Монк (СИ)

Но и этого можно было бы не делать.
Дозорным, наверное, тоже достался вчерашний ужин, поэтому они мило посапывали в обнимку со своими луками.
Я потратила пять минут, чтоб крепко их связать. Не хотелось бы, чтоб они в самый неподходящий момент проснулись и ударили мне в тыл. Веревка у меня была одна, поэтому я посадила мужиков спиной друг к другу и связала их между собой, концами веревки опутывая им руки. Естественно, предварительно они были обысканы, и у них были экспроприированы все колюще-режущие предметы.
Оставив этих двоих дальше отдыхать, я еще более осторожно пошла по туннелю. Сегодня почему-то факелы тут не горели.
Выйдя на открытую местность, я обозрела дивную картину.
Солнце светит, птички поют, а разбойники спят. Все до одного. По крайней мере, на первый взгляд.
У догоревшего уже костра вповалку развалилось с десяток мужчин. Кто-то уснул на входе в палатку, а некоторые, как выяснилось после более детального обследования лагеря, успели добраться до своих кроватей.
Дальше работа у меня закипела. Я связывала разбойников найденными тут же в лагере веревками-ремнями и транспортировала на примеченный мной ранее достаточно большой закуток у самой горы. Судя по тому, что тут прямо в камень были вбиты несколько наручников и наножников (не знаю точно, как они правильно называются, надо прогуглить), а еще присутствовала пара цепей с ошейниками и кандалами, это место использовалось бандитами как аналог тюрьмы. Видимо, когда удавалось захватить пленников, их держали именно тут.
Разбойников я сразу пыталась рассортировать по степени лояльности ко мне, ориентируясь на подслушанные вчера разговоры.
Так, зачинщики засады были прикованы к горе. В первую очередь, конечно, сюда относился Борода. В одну сторону от них я складировала крепко связанных мужиков, которые смели сомневаться в том, что женщина сможет ими руководить, но в заговоре не участвовали. В другую сторону пошли тоже связанные, но менее тщательно люди, которые были в своих разговорах нейтральны или лояльны в отношении меня, здесь же и нашлось место Ральфу. Кроме того, сюда же я притащила дозорных.
Надо сказать, что я могла кого-то и перепутать, так как многие бандиты выглядели как братья-близнецы: грязные, бородатые, вонючие, одетые в какие-то тряпки.
Все это действо у меня заняло несколько часов. Я просто упарилась возиться с тяжелыми мужиками. Приходилось часто останавливаться и отдыхать. Все же силы мне не хватает. Благо хоть выносливости достаточно, а то я бы точно не справилась.
Когда последний разбойник занял свое место, на периферии зрения включился таймер.
Я удивилась, думала, что мое время уже давно отсчитывается. Как оказалось, ошиблась.
Вместе с включившимся таймером перед моими глазами появился и Тамон.
***
В первые мгновения Бог выглядел недовольным и в упор смотрел на меня. Однако потом он соизволил оглядеться, и по мере разглядывания нескольких кучек связанных разбойников его лицо приобретало удивленно-радостное выражение.
— Я-то тебя ругать пришел. Что опять тебе Ци не за что начислить, — с доброй усмешкой проговорил Тамонтэн вместо приветствия, — а у тебя тут, я вижу, веселье.
— Так получилось… — начала рассказывать я о произошедшем вчера.
— Времени нет, сам гляну. — На секунду божество прикрыло глаза, просматривая события вчерашнего дня. Отмечу, что просматривал их он, видимо, в моей голове, так как на меня накатило неприятное ощущение, будто в мозгу у меня копошится стая тараканов. Благо это быстро прошло, а Тамон продолжил как ни в чем не бывало: — Сложную ты мне задачку задала. Как тебе Ци за все это начислять? С одной стороны, ты предотвратила нападение, возможно, даже не одно, обезвредила врагов. С другой, тут половина людей противниками тебе не являются и нападать на тебя не собирались. Да и победила ты их вроде как не совсем правильно. Не в бою, а хитростью. Хотя, конечно, это должно быть вознаграждено.
Вообще я не ожидала, что за бандитов мне вообще дадут какой-либо опыт. Ведь они практически все были слабее меня уровнями. Большинство имело всего 1 левел. С десяток разбойников — второй. И всего трое были третьего: Борода, который затеял против меня пакость, Ральф, который, наоборот, вроде как на моей стороне, и еще один незнакомый, но вроде нейтрально ко мне относящийся субъект.
 
— Я решил, — величественно молвил Тамонтэн, — я пойду в очередной раз тебе навстречу и дам тебе Ци за каждого, кто замышлял против тебя недоброе, по 75 Ци, как если бы это были легкие противники и действовали, не находясь в группе. Таких набралось одиннадцать. И за главаря, который равен тебе по уровню, я дам еще 225 Ци, как если бы это был сложный соперник-одиночка. Итого ты заработала 1050 Ци. Будем считать, что это опыт за вчерашний день. Так как основную операцию по пленению этого сброда ты провела вчера, я могу себе это позволить. Цени! Ведь на твоем третьем уровне я могу давать всего по 1700 очков в день. А я очень надеюсь, что ты меня сегодня еще порадуешь и мне надо будет еще начислять тебе много-много Ци.
Бог говорил все таким тоном, будто делает мне огромное одолжение, хотя я помнила, что ему и самому выгодно, чтобы я выиграла. Ну или хотя бы продержалась достаточно долго. Ведь теперь, когда Жорж выбыл, я вышла из «состава запасных».
— Спасибо. — Несмотря на все свои размышления, я постаралась искренне поблагодарить Тамона. Не хотелось его злить по такому пустяку, а я помню, что настроение у него меняется быстрее ветра. — Постараюсь не разочаровать и сегодня еще подзаработать Ци.
— Тогда до вечера, — попрощался Бог, — надеюсь, сегодня буду тебя поздравлять с четвертым левелом. — Он подмигнул мне и исчез.
Я взгрустнула: мне и самой бы хотелось повысить уровень. Но это не так легко. Сейчас у меня 1 958 Ци. А на четвертый нужно 2 700. Хотя есть задумки, как постараться и все же взять этот рубеж.
Аккуратно усевшись на травку прямо напротив разбойников, я стала прикидывать свои дальнейшие действия.
***
Я так и сидела на травке, наслаждаясь солнышком, не обращая внимания на негодующие выкрики недовольных просыпающихся разбойников, пока не очнулся последний из них.
Холодным, ничего не выражающим взглядом я осмотрела связанных передо мной людей, постаралась окинуть взором их так, чтобы у каждого создалось впечатление, что я заглянула им в глаза. И добилась нужного мне эффекта. Большинство из них перестали материться, замолкли и явно готовы были мне внимать.
— Дорогие мои и не очень новые подопечные, — абсолютно нейтральным тоном начала отповедь, — я собрала вас тут на такое импровизированное собрание, чтобы поведать о том, что ждет нас впереди.
— Ты нас отравила! — послышались выкрики с разных сторон, к счастью, немногочисленные.
— Во-первых, не отравила, а всего лишь опоила, — ухмыльнулась я, стараясь придать своему лицу беззаботное выражение. — Хотела бы отравить, никто из вас сегодня бы живым не проснулся. — После этих моих слов наконец возмущенные возгласы затихли и установилась тишина. — А так, считайте, просто обеспечила вам одну ночь крепкого здорового сна. — Тут я заметила как Ральф улыбнулся. Стало приятно, что хоть кто-то точно не против меня. Но тем не менее, дальше я продолжила сухим, почти формальным тоном: — На самом деле я не планировала таких акций. Своим нынешним состоянием вы обязаны вот этой дюжине неуважаемых граждан, — указала на группу заговорщиков. Пришлось сделать вынужденную паузу в моем монологе, так как вокруг раздался недоуменный гомон. Но все обращенные ко мне вопросы я проигнорировала, дождалась тишины и продолжила: — Не стоит меня прерывать. Я все объясню. Нарушая тишину, вы лишь растягиваете нашу милую беседу, — окатила всех вокруг ледяным презрением. — Как вы, наверное, уже заметили, я разделила вас на три неравные группы. Сделала я это, основываясь на вашем отношении ко мне. Начнем, пожалуй, с хорошеньких. — Я подошла к кучке разбойников, в которой находился красавчик. — Вас, господа, я связала исключительно для того, чтобы вы не наделали глупостей сгоряча. Боюсь, очнувшись в такой необычной обстановке, вы могли бы на меня напасть спросонья, хотя я знаю, что вы вполне лояльно относитесь ко мне. Более того, я осведомлена, что некоторым здесь не чуждо понятие чести, — направила легкую одобряющую улыбку Ральфу, который явно не ожидал такого к себе отношения или просто не догадывался, насколько я в курсе местных дел. — Вы, насколько знаю, не хотели бы видеть меня во главе банды, — подошла я ко второй группе людей. — Но при этом не собирались мне делать гадости исподтишка. Кто-то хотел вызвать меня на поединок, и я дам чуть позже такую возможность всем желающим. Кто-то из вас хотел навсегда выйти из состава группировки. Это тоже будет возможно, насильно никого держать не стану. — Еще раз осмотрела две последние озвученные группы и продолжила, также обращаясь к ним: — Наверное, я бы даже попросила прощения за доставленные неудобства, если бы была уверена, что никто из вас не присоединится от неожиданности к сим недостойным людям. — В очередной раз я указала на кучку разбойников во главе с Бородой. — Эти товарищи, — мой голос зазвенел от праведного негодования, — решили презреть традиции. Они решили, что честный поединок не для них, что лучше действовать хитро, приготовив мне подлянку. Напасть со спины и попытаться пленить. — На удивление, на заговорщиков посыпались гневные окрики от непосвященных в их план бандитов. Очень порадовало, что большинство из присутствующих все же следуют сложившимся у них правилам. Дальше в мой голос добавились жуткие стальные нотки: — Этих крыс я не выпущу с этого места. Все они сегодня умрут. — Передо мной наступила полнейшая, абсолютнейшая тишина, в которой я стояла под хмурым взглядом каждого присутствующего. Но я не потеряла уверенности в себе. И так же безразлично продолжила: — По-хорошему, их надо было прирезать, как свиней, за предательство. Но я все же решила дать им шанс. Шанс умереть с честью. Уйти в бою. В поединке со мной. — Тут толпа не выдержала и загомонила. Если из первых двух групп слышались одобряющие возгласы, то из последней на меня неслись проклятья, которые не были магическими. А просто слова благо не могут мне навредить.