, я подумал, что описал он это… описал нас идеально. Такую историю я бы точно рассказал.
В конце концов, кто не хочет почитать грандиозный любовный роман? Я точно не против.
ЭПИЛОГ
Киллиан
Год спустя
— Эй, Ви, принеси мне тарелку. Сейчас! — крикнул я из патио, где переворачивал гамбургеры на гриле. Это отвлекало от ежеминутной проверки телефона в ожидании новостей, ради которых мы собирались в моей — а теперь и Леви — квартире.
Вайпер с пустой тарелкой в руке открыл дверь пошире.
 
— Попридержи лошадей. Уже иду.
— Хочешь, чтобы все тут сгорело? Я нет.
Вайпер закатил глаза, но подставил тарелку, чтобы переложить туда бургеры. Закончив, я выключил гриль и стал чистить пока еще горячую решетку.
— Думаешь, этого хватит?
— Внутри еще двадцать котлет, не считая кучи хот-догов. Ты что, с голоду умираешь?
— Я просто спросил. Слейд и Джаггер сказали, что у Имоджен в последнее время зверский аппетит, поэтому просто хочу быть уверенным, что на всех хватит.