Песнь для мертвых (ЛП)

Боже, что происходило?
— Нужно смыть это с тебя, — сказал он каменным голосом, хотя это не прогнало мою тревогу, потому что я визжала внутри, ведь что это было?!
Он опустил меня в ванну на ноги, мои ладони дрожали, и я не знала, что делать. Я не видела, не могла открыть рот, чтобы говорить или кричать.
Вода полилась, он включил душ.
— Может быть холодно, прости, — он сжал мои плечи и подвинул меня под воду. Вода была холодной, но быстро теплела. — Снимай одежду, — сказал он.
«Что? — сказала я в голове. — При тебе?».
— Не до этого, Ада, — фыркнул он.
Он развернул меня спиной к себе, к счастью, и сжал край моей футболки и потянул. Я подняла руки, и он снял ее с меня, потом потянул за шорты, и я выбралась из них.
Да, и, конечно. Я была в крохотных белых кружевных трусиках, которые открывали почти всю мою попу. Но хотя бы не в бабушкиных трусах.
Я стала тереть глаза и лицо, пытаясь смыть прах, открыла глаза и увидела, как рука Макса тянется к отельному мылу передо мной.
Он собрал мои волосы у шеи и поднял их, стал втирать мыло в мои плечи, спину, остановился у моей попы. Было бы приятно, не будь обстоятельства такими гадкими.
А потом его ладонь с мылом появилась перед моим лицом.
— Вот, — сказал он за мной. — С остальным сама.
Я взяла у него мыло, услышала, как дверь ванной закрылась.
Я развернулась и оказалась одна.
Смотрела на пепел в воде.
Моя любимая пижама была в углу ванны, футболка таяла на глазах. Что? Когда на меня попал прах демона вчера, такого не было. Мне повезло, что только верхняя часть меня была покрыта этим.
И пришлось вымыть волосы четыре раза и пять раз нанести кондиционер из плохой косметики отеля, чтобы прах на них не остался. Я не хотела, чтобы у меня выпали волосы. Одно дело потерять любимую пижаму, но если мои волосы пострадают, я поеду домой.
Когда стало казаться, что я стерла кожу, я выбралась, вытерлась полотенцем, укуталась в него и вышла в номер.
Макс стоял там, прислоняясь к шкафу, скрестив лодыжки, пиво свисало с его пальцев. На нем была белая футболка и зеленые клетчатые штаны пижамы. Он смотрел на мою кровать, покрытую пеплом и черной жижей.
Он отвел взгляд оттуда и посмотрел мрачно на меня.
— Повезло, — сказал он тихо.
Я быстро кивнула.
— Можно сказать, как я одобряю этот меч? — я подошла к Максу, плотно держась за полотенце, забрала у него из руки пиво и сделала глоток. — Что случилось? И откуда это пиво?
— Исправила приоритеты? — он подвинулся, склонился, чтобы открыть минибар, вытащил еще пиво и две бутылочки водки. Он бросил мне водку, и я поймала ее одной рукой.
Он открыл свою и выпил, и я опустила пиво и сделала так же, ощущая жжение в горле. Если и был повод выпить…
Он вытер рот и кивнул на дверь.
— Она пришла через дверь.
— Демон? Как? Ты ее впустил?
Он закрыл глаза на миг.
— Нет. Я спал.
— Тогда откуда ты знаешь?
— Дверь была открыта, когда я проснулся, и она была над твоей кроватью. Пришлось быстро соображать.
Блин.
Это меня перепугало.
Мое сердце дрогнуло, я была очень близко к смерти. И, судя по боли на лице Макса, он думал о том же.
Если я умру, он умрет.
— Хорошо, что ты тут был, — сказала я через миг.
Он посмотрел на меня с болью.
— Я должен был знать. Я ощутил это. Я пытался не уснуть, потому что думал, что демоны могут что — то попробовать. Из — за того, что я ощутил раньше. Я просто думал… что они придут через портал. Что я вовремя проснусь, почувствую предупреждение. Но было почти слишком поздно.
Мне не нравилось видеть его таким. Я подошла к нему и опустила ладонь на его предплечье.
— Макс. Ты постарался. Я тут. Испорчена только моя пижама. Кстати, футболка растаяла. Почему этого не было от праха в прошлый раз?
— Ты про прошлую ночь?
— Да. Боже, мы всего две ночи в пути.
Он скривил губы.
— Знаю, — он сделал глоток пива. — Думаю, чем ближе ты к ним, кхм, когда превращаешь их в пепел, тем больше он вредит. Этот как горячий пепел из костра против того, что какое — то время летал в воздухе. Но он в любом случае опасен.
 
— Хорошо, что я взяла много одежды, — пошутила я, хотя мы не нашли в этом ничего веселого. — Не думаю, что я смогу спать в своей кровати этой ночью.
Он вздохнул и выпрямился.
— Я попрошу нам другой номер.
Я крепче сжала его руку.
— Они сказали, что все занято на эту ночь.
— Тогда я попрошу матрац и посплю на полу.
— Макс, — едко сказала я. — Не надо. Полезай в кровать и оставь для меня место. Вряд ли мы сможем спать, но можно хотя бы попробовать.
Я указала на кровать, схватила другую пару одежды для сна — шорты и белую майку, я уже жалела, что не взяла то, что закрывало больше кожи. Хотя он видел меня почти голой, так что плевать.
Я переоделась в ванной, а, когда вернулась, свет был выключен, комнату слабо озаряли фонари за задвинутыми шторами. Я увидела его большой силуэт на кровати у стены, меч был прислонен к ней.
Я обошла к своей стороне, забралась под одеяло, повернулась на бок спиной к нему. Я невольно смотрела на свою кровать, на пепел и смятое одеяло, и я подумала, как близко была к смерти.
От этого я задрожала, и я могла вот — вот впасть в истерику.
— Макс, — прошептала я в темноте комнаты.
— Да? — тихо сказал он, голос был приглушенным за мной.
— Можешь сделать одолжение?
— Что?
— Можешь обнять меня?
Пауза.
— Что?
— Ты знаешь. Обними меня. Будто ты большая ложка, а я маленькая.
Я ощутила, как он повернулся, кровать двигалась от его веса.
— Я знаю, как это работает, Ада. Просто… это интересная просьба.
Я выдохнула с дрожью.
— Знаю. Просто я немного напугана и…
— Больше ни слова, — сказал он, подвинулся на кровати, его рука обвила меня, притянула к нему, и моя спина прижалась к его груди, его подбородок оказался у моей макушки. — Ну как?
Боже.
— Хорошо, — выдавила я, пытаясь управлять дыханием.
Потому что это было слишком хорошо.
Я не помнила, когда в последний раз меня обнимали так.
И я немного сдалась, и только он держал меня целой. Я ощущала, как его сердце билось об мою спину, ощущала силу его рук, словно он обещал мне, что ничто больше не случится со мной. И я знала, что он укорял себя в том, что уснул, но он был рядом, когда нужно.
Он спас меня.
Я закрыла глаза, погрузилась в его объятия, наслаждаясь этим, ведь не знала, сколько у меня это будет. Такое простое человеческое прикосновение, но мне этого не хватало.
— Ты в порядке? — прошептал он, его губы двигались у моей головы.
Я кивнула.
— Да. Все хорошо.
Он ничего не сказал. Я гадала, как он воспринимал это. Для него это было работой, он терпел это? Или наслаждался контактом? Он сдерживался? Что — то говорило мне, что, если я подвину попу назад, я быстро узнаю ответ.
Но мне не хватило смелости на это.
— Макс?
— Да?
— Сколько женщин ты так обнимал раньше?
Он рассмеялся, опустил лицо на мои волосы, вся кровать дрожала от его смеха.
— Несколько, — сказал он, переведя дыхание. — А что?
— Да так. Ты очень хорош в этом.
— Рад быть хорошим в чем — то.
Лжец. Он был хорош во всем.
В комнате на миг стало тихо, и я слушала его глубокое и ровное дыхание в моих волосах. Каждый его выдох вызывал дрожь на моей спине. Я не знала, как собиралась спать.
Мой разум стал блуждать, думал обо всем.
— Макс… я тебе нравлюсь? — я не знала, почему у меня сегодня не было фильтра, но такое бывало, когда смерть была близко.
Он пошевелился и поднял голову с моих волос.
— Что? — сонно сказал он. — Нравишься ли ты мне? Милая, о чем ты?
Я повернулась, чтобы моя голова оказалась на подушке, и я видела его лицо. Он смотрел мне в глаза сонно и пристально одновременно.
— Я тебе нравлюсь как человек?